Антиреальность: Сирена

VIII

Правый коридор был идентичен тому, что уже был обследован с тем лишь отличием, что здесь не было песка и сопутствующих ему монстров. Вера надеялась, что в этом коридоре не обосновались Попрыгунчики. Со стадом этих тварей ей точно было не справится. Они были слишком резвыми для нее.

   Лужи на полу, потеки и плесень на стенах. Трубы стали тонкими и плотно прилегали к стенам. Теперь на них было не взобраться. Да этого и не требовалось. Мерное гудение ламп, покрытых паутиной. Полная идиллия и покой. Но Вера знала, что это обманчиво. Шестерки Антиреальности могли затаиться где угодно, и принять какие угодно обличия. Вера продвигалась все дальше, но монстров все не было на ее пути.

   Все было тихо и спокойно. Радовало так же отсутствие песка и сопровождающих его монстров. Но уже скоро ее радости пришел конец. Впереди она услышала характерный звук, ненавистный ее уху. Подозрения вскоре подтвердились. Завернув за угол, Вера оказалась на краю лестницы, залитой водой до самой верхней ступеньки. Одна из труб лежала у перил, и из ее недр вырывался поток воды и стекал в уже образовавшийся водоем. Помимо отвратительного ржавого цвета, вода источала мерзкий затхлый запах, не добавлявший энтузиазма.

   'Опять вода!' - Вера ощутимо занервничала.

   После того, что она пережила в бассейне, всякая мысль о том, чтобы зайти в мутную воду, со дна которой может подняться все, что угодно, была просто убийственной и могла довести до умопомрачения. Волосы на голове очень хотели восстать и сбежать прочь, а на лице разлилась болезненная бледность.

   'Только не это. После всего, что было', - Вера застонала.

   Но она не в силах была хоть что-либо изменить. Нужно было продолжить путь и вступить в эту воду. После того, что произошло ранее, девушка не поборола страх, отнюдь, он лишь стал еще сильнее. Но в тоже время самый страшный кошмар уже остался позади. Антиреальность не любила повторяться. Так что ожидать от нее очередных змей не приходилось. Но это могло означать, что она могла приготовить и нечто еще более ужасное, о чем сама Вера и помыслить не могла. Часто мы думаем, что те кошмары, которые в нашей голове и есть самые страшные, хотя порой они не стоят и гроша. Но лишь до тех пора, пока не сталкиваемся с истинным ужасом в том его виде, который заставляет кричать до потери голоса, рвать на себе волосы и бежать без оглядки, забывая обо всем.

   Вера медленно спустилась по скользкой лестнице, погрузившись по колено в холодную воду. Ее тело, как и ее, душу, тут же охватило омерзение. Но, стараясь не раскисать и не тратить время, Вера уверенно и насколько быстро позволял покрытый чем-то пол, двинулась вперед.

   Чем дальше она заходила, тем меньше и меньше оставалось освещения. Лампы горели тускло и уже не через одну. Непрестанно раздавался плеск воды и звук звонких капель, разбивающихся о гладь искусственного водоема. Девушка шла, и все время ругалась и упрашивала себя немного потерпеть. Обещала себе, что скоро это все закончится, и она окажется на твердой и сухой земле. А уж там ей ничего не страшно.

   'Здесь нет ничего опасного и кошмарного. Под водой никто не скрывается. К тому же ее всего по колено и никто особо крупный здесь плавать не может'.

   Вере безумно хотелось, чтобы уровень воды оставался таким на всем протяжении пути. Но ее мольбы не были услышаны, либо здесь вообще не обращали на них внимания, просто игнорируя, но уже скоро от колена вода стала медленно, но верно взбираться выше, обхватывая своими ледяными и колючими пальцами все больше плоти.

   Когда ее уровень уже достиг бедра, Вера по-настоящему заволновалась. Но на этом она пока остановилась, предоставив Вере небольшую передышку, чтобы собраться с силами. Отсутствие монстров успокаивало и настораживало одновременно. Это могло означать лишь одно: все самое интересное еще впереди.

   Вода стала какой-то иной. Теперь она не напоминала воду из трубы, а больше походила на водоем. Из ржавой она стала менять свои цвета, переливаясь от голубоватого до изумрудно. Яркие блики, бывшие отсветами воды, играли на стенах в незатейливую игру. Вскоре со дна на поверхность стали тянутся небольшие водоросли самых различных цветов, от самых простых зеленых и красных до немыслимых ярко-голубых и оранжевых. Их длинные стебли покрывал слой слизи и ржавчины, но теперь это ничем не напоминало лужу, а больше подходила для какого-нибудь озерца или речки, довольно экзотичного вида. Но то, что это было в подвале учебного заведения, было немыслимо и исключало такую возможность. Склизкий пол сменился песком и галькой. Однажды Вере даже показалось, что она увидела раковину моллюска. Но проверять не стала. Вода пока еще была относительно прозрачной и позволяла видеть все, что творилось под ногами и в относительной близости от ее персоны, а это было главным. Картины отвратительных монстров, подкрадывающихся к ней со всех сторон под прикрытием воды, преследовали ее все время и никак не желали отпускать. Никак не получалось расслабиться и успокоиться, беспрестанно заставляя оглядывая окрестности на предмет этих самых тварей. Каждый шаг давался ей с трудом. Но приходилось пересиливать себя. Уговорами, просьбами, угрозами, обещаниями, но она заставляла себя двигаться вперед. Сейчас было слишком поздно, чтобы поворачивать назад, и Вера это знала. Антиреальность просто не даст ей вернуться. А даже если и так. Вдруг это тот самый коридор. И исследовав последний она лишь в этом убедиться. И ей вновь придется возвращаться сюда, все начиная заново, испытывая страхи снова. Но если повернуть сейчас, значит сдаться. И кто знает, сможет ли Вера вновь шагнуть в этот коридор и спуститься по лестнице в холодную мерзкую воду и вот так просто идти мимо склизких водорослей. Она была в этом не уверена.

   Но было и еще кое-что: нога. Рана, попав в холодную воду, чувствовала себя не очень хорошо и вскоре совершенно замерзла, заставив закоченеть всю ногу и поднималась выше, давая мертвенному холоду охватить все тело. Это могло стать серьезным препятствием и осложнением. Заиндевевшее тело не могло точно исполнять приказы и двигаться также ловко и гибко, уворачиваться от ударов монстров и реагировать на малейшие изменения. И это все больше и больше беспокоило девушку. Нога могла отказать в самый критический момент, а могла стать непреодолимым препятствием еще раньше и попросту не дать ей продолжать путь.