Анна Лоуренс

Глава 10

Привычный шум работы буровой искажен звуком ревущего мотора «Шальдо».Столб пыли из-под колес мощного автомобиля был виден за много сотен метров, а скоро под лучами палящего солнца засверкала хромированная сталь. Перед буровыми вышками машина сбавляет ход до полной остановки. Открылась дверь, из автомобиля поднялась высокая фигура Джона Хэнтона. Мужчина с улыбкой хозяина оценил рабочую площадку с воздвигнутыми на ней сооружениями.

Я вышла из тени тентового навеса, и лучи солнца опалили мне щеки.

– Здравствуй, Джон, – со сдержанной улыбкой приветствую я Хэнтона, немного позавидовав его свежести и бодрости. – Как дорога?

– В удовольствие.

Мой взгляд надолго задержался на его машине. Кузов в форме купе с далеко вытянутым капотом со спаренными фарами по обе стороны узкой решетки радиатора. Если отбросить некоторые детали, могу поклясться, передо мной фордовский мустанг. В цвете золотой бронзы великолепен.

Взгляд серых глаз с откровенной заинтересованностью не отрывается от моего лица.

– Отлично выглядишь, – сказал мне Джон. Под таким взглядом щеки способны запылать еще сильнее, чем от жара солнца, что их опаляет сейчас.

– Выходит, небрежность мне к лицу, – не сразу, но говорю я.

В ослепительно белой рубашке Хэнтон сильно контрастирует с окружающей действительностью, привлекает взгляды рабочих. Эти взгляды схожи с теми, что бросали на меня жители Нового Стилдона, когда я появилась в их маленьком замкнутом мире.

Я показала Джону буровую. Для этого много времени не потребовалось, на площадке только три вышки.

Почти сразу к нам присоединился Арчи Томпсон в компании Генри Фрица.

Мое дружелюбное отношение к Генри Джону совсем не понравилось. Дело не в ревности, а в пошатнувшейся уверенности в работе Фрица. Кажется, Джон Хэнтон теперь сомневается, что Генри действует только в его интересах…

– О чем ты хотела поговорить со мной? – спрашивает Джон, когда мы остались одни.

– Об Алане Лонгере. Он намеревается ограбить меня, – со злостью в голосе говорю я.

– Чего именно он хочет?

– Тридцать процентов акций моей компании.

– Тридцать процентов – только начало. Если сделаешь это, совсем скоро он присвоит компанию себе, – уверенно заявил Джон. – Лонгер – монополист в нефтяном деле, а ты, дорогая, объявила ему войну.

Я замерла, и Джон остановился вместе со мной.

– Что значит «монополист»? На севере тридцать нефтекачалок, едва ли не у каждой свой хозяин.

– Поставленный Лонгером, – добавил Джон. – Это его способ обойти закон.

– Ясно, – уперев руки в бока, смотрю на невозмутимое лицо Хэнтона. – Ты удивительно спокоен.

– Это твоя битва, с чего мне беспокоиться?

– Тебя нисколько не волнует судьба твоих денег?

– А я считал тебя умной, – без улыбки заметил Джон. – Стал бы я тянуть, если бы всерьез намеревался вернуть себе свои деньги.

– Хочешь сказать, у тебя нет притязаний на  сто двадцать восемь миллионов? – не верю я.

– Нет.

Смотрю на спокойное лицо Джона и понимаю, что он прав, – хотел бы, давно бы нашел способ остановить растрату своего капитала. У него были для этого возможности, но он ничего не сделал, хотя сперва был решительно настроен на обратное…

Что заставило его передумать?

Между тем в голове возникла интересная мысль. По выражению моего лица всегда понятно, о чем я думаю, и Хэнтон строго предупредил:

– Попытаешься объявить свою независимость – встретимся в суде.

– Я ни о чем таком не думала… – неубедительно солгала я. Нахмурилась.

Джон заметил.

– И что теперь делать? – возвращаюсь я к насущной проблеме.

– Не пускай Лонгера в долю.

– Это несложно. Меня беспокоят последствия такого решения. Чего мне ждать от этого человека?

– Грязной игры, разумеется, – говорит Джон. Смотрит на меня. – Расскажешь о своих планах?

– Как мне теперь известно, за Лонгером север, а я собираюсь получить юг. Вот и весь план.

– Ты считаешь месторождение настолько крупным? – по тону Хэнтона понимаю, что тот считает меня безумной.

Я выкупила восемнадцать тысяч гектаров. Намереваюсь добывать нефть по всему периметру этой земли, а не довольствоваться одной двадцатой ее территорий. Крупное ли это месторождение?

Очень.

Если мне не изменяет память, в реальности моей прошлой жизни компания расставила вышки в количестве восьмидесяти четырех штук и успешно качает из них нефть на протяжении двадцати лет.

Я не заметила, как на моем лице растянулась дерзкая ухмылка.

– Ты о чем-то знаешь, о чем не знает никто другой, – вдруг понял Хэнтон.

Я ничего не сказала в ответ, но в подтверждение слов Хэнтона взгляд у меня сверкнул.