Анна Тимофеевна идёт по следу

Фальшивомонетчики. Часть восьмая.

- Господи,- Анна Тимофевна постаралась поднять на ноги Крапивского,- Заложники. Что-то такое я и предполагала, Лавр,- Она посмотрела на Маркина.

Не преуспев с тяжёлым анестезиологом-реаниматологом, Голованская опустилась и присела рядом с ним на террасные доски:

- Рассказывай, Веня, только со всеми подробностями. Попробуем с Лаврентием тебя выручить.

- Вы помните Аллу Ямскую?-спросил Крапивский.

- Ямская? Это у которой сын крокодила из цирка увёл?1 Из посёлка «Соловьи»?

- Она самая,-подтвердил Вениамин,- Сына Максимом зовут.

- Помню, конечно.

- Ну так вот,- Крапивский поднялся с коленей и уселся поудобнее на крыльце между стариками,- У Аллы есть младший брат Лёнька- парень добродушный, но непутёвый.

Лаврентий хмыкнул-услышать от запойного алкоголика про чью-то чужую не путёвость было ,мягко скажем, неожиданно.

Анна Тимофеевна протянула руку за спиной Вениамина и ущипнула Лавра за локоть, чтобы тот своими ухмылками не сбивал рассказчика с мысли.

- Этот брат недавно вернулся из тюрьмы,-продолжил Крапивский, когда возня у него за спиной закончилась,- В которой сидел за мелкое хулиганство-угнал у местного фермера трактор, чтобы знакомых девчонок в лес за грибами прокатить и нечаянно утопил его в болоте. Сами они еле из трясины выбрались. Алла с родственниками и друзьями пытались уговорить фермера подписать мировое соглашение и выплатить тому стоимость трактора в рассрочку, но фермер упёрся рогом и потребовал либо всю стоимость трактора плюс моральный ущерб сразу, либо пусть Лёнька едет в места не столь отдалённые. Лёнька тоже пошёл на принцип и заявил, что чем родственников в долги вгонять и выплачивать ещё какой-то там ущерб моральный аморальному фермеру, он лучше в тюрьме посидит.

- А почему Лёнька назвал фермера аморальным?- заинтересовался Лаврентий.

- Да потому что всё в посёлке знали, что фермер жене своей регулярно изменяет с разными дачницами одинокими в соседних товариществах. Которые за соседскую помощь по хозяйству не гнушались благодарить его своим теплом бабским.

- В нашем товариществе тоже?- зачем-то решил уточнить Маркин.

- Ага, ко мне намедни наведывался,- съязвила в ответ Анна Тимофеевна,- Лавр, не мешай человеку рассказывать своими извращённым французскими фантазиями.

- И вовсе нет у меня никаких фантазий ни русских, ни французских,- Лаврентий обиженно засопел.

- Нет, в нашем элитном дачном товариществе этот ушлый дамский угодник не появляется,- удовлетворил стариковское любопытство Вениамин,- Стесняется. Да и женщин одиноких у нас здесь нет, все семейные.

- Вот и не захотел Лёнька такому персонажу ещё и моральный ущерб возмещать,- вернулся к своему рассказу Крапивский,- И честно отсидел два года от звонка до звонка. А неделю назад вернулся домой. На зоне Лёнька сошёлся с одним зеком по кличке Банкир. Банкир был там человеком уважаемым, потому что помогал сидельцам финансово решать вопросы с охраной зоны и между собой. Чем ему приглянулся молодой любитель грибной охоты на тракторе неизвестно, но только Банкир его приблизил и сделал своей правой рукой.

- Всегда говорила, что зона людей не исправляет, а загоняет в криминальную трясину ещё глубже,-вздохнула Анна Тимофеевна.

- В общем , сам того не желая, Лёнька стал обладателем информации, которую хотело, но не получило следствие по делу фальшивомонетчика Храпова Олега Сергеевича по кличке Банкир.

- А именно местонахождение оборудования для изготовления американских сто долларовых купюр,- договорил за Крапивского Лаврентий.

- Абсолютно верно,- подтвердил бывший доктор,- Где находится склад с заготовками бумаги с водяными знаками и металлические клише для оттисков. Вернувшись из колонии Лёнька должен был всё это забрать по указанному Банкиром адресу ,перепрятать в надёжном месте и хранить до встречи с Храповым, который должен выйти по УДО через два месяца. Парень всё выполнил в точности как велел ему Храпов : забрал в Питере оборудование, перепрятал у сестры в сарае с поросятами и отрапортовал на зону, что мол всё в порядке. И то ли сообщение не по адресу попало, то ли самого Лёньку отследили, но только оказалось, что печатный станок искали не только следователи, а ещё и хромовские подельники, о которых он почему-то умолчал. И вот на днях заявились к нам в Первомайское двое мужиков,- Вениамин кивнул на лежащего через порог его дома здоровяка,- И стали выяснять ,где тут живут Ямские. А наши возьми и ляпни, что Крапивский, я то есть, с Аллой Ямской дружит и может точный адрес подсказать. Они ко мне и завалились, и попросили отвести их к Лёньке. Рассказали, что они его кореша и с зоны весточку ему от друзей общих принесли. А я с похмелья был, поэтому с ними идти отказался и просто объяснил как добраться до Алкиного дома. Они меня отблагодарили бутылкой Хеннесси, сказали чтоб опохмелился, а я ж такое не пью, вон Ларентий знает. Я ему и отдал.

- Ёшки - матрёшки,- охнула Анна Тимофеевна,- Это мы получается бандитский коньяк пили?! Ну ,Лавр, ты и удружил!

- Да я-то откуда знал?- Лаврентий встал и подошёл к лежащему всё ещё без сознания мужику,- Я его случайно не насмерть убил?

- Очухается рано или поздно,-отмахнулся реаниматолог, заметно осмелевший в присутствии Голованской,- Здоровый лоб.

- Для нас лучше попозже,- Анна Тимофеевна оценила размер кроссовок на лежащем,- Может мы его свяжем чем-нибудь на всякий случай?

- Правильно!- воскликнул Вениамин,- Как же я сразу сам не сообразил!

Крапивский моментально скрылся где-то в темноте и через минуту уже стоял на веранде с большим мотком бельевой верёвки. Ещё несколько минут им с Маркиным понадобилось чтобы крепко обмотать руки и ноги лежащего и снова усесться по обе стороны от Анны Тимофеевны.

- То есть ,если я правильно поняла, ты сам навёл подельников Хромова на дом Аллы и Леонида Ямских?- спросила Голованская, когда Крапивский немного отдышался.

- Получается так. Но я же тогда не знал этого. Когда я немного протрезвел, то мне пришло в голову,- продолжил каяться Вениамин,- проверить дошли ли мужики до Лёньки и я отправился в Соловьи. Но не успел я дойти до их с Аллой дома, как мне навстречу откуда-то выбежал Максим с большим газетным свёртком в руках и,не узнав меня, понёсся в сторону леса. Я его окликнул, но тот даже не обернулся. Я остановился посреди дороги и не знал что делать дальше - то ли идти в дом Ямских, то ли бежать в лес за Максимкой. Чутье мне подсказывало, что неспроста мальчик несётся со всех ног в лес, не замечая ничего и никого на своём пути. Я решил сперва следовать за ним, чтобы разобраться в происходящем. Стараясь близко не приближаться, чтобы не напугать Максима, я зашёл за ним в посадки и увидел, что он засовывает свёрток в дупло надпиленного дерева. Дождавшись, когда он закончит маскировать дупло мхом и ветками и уйдёт, я вытащил свёрток и развернул. Внутри газет было два толстых полиэтиленовых пакета с пачками американскими долларов и четыре металлических планки-клише. Тут я понял, что Ямские влипли во что-то совсем нехорошее. Недолго думая, я забрал купюры и перепрятал клише в другое дупло. Потом огородами пробрался к дому Аллы и аккуратно заглянул в окно зала. То что я увидел, меня шокировало: Алла с Лёнькой сидели на стульях спинами друг к другу и их руки были связаны, рядом с Аллой стоял мужик , один из тех которые приходили ко мне утром и, держа пистолет с глушителем у её лба, что-то тихо говорил Лёньке.