Антифанатка спешит на помощь

•10

Судя по реакции Чонина, цвет – важная улика.

– Точно, – он хлопнул в ладони и потряс пальцем. – Я помню, как за мной от арены ехала старая белая машина. И она же меня сбила.

– Точно? – не скрыла сомнения Хаын.

– Так он сам следователю рассказал, а тот нам, – подтвердила мама Чонина.

Но вопрос адресовался её сыну.

– Я обернулся и увидел белый капот, номер и что-то красное в машине, – Чонин суетливо заходил по палате. – Значит, меня сбил Чхве Чжунчже. Вот придурок ревнивый! Сам напридумывал себе, а я крайний.

– Его задержали?

– У него алиби, в тот вечер его задержали на работе, семь человек подтверждают, – мама Чонина поджала губы.

Имелось алиби, значит, не он. Тогда кто?

Чонин закусил ноготь большого пальца, хмурясь. По его лицу транслировались неразборчивые субтитры мыслей.

– А что делала Хан Бёль? – озвучила мимолетную мысль Хаын.

– Это не она, – сразу же отмахнулся Чонин.

– Так сказала, что дома была, – Нам Хёк почесал затылок. – К ней пьяный отчим ломился, соседи вызывали полицию, подтверждается.

Если ни Чхве Чжунчже, ни Хан Бёль, был кто-то третий. А вот узнать кто, Хаын не могла. Она вообще внезапно вошла в событие связанное с преступлением. Если бы не Чонин, который не мог прилечь в другом месте, она бы сейчас отдыхала и не думала ни о каких заботах.

– У меня уже голова пухнет, – мама Чонина схватилась за голову. – Когда же всё прекратится? Когда же мой мальчик откроет глаза?

Хаын потупила взгляд. Вроде ничего не могла сделать, а вроде была тем, кто мог привести Чонина к цели, которая вернёт его в тело.

– Хан Бёль не приходила? – да, нужно взять себя в руки и сделать то, ради чего она добиралась в больницу.

Нам Хёк посмотрел на бессознательного Чонина.

– В первый же день примчалась, рвалась в реанимацию. Один раз пришла, после ни разу не увидел её.

– Она приходила?! – хором произнесли Хаын и Чонин. Последний не сдержался – громко и с нескрываемым шоком.

– Милая, это не важно, она в прошлом, – госпожа приподняла губы в поддерживающей улыбке. – Поверь, если Чонин выбрал тебя, он будет верен.

– Конечно, – серьёзно произнёс Чонин. – Но мы не вместе!

Хаын украдкой улыбнулась его родителям и намекнула, что пора идти.

– Мне остаться или...

– Езжай, езжай, мы останемся, тебя жена ждёт , – отец Чонина практически вытолкал Нам Хёка, который всеми силами хотел остаться. – Отвезёшь Хаын домой.

Они втроём покинули больницу. Дошли до парковки. Хаын потянулась к ручке двери на заднее сиденье, а Чонина пропустила на переднее.

– Не сядете рядом? – растеряно поднял брови Нам Хёк.

– Можно? – Хаын скорее у Чонина спрашивала. Тот пожал плечами и уселся на заднее, пройдя сквозь дверь. Задумчивый, разгребающий завалы в голове.

Даже Хаын понимала, что приход Хан Бёль не решит проблему. Это даже как-то просто было. Если честно, хотелось верить, что сработает. Простое и верное. На деле не прокатило.

– Как думаете, что хотела Хан Бёль в день аварии?

– Какой адрес?

Тихо рассмеявшись, они поочерёдно ответили на вопросы.

– Ого, мы практически рядом живём, – Нам Хёк завёл машину и вырулил с парковки. – Я выше живу.

– Теперь понятно, – прошептала Хаын. В голове наконец уложилось, почему Чонин оказался у неё в доме. Хотя и маловероятно, но он умудрился по адресу попасть.

«Это надо же быть таким счастливым, чтобы практически сразу найти того, кто тебя видит».

– Что с Хан Бёль, я не знаю. После концерта я собирался подвезти Чонина, но он ушел раньше, взяв наш общий автомобиль. Чонин настоял, что будет проще, будь у нас машина, на которой смог он и я ездить. Надо, я его до дома подкинул, надо, он взял и поехал сам. Но кто же мог знать, что такое случится?

Хаын пригладила уголок брови. Дело же не в машине? Даже если предположить, что целью был не Чонин, то.. Всё равно не сходилось. Нам Хёк отличался по комплекции от Чонина. Ниже, у́же в плечах, но видно, что спортом занимается.

– Пока ждёшь, в голову лезут всякие мысли, – Нам Хёк остановился на светофоре. – Я даже думал, что меня хотели. А потом подумал, у меня и друзей-то раз-два и обчёлся. Ни с кем не ругался, врагов не нажил, да и кто я, и кто Чонин. Небо и земля.

– Ты самый лучший менеджер, – подал голос с заднего сиденья Чонин. – Ты самый добрый человек, которого я знаю. Родители в не списка.

– Знаешь, я не могу перестать думать, что, наверное, мне тогда стоило его задержать или вовсе не отпускать.

– Ни один человек не может знать, что будет через секунду, – Хаын потеребила замок на сумке. – Да если бы и мы могли знать, не смогли бы изменить предначертанное, задуманное, внезапное.

Нам Хёк выдохнул.

– Вероятно, ты права. Но не могу перестать себя винить.

– Хён, – Чонин показался между передними сиденьями. – Ты не виноват. Виноват придурок в красном шарфе. Кто летом в жару шарфы носит?

Больше никто из них не заговорил. Нам Хёк довёз Хаын до дома.

– Вот мой номер, – он передал визитку. – Можешь звонить в любое время.

Хаын же написала свой номер на обратной стороне второй визитки, которая прилипла к переданной.

– Спасибо, что подвезли.

– По пути, – отмахнулся Нам Хёк. – Хорошо отдохни и не забудь поесть.

От его слов Хаын растерялась.

– Привычка, – Нам Хёк постучал по лбу и, ещё раз попрощавшись, уехал.

– Эту фразу он всегда говорил мне, – с горечью вздохнул Чонин.

Хаын повернула голову на голос.

– А ты почему не с ним уехал?

– Что за глупые вопросы? – с возмущением Чонин посмотрел на неё. – Он меня не видит. Мне с кем разговаривать?

Хаын подняла руку, останавливая его, и затопала домой под звуки китов, поселившихся в животе.

– Я тут подумал, что если мне надо выполнить поручение Хан Бёль? – Чонин ни на шаг не отставал. – Раз в день, когда она звонила, к ней ломился отчим, значит, мне надо решить с ним проблему. Логично же?

Застонав, Хаын открыла дверь дома и подняла глаза к небу.