Антифанатка спешит на помощь

•27

«Что теперь делать?» – крутилось несказанное между ними.

Хаын упиралась спиной в перила, Чонин стоял рядом, смотря мутным взглядом на дверь.

Оно вроде нашли виновницу, а что с этим делать, не знали. Бежать в полицию – нет доказательств и улик. Идти к родным и Нам Хёку – должны быть веские мотивы. А в данный момент у них только звенящая пустота и ожидание, когда Чхве Тэён выйдет из душа. Чонин вместе с ней зашёл в квартиру, видел, что она взяла взяла документы и быстро отправилась в душ.

– Судя по тому, что ты не растворился в воздухе, найти виновного не достаточно, – сдулась Хаын. – Наверное, она закончила. Проверь.

– Наверное, она должна получить по заслугам, – качнул головой притихший Чонин.

Так не привычно. Обычно из него хлещут идеи, варианты, он поторапливает и направляет. А тут стих и поник.

– Могу позвонить Нам Хёку и сказать, что вспомнила детали, пусть передаст нужным людям, те проверят, и дело в шляпе.

– Что-то мне не нравится это всё, – Чонин нахмурился. – Могу предположить, почему меня сбила: одержимость, большая любовь. Но как она узнала, где ты живёшь? Зачем приходила? Для чего стучала вчера... сегодня ко мне?

И Хаын не знала. Но с уверенностью могла заверить, что это можно узнать, если её задержат и раскрутят.

– Хаын, будь осторожна, – Чонин смотрел серьёзно, передавая волнение и Хаын, которая только-только настроилаь пошутить и разрядить обстановку.

– Я поняла. Лучше иди, проверь, вдруг она там непристойности с твоей кепкой делает.

Тяжело вздохнув, Чонин кивнул и направился к двери.

– А что, если нам надо вернуть кепку? – озарила мысль Хаын. – Она была при тебе в день аварии, потом исчезла, как и телефон. Возможно, нам надо вернуть твои вещи и наказать виновницу.

– Было бы замечательно, – прошептал Чонин.

Хаын расхаживала по площадке, прокручивая в голове слова, которые можно сказать Нам Хёку про Тэён. Ожидания всегда убивают, всегда.

«Я сейчас сама пойду к ней и силой отберу кепку с телефоном и за волосы приволоку в участок».

Пять минут тянулись как пять часов мучительного ожидания заветного или важного. А когда заветная дверь хлопнула, Хаын подпрыгнула на месте и бросилась к двери. Подсматривая в щель, видела, что Тэён приложила телефон к уху и закрыла дверь. Чонин держал дистанцию, но следовал за ней.

Тэён направилась к лифту, но остановилась. Аж дыхание спёрло у Хаын. Она уже ожидала, что она посмотрит в её сторону, и прикидывала, успеет ли убежать на этаж ниже и скрыться там, как Тэён обернулась и прошлась взглядом по пустому, если не считать Чонина, коридору.

– Да слушаю я тебя, – огрызнулась Тэён и как ни в чём не бывало зашла в лифт.

По мимо того, что на ней было лёгкое платье и объёмный пакет с тонкой сумкой идеального размера под документы, – она сделала за чем её отправляли, попутно переоделась.

«Значит в ближайшее время никого караулить не станет», – Хаын вдохнула, выдохнула и побежала на первый этаж, перепрыгивая через одну-две ступени.

Красная и запыхавшаяся, она опоздала от лифта меньше чем на минуту.

На улице Хаын только и видела, как Тэён и Чонин садятся в такси и уезжают.

– А мне что делать? – она схватилась за волосы. Прям под носом дух, которого она не могла сплавить, да даже заставить выглянуть на площадку ночью и разведать обстановку, умчался с больной на голову сасэнкой в неизвестном направлении!

– Ты труп, Чонин, труп. Знай, я все твои вещи перемерю, на кровати грязную вечеринку закачу с чипсами, нараспашку открою студию, перелапаю там каждый предмет и даже включу твои записи!

Хаын выскочила к дороге, поймала такси и попросила следовать за нужной машиной. Таксист лишь хмыкнул, по-своему расценив обстановку, в которой его пассажирка, растрепанная с красными щеками, с горящим злым огнём взглядом, выступала по меньшей мере в роли ревнивой девушки, в большей... А это уже не важно. Важно не выпустить цель из вида и не дать Чонину проспать.

«Нормальным духом был, а тут самовольство! – Хаын еле сдерживалась, чтобы в голос не ругаться. – Такую компенсацию закачу, мало не покажется!»

Весь путь она ругала Чонина, неадекватных фанатов, свою глупость, необдуманность. Как только не называла себя, мчавшуюся не известно куда, зачем, что делать будет на месте. Но почему-то не хотелось бросать Чонина.

Между ругательствами проскочила мысль: «Как чувствует себя Чонин, оставшись практически один на один с той, что по факту лишила его жизни?»

– Дурак, – не сдержалась Хаын.

Таксист переспросил, не услышал.

– Ничего.

Машины впереди остановились вскоре, как у Хаын стали повторяться ругательства, и она чувствовала от них усталость.

Расплатившись, Хаын помчалась на вид к обычному торговому центру, таких полным-полно.

Войдя в здание, заметила знакомую взлохмаченную макушку.

А вот дёргаться от людей Чонин не перестал.

«Я же доберусь до вас. Подождите только!» – Хаын бросилась к эскалатору, по которому поднялись двое нужных в данный момент: дух и человек.

На втором этаже она еле выгледела Тэён с Чонином. Слишком много людей в такой час.

Ни в кафе, ни в бутик. Тэён повернула в сторону туалета. Чонин не отставал.

«А как же мораль, воспитание и принципы?» – угрюмо хмыкнула Хаын и проследовала за ними.

Заходить внутрь не пришлось. Был велик шанс выдать себя, но через не плотно закрытую дверь она уловила начало фразы:

– Принесла? – Хан Бёль в нетерпении толкнула дверь, захлопывая её и чудом не задевая нос Хаын.