Антифанатка спешит на помощь

•4

Бросая странные взгляды в угол лифта, старшеклассницы вышли из него, как только дверцы разъехались.

Чонин не отмерал, точно в восковую фигуру вмиг превратился.

– Ты же Кайя, – с возмущением Хаын ткнула в него пальцем.

Как от оплеухи Чонин вздрогнул и обернулся.

– Что за тон?

– Ах ты ж! – Хаын хватала губами воздух и выдыхала «х!», выказывая бурлящее в ней недовольство.

– Какие-то проблемы? – в наступательную стадию перешёл Чонин. – Не нравлюсь?

– Не то слово, не нравишься.

– Ты меня знаешь?

– Хватило почитать про скандал с отношениями, – Хаын сжала ремешок сумки. – Парень, а к девушек не уважаешь, как только после этого у тебя фанаты остались?

Губы Чонина задрожали, словно с них рвались сорваться нескончаемые слова, да горло ни звука не пропускало.

– Давным-давно опровергли, доказали, что это ложь и хайп жёлтой газетёнки! Я, между прочим, не встречался с Гавон! Всего лишь снялся с ней в дораме, поблагодарил ужином, и уже «встречаются», «раскрыли – расстались», «всплыло, что Гавон упоминала о жестоком обращении со стороны близкого», «бывший парень издевался над нашей бедной Гавон», «ага, значит, это был он!». Это был не я! Почитай. Внимательно вчитывайся!

– И что?! – в ответ закричала Хаын. – Даже если не ты, чего столько молчал? Чего ждал? Когда девушка выйдет к журналистам и расскажет постыдную историю?

– От моих слов ничего не изменилось бы! Я обвиняемый, каждый звук с моей стороны «я не причём», «моей вины нет», и я захлебнулся бы в хейте!

Хаын раскрыла рот, но Чонин опередил её:

– Ты не знаешь всей красоты развлекательного мира. Артист – товар, которым крутит-вертит компания.

Громко хмыкнув, Хаын отвернулась к стене.

Вообще-то она хотела сказать другое, а вырвалось совершенно не то. Случай с актрисой она бурно обсуждала с бывшей лучшей подругой и ругалась на молчавшие компани, на раздувающих огонь журналистов и непостоянных фанатов.

– Ты меня ненавидишь? – резко произнёс Чонин.

– Твоя антифанатка, – бросила Хаын и вылетела из лифта, через стеклянную входную дверь и затопала по улице.

– Из-за одного случая, в котором я не виноват?! – яро возмутился не отстающий Чонин.

– Вообще-то их было три.

– Какие?! Кроме с Гавон.

Хаын сделала ещё два шага и остановилась, развернулась лицом к Чонину.

– Пять лет назад на фанмитинге ты обидел фанатку своим безразличием, натянув дежурную улыбку.

Чонин даже не думал. Хмыкнул, словно его вины в случившемся нет. А Хаын помнила, как не могла успокоить подругу, которая столько денег потратила, чтобы попасть на фанмитинг* и в итоге получила безразличие к себе.
(Примечание: Фанмитинг – мероприятие, где артист общается с фанатами)

– И ещё один, – Хаын тряхнула перед лицом Чонина пальцем. – В круглосуточном магазинчике, когда к тебе подошла фанатка, ты свысока на неё посмотрел и с раздражением прошёл мимо.

– Дай угадаю, тоже пять лет назад, – Чонин ударил по воздуху, рядом с её пальцем.

– Бинго!

Чонин сжал кулаки и что есть мочи крикнул:

– Я человек! Из плоти и крови! Я тоже устаю, невысыпаюсь, у меня бывают боли, судороги, мне бывает плохо, жарко, холодно, голодно! Да, я артист, но моя работа заканчивается, как только я спустился со сцены или передо мной выключается камера. Я не обязан нести образ айдола до кончины!

Дёрнув джинсовую куртку на себе, он спокойнее произнёс:

– Я такой же человек и хочу жить, а не бояться людей.

Горечь налетом осела на язык, подтверждая её не правоту. Но Хаын не могла выкинуть образ плохого артиста и человека из головы. Кто-то с первого взгляда становится фанатом, а кто-то после омрачающих моментов анти.

– Человек, я не твоя фанатка, не яростная антифанатка, строчащая гневные посты: «посмотрите у него кривая капля пота!». Мне просто ты не нравишься.

– Хорошо, – Чонин отступил от Хаын. – Передай, и мы разбежимся.

– Уже как-то не очень хочется.

– Кидаешь нуждающегося в твоей помощи? Да ты сама подлый человек.

Между ними сверкали молнии, гремел гром, летали обломки деревьев, пух поднимался с земли и...

– Деточка, успела перегреться? – рядом остановился пожилой мужчина.

Хаын хлопнула в непонимании ресницами.

– Или на плохих людей нарвалась и теперь репетируешь, как бы их на место ставила?

Только сейчас она поняла, что стояла с поднятым пальцем и перекошенным от злости лицом.

– Извините, – Хаын поспешила уйти. – Теперь ненормальной считают. Отвали, от тебя и правда одни проблемы.

– Помоги сначала, – без проблем Чонин держался рядом. – Я с радостью избавлюсь от твоего общества.

Негодование переполняло Хаын, а выжить его не давали люди, которые окружали её.

– Нам нужно в другой конец города, – Чонин глянул на белую машину с оранжевыми шашечками, припарковавшуюся у тротуара.

– Пф, – Хаын глянула на такси, но прошла мимо, давая возможность сесть в него запыхавшемуся пареньку с сумкой на перевес.

А вот остановку она не пропустила.

– Издеваешься? – Чонин пристроился рядом на лавке. – Ты не мне хуже делаешь, а себе. Провести в жару столько времени в забитой жестяной банке – а ты любишь жесть в жизни.

Хаын молчала не потому что на остановку подходили люди, не потому что обижалась на Чонина, а потому что он был прав. Встать и вызвать такси – значит признать ошибку. А уж делать перед заносчивым Чонином она не станет. Нет, лучше толкаться между школьниками, чем подпитывать гордость павлина.

– Твой многоместный конь подъезжает, – хмыкнул Чонин, заметив автобус.