Антифанатка спешит на помощь

•6

Смотря друг на друга, ни Хаын, ни Чонин не признавали, что поступили глупо и не осмотрительно.

– А нечего было на автобусе кататься, – выпалил Чонин.

– Вечность будешь припоминать? – процедила Хаын. – У нас есть решение.

Чонин с интересом наклонил голову.

– Я возвращаюсь домой жить своей жизнью, а ты привыкаешь к новым прелестям, узнаешь тайны людей и не имеешь возможности никому рассказать, – Хаын подняла большой палец вверх.

Чонин потянулся убрать его, но в последний момент просто махнул.

– Есть идея лучше – адрес, и мчимся.

Озвученный им адрес находился в часе езды на автобусе, на машине, конечно же, быстрее.

– Не пойду, – Хаын опустила руки вдоль тела и тряхнула растрепавшимся хвостом.

– Снова? – Чонин провёл руками по волосам, взъерошивая их. – Мы же договорились, что ты мне помогаешь, я возвращаюсь в тело и после отплачу тебе. Что ты хочешь?

Хаын действительно задумалась. Вот чего ей хотелось? Узнать постыдный секрет бывшего начальника? И что с этим делать? Не идти же к нему в кабинет и намёками рассказать, что знает. И что после? Он должен вернуть на работу? Нет, увольте... хотя Хаын уже уволена. Выполнять кучу заказов сверхурочно и получать как все – до свидания. Нет, прощайте.

Узнать секретик бывшего парня? Так отпустила гада непостоянного и слабого до женской красоты.

Так-то Хаын хотела отдохнуть, взвесить всё, понять свои возможности и отдаться желанному.

– Деньги? – как самое банальное предложил Чонин. – Хорошую работу? Кто ты по образованию?

– Журфак не оконченный, – пожала плечами Хаын, продолжая идти медленным шагом.

– Журналистка?

– Не уважаешь этих ребят? – хмыкнула Хаын, прекрасно понимая почему. Одни гонялись за сенсацией, чтобы на жизнь заработать, другие их ненавидели, потому что они лезли в их личное, копались в белье, частенько разрушали карьеру и судьбу.

– Каждая профессия нормальная, – не ответил честно Чонин, призадумавшись и дав повод пошутить над собой.

– Думаешь, как избавиться от угрозы или куда отправить, чтобы не создать себе проблему?

Чонин мотнул головой.

– У Нам Хёка вроде были знакомые в твоей сфере...

– Я не журналист, – вздохнула Хаын. – Я с первого курса ушла. Препод валить начал всех, кто не хотел платить за экзамен. Из группы только я добровольно забрала документы, остальные нашли деньги и, как понимаешь, сдали экзамен.

– Как же декан?

– Да все знали, что препод взятки берёт, а кто ему что сделает? – Хаын поправила лямку сумки и убрала руки в карманы шорт. – У него сын в прокураторе работает, муж старшей дочери – судья, младшенькая встречалась на тот момент с сыном бывшего чиновника.

– Коррупция, – мрачно бросил Чонин. – Так кем ты работала?

– В офисе занималась оформлением брошюрок, – махнула Хаын. – Ничего интересного по сравнению с твоей работой.

– Зато спокойнее, количество людей, жаждущих заявить на тебя права значительно мало, – невесело хмыкнул Чонин.

Фанаты часто нарушают личные границы артиста, забывая, что он такой же человек, как и они. Некоторые и вовсе совершают преступления по отношению к звезде, оправдывая себя любовью к нему. Разве это любовь, когда ты взламываешь двери в чужой дом, когда добавляешь клей в напиток, когда создаёшь аварии, когда пытаешься украсть человека?

– Фанаты, сасэн-фанаты* и антифанаты, – протянула Хаын. – Каждый из них ужасен.
(Примечание: Сасэн – фанат, особенно фанатично любящий кумиров)

– Но есть те, кто дарит свет и тепло. Не все фанаты помешаны и хотят навредить. Много тех, кто просто тебя поддерживает, хвалит, защищает, – нежная улыбка тронула губы Чонина. – Ради них стоит выходить на сцену, записывать песни, снимать видео. Зная, что есть такие преданные и светлые люди, не жалко работать наизнос.

Хаын посмотрела на него. И правда, наслаждался работой и профессией. Без сомнений уставал, злился... Но, в отличие от неё, Чонин занимался своим делом.

– Во повезло бы фанатке, окажись она твоей палочкой-выручалочкой.

– Конечно, – усмехнулся Чонин. – Но мне досталась ты.

– Претензии? – строго глянула на него Хаын.

Чонин поднял руки, не желая заново устанавливать примерительный контакт после ссоры.

– Озвучивать не стану – не бессмертный.

– Хоть признаёшь, что зависим от меня, – Хаын нагло приподняла уголок губ.

– Временно, – важно подчеркнул Чонин.

– Где временно, там постоянно, – и тут же отрицательно качнула головой. – Нет, нам не надо.

По завершении разговора Чонин согласно угукнул. Шли долго, устали быстро, быстрее только отпадало желание идти. У Хаын так точно. Сэндвич она съела, воды почти допила, а нужный дом не находился.

– В первый и последний раз кому-то помогаю, – облизнула губы Хаын, чувствуя, как гудели ноги. Провести время в автобусе – увольте. Такси... А на такси запрет из-за гордости.

– У тебя проблемы с такси? – осторожно поинтересовался Чонин.

– Спорт полезен. Кто им занимается, тот знает, куда уходят его время. И деньги.

– Давай вызовем...

– Сдаются слабаки, – Хаын прибавила скорости.

Возглас рядом стал спасительным звуком, словно умирающий услышал любимую мелодию.

– Немного осталось, – Чонин ускорился, обогнал Хаын и точно полетел, как светлячок на свет.

– Наконец.

Среди сотен домов нужный не отличался ни цветом, ни высотой, ни формой, ни яркостью, ни броскостью. Самый что ни на есть обычный.

– Этаж, квартира, – Хаын бегом добралась до двери, в последний момент успевая дёрнуть закрывающуюся дверь на себя. Заходящий парень обернулся. – Здравствуйте.

– Десятый этаж, квартира один ноль ноль два, – Чонин кусал губу, то и дело посматривая на Хаын и мысленно поторапливая.

– Десять-два?

– Или так, – Чонин первым шагнул в лифт за парнем, который поглядывал на Хаын.

Ехали молча. Парень вышел на восьмом, а они поднялись ещё выше.

– Так, – Хаын вышла из лифта, останавливая спешащего Чонина. – Кто этот человек? Почему ты уверен, что она сейчас дома? Это же не твой менеджер, я права?