Антимаг-2: На краю Фароуса

Глава 4: Твоя жизнь, во власти императора

Холодный снег остался позади, но душевный мороз, никуда не делся.

Он лежал и все время покашливал. Плевал кровью, на промерзшую древесину. Сквозь тонкие стенки повозки, виднелось туманное очертание башен, что расположились вблизи залива, а быть может морской гавани.

Высокие каменные стены возвышались над округой, их было прекрасно видно с крутого склона, по которому мчала их повозка, с бесконечным постукиванием снизу.

Вокруг дороги, на фермерских полях, крестьяне возделывали землю, а по пустынной округе бегали козы, лисицы и прочая живность. В таких местах, после захода солнца делать нечего, и пускай время близилось к ночи Дорадоса было сложно испугать.

Нападение разбойников или диких животных, быть может монстров, являлось бы для мужчины возможностью к побегу, ведь он и так уже был в руках злодеев, но до далеко Дентроса было слишком далеко.

Он не знал где именно находится, лишь понимал, что это уже явна была не Флавия. Здесь было гораздо теплее.

— Дело близится к ночи, — раздался холодный, голос работорговца. — Если не успеем добраться до Центарона к полному закату, ночь застанет нас в этих мрачных лесах.

- Не бойся друг, владычица Хельма защитит нас, верь в это.

- К черту эту ведьму, — выругался грубо неизвестный, восседая на деревянных козлах.

Антонио осмотрелся и заметил, что охраны было не слишком много. Двое бородатых всадников позади повозки, и четверо ехало впереди.

Они время от времени перешептывались, травили анекдоты, обсуждали женщин, и то, как они будут отрываться в трактире, после того как продадут Дорадоса.

- Куда вы везете меня? - спросил Антимаг. Мужчина не надеялся услышать внятного ответа, но все же пытался хоть немного, развеять туман. Понять, что ждет его впереди.

- Закрой рот, пленник, твой путь не радостный, — ухмыльнулся он. Антимаг и так это понимал.

- Я тут слышал, что вы хотите меня продать, но разве вам Асподель уже не заплатила?

- Двойной заработок никогда не помещает или ты думаешь мы за просто так повезли тебя в Центарон, а не убили как того велела госпожа, — рассмеялся разбойник, с ухмылкой потирая руки.

- Она хотела меня убить? — вздохнул Антонио, осознавая, какой участи избежал. Хотя он не знал, что было бы лучше, смерть или то, что ждёт впереди.

- Да, приказала выпотрошить тебя как рыбу, так что пленник, цени мою помощь, — снова раздался смех. - Лучше попасть в рабство, чем в могилу, я прав?

Антонио промолчал.

- Я прав? - он повторил вопрос снова, в его глазах засияла злоба.

- Даже не знаю, — холодно ответил мужчина.

- Это верно. И запомни когда говорит Вельмунд разбойник, нужно всегда относиться с почтением.

- Велименд? - удивился Антонио, услышав знакомое имя.

- Не Велименд, а Вельмунд, - выругался он, недовольно разглядывая Дорадоса. - Еще раз рискнешь перекривлять мое имя, я вырву тебе кадык, запомнил?
Антимагу послышалось имя магистра ордена, что лишь вызвало ухмылку.

- Запомнил. А каков смысл тебе говорить мое имя? Вдруг я выберусь и доложу страже или найдут тебя позже.
Разбойники забились в хохот. Казалось даже их кобыли заржали. Антимаг понял, что это было слишком смешно и умолк.

— Стражнику пожалуется? — Вельмунд продолжил хохотать на всю округу.

Повозка торопливо пробиралась по разбитой дороге. Впереди виднелись имперские заставы, где в свете факелов, он увидел едва заметные очертания солдат. Стало понятно, что они приближались к землям Центарона, на которых так же как и в Дентросе, жили безбожники.

Все это время Антонио не сводил глаз с Вельмунда, пытаясь выкроить момент, чтобы сбежать.

Его руки были по-прежнему связаны, да и ноги тоже, но густые такилонские леса, давали надежду. Антимаг планировал скрыться среди ночи в чаще, но так, чтобы его исчезновение заметили не сразу.

Дорадос молился, и пытался развязать веревки, но чуда не случилось. Вдали виднелись факела столицы. Невысокие каменные стены, затесались внутри непроходимого леса.

На башнях стояли солдаты, что вели караульную службу. С каждым часом становилось все холоднее, солнце окончательно зашло.

Не смотря на ночное время, ворота были открыты нараспашку, их стерегли воины из ополчения. В дряхлых туниках, и с копьями в руках.

- Сюда, быстрее, — послышался голос со стороны стен.

“И это империя? Как по мне какое-то посмешище, солдаты одеты хуже дентроских ополченцев. И это столица, что творится в деревнях подумать страшно. Рыцари львиной гвардии на фоне этих бедолаг выглядели киборгами” — подумал Антимаг.

- Мы везем пополнение, — вскричал Вельмунд, недовольно посмотрев на солдата.

Повозка проехала внутрь города и добравшись до каких-то бараков замедлила ход, а затем и вовсе остановилась.

Со всех сторон виднелись чьи-то глаза, они поблескивали из толпы горожан, что собрались поглазеть на новых пленников. Это были в основном плохо одетые и полуголодные горожане, на отшибе города.

Вокруг стояли десятки телег, из которых грубо выгружали невольников. Вельмунд, не стал исключением. Разбойник подошел к Дорадосу и швырнул его в повозки. Мужчина упал в промокшую землю, ударившись руками о камни.

Холодная, цепкая грязь, въелась ему лицо, отчего Дорадос стал похож больше на нищего, чем на инквизитора. Антонио с ужасом осознал, что здесь в Центароне, люди не исповедуют Христа, он здесь вне закона.

Поэтому людям Малахии, будет трудно его вытащить отсюда, если они вообще узнают, о том, куда Антимаг бесследно пропал. От этой мысли мужчине становилось горько.

Душу разрывало, а ненависть к Асподель достигла апогея. Она стала в один ряд с Энтерией. Из этой ситуации Антонио вынес один ценный урок, что ни при каких обстоятельствах не стоит доверять ведьмам, жалеть их, только по тому что они женщины.

Мужчина решил выжить, и начать настоящую войну против этих порождений зла.

Антимаг взглянул наверх и увиделна холме величественный город в котором расположилось несколько дворцов.

Он смутно их видел в сиянии луны. Как оказалось там где он сейчас находился, это была бедная часть города, где жили как принято называть в империях плебеи, во всяком случае Антонио так это воспринял, будучи итальянцем.

- Вот, привез вам раба, — вскричал работорговец, обратившись к имперскому офицеру.

- Молодец Вельмунд, заслужил таки кошель с имперским золотом, вот только одного мало, хочешь получить бочку монет, привези нам сотню флавийских рабов.

- Сделаю в лучшем виде, — пробормотал разбойник, после чего прыгнул на повозку.

Дорадоса и других пленников окружили десятки солдат, в дорогом пластичном доспехе. Они держали мечи наготове, с презрением вглядываясь в лица невольников.

- С сегодняшнего дня вы наши рабы. Ваши жалкие жизни, отныне принадлежат империи.