Аннигиляция: Ошибки богов, или Кому это всё исправлять?

Глава 8. Тяжелый разговор.

Хэйл.

Вернувшись в свой бункер, бывшее бомбоубежище ставшее им жилищем, Хэйл, не желая обсуждать с Грэгом случившееся сообщил тому, что дико устал и хочет спать. Но упав на топчан, заменяющий ему кровать, вместо того чтобы погрузиться в сон, он снова и снова прокручивал перед мысленным взором события прошедшего дня. Хэйл силился понять, почему Айрин, встретившись с ними, не осталась со старыми друзьями, а ушла с новым знакомцем. Если уж до конца быть честным с самим собой, его дико напрягал тот факт, что его невеста, хоть и бывшая, предпочла уйти с другим, нежели остаться с только что вновь обретенным, после долгой разлуки, женихом.

В груди нарастало давление, так, что стало трудно дышать, а руки сами по себе сжались в кулаки. Появившаяся из глубины души досада заставила кровь бушевать в венах. Хэйл не мог понять, как его девушка могла поступиться им ради того, кто разрушил их привычный мир. Неважно, что она считает, будто бы этот иномирец исправился и больше никому не навредит. "Неважно! Это всё неважно! — мысленно уже кричал Хэйл, — Он виноват в нашем расставании! Из-за него я потерял Айрин! Только он виноват в гибели всех моих друзей и жителей академического городка. Он не имеет никакого права быть рядом с ней. Этот возомнивший себя богом пришелец заплатит за всё! Я сам, лично, позабочусь об этом!" Приняв, как он думал самое верное решение, Хэйл наконец-то смог уснуть.

Проснулся Хэйл от скрежещущих звуков и тут же подскочил с топчана, чувствуя как холодный пот стекает по спине. Но оглядевшись увидел всего лишь Грэга, который возился в потемках с генератором, пытаясь заставить его работать хоть немного тише. Именно он — чёртов генератор и издавал эти скрежещущие звуки, напоминающие походку Переродков.

— Может, уже стоит обзавестись свечками? — пробормотал Хэйл вытирая пот со лба.

— Аха, и чай мы на них будем заваривать? — недовольно пробурчал Грэг.

Хэйл сел на старый ящик, заменяющем им стул, и взяв с полки пару банок консервов стал протирать с них пыль. Вдруг, в привычной тишине, раздался громкий стук в железную дверь бункера. Сердце екнуло, выпавшая из рук банка гремя жестяными боками покатилась под топчан.

— Хэйл? Грэг? Это я, Айрин. Откройте, пожалуйста!

Голос ее был настойчивым, но в нем сквозила тревога. Хэйл бросил взгляд на Грэга и спросил:

— Это она. Что делать? — голос от недавнего сна ещё хрипел и казался каким-то жалким.

Грэг пожал плечами и встал чтобы одеться, в своем убежище они привыкли ходить в одних только штанах. Хэйл вздохнул и подошел к двери, отодвигая засов. Айрин ворвалась внутрь, ее лицо было бледным, волосы растрепаны. В руках она держала небольшую сумку с продуктами — хлеб, консервы, даже бутылку коньяка прихватила.

— Хэйл, Грэг... Я пришла. Не могла просто уйти вчера. Нам нужно поговорить… Обо всем.

Хэйл отступил, пропуская ее внутрь. Воздух в бункере казался еще тяжелее.

— Айрин? Что ты здесь делаешь? Мы... справляемся. — его голос звучал ровнее, чем он чувствовал — смесь удивления и старой боли.

Грэг кивнул ей, улыбаясь:

— Привет, Айрин. Рад видеть. Проходи, мы тут только что чай заваривали... ну, или пытались.

Айрин прошла вглубь помещения, оглядываясь по сторонам. Бункер был скромным: топчаны, полки с едой, импровизированный стол.

— Выглядит... уютно. Я беспокоилась. После того, как Грэг рассказал мне о вашем убежище, я подумала, что стоит зайти. Вы в порядке? Еды хватает? — она поставила сумку на стол и примостилась на ящик-стул около него.

Грэг кивнул Хэйлу и бормоча что-то о том, что пойдет проверить внешний генератор, вышел наружу, оставляя их наедине. Хэйл присел на край топчана, стараясь не смотреть ей в глаза.

— Обо всем? Айрин, ты ушла с ним. С этим выродком из другого мира. После всего, что он сделал. Как ты могла? — голос его был раздраженным с вплетением злобных нот.

Айрин пересела поближе, на топчан Грэга, что был аккурат напротив, и так близко, что её колени почти касались его колен, её руки дрожали, как и голос.

— Хэйл, прошу, выслушай. Это не так просто. Помнишь нашу прошлую жизнь? Как мы мечтали о будущем — о доме, семье, спокойной жизни в академическом городке? Ты был моим миром, а я... я думала, что благодаря твоей работе и моим дежурствам в академии, дающим нам возможность откладывать деньги, мы справимся… — голос Айрин становился всё тише и в нем будто проскальзывали слезы, — Но потом… всё изменилось. И теперь... теперь я понимаю, что без тебя я была потеряна весь этот год.

Хэйл замер и сжал кулаки, вспоминая ночные мысли.

— Потеряна? А Рагнар? Этот пришелец, который стер наш город с лица земли, убил наших друзей, разрушил все, что мы строили! Ты выбрала его, Айрин. Ушла с ним, сказала, что он "исправился". Как я могу поверить, что чувства между нами не умерли?

Она протянула руку, но он не взял.

— Хэйл, Рагнар... он не просто разрушитель. Он пришелец, да, но он изменился. После катастрофы он начал осознавать свою ошибку. Он не хотел уничтожать, это были последствия неверного решения. Теперь он пытается восстановить мир. Я пошла с ним, потому что увидела в нем шанс на новое начало. Но вчера, увидев тебя... я поняла, что мое сердце все еще твое. Ты — тот, кто всегда защищал меня, кто был рядом в худшие времена. Рагнар — это сила, но ты — моя жизнь. Прошлая жизнь, но это было мое лучшее время — время с тобой.

Хэйл встал, ходя по тесному бункеру и не глядя на Айрин раздраженно спросил:

— А как же любовь? Про нее ты забыла? Что будет дальше, Айрин? Мир в руинах, повсюду рыскают Переродки. Рагнар — бог, как ты говоришь? Он заплатит за все! Я не могу просто забыть. Что если он снова «ошибется»? — подняв обе руки Хэйл изобразил пальцами кавычки, — Что если он заберет тебя у меня?