Анжелика. Новая история (фанфик Анжелика - маркиза ангелов)

Глава 4.

Ветер усилился, яхта слегка покачивалась, и Анжелика, машинально положив ладонь на край стола, удерживала блокнот, чтобы страницы не переворачивались сами собой. Жоффрей сидел напротив все в той же ленивой позе, вытянув левую ногу вперед и лениво вертел в пальцах серебряную зажигалку, время от времени щёлкая крышкой.

— Итак, мадемуазель Сансон, — произнёс он, в очередной раз щёлкнув серебряной зажигалкой и не спеша её зажигая. — Начнём?

— Начнём, — она перевела взгляд на блокнот. — С биографии, полагаю. Но, подозреваю, ваш «короткий рассказ о себе» рискует затянуться.

— Или оказаться до неприличия банальным, — уголки его губ едва заметно дрогнули. — Родился, выжил, заработал. Ни строчки для книжной полки.

Она подняла глаза — ровно настолько, чтобы это считалось вежливым.
— Тогда уточним детали. Ваша фамилия. В наше время приставка «де» — редкость. Чаще отсылки к хроникам, чем к паспортам.

Он чуть наклонил голову, прищурился — реакция человека, привыкшего, что тон собеседника не меняют из-за одной фамилии.
— Род старый. Юго-запад, Лангедок. Когда-то носители имени были графами Пейрак-Монрей, вассалами Тулузского графства. Позже — ветвь виконтов де Пейрак. Замок, виноградники, всё как в старых книгах.

Ручка в её руке замерла на долю секунды.
— Слишком красиво, чтобы быть правдой.

— Вы из тех, кто не любит легенд? — спросил Пейрак.

— Я из тех, кто проверяет источники, — спокойно парировала она. — Особенно когда речь о мужчинах с яхтами и титулами.

Он откинулся на спинку кресла, еще сильнее вытянул вперёд левую ногу — движение, в котором странным образом сочетались небрежность и вызов.
— Тогда отмечайте: по прямой линии я — потомок по матери. Отец… — он на короткий миг поджал губы, подбирая слово. — О нём почти ничего не осталось. Документы, фотографии — исчезли после его смерти. Семейные архивы пусты.

Анжелика записала в блокнот его слова и почему-то подчеркнула слово - "Пусто".
Внутри у неё кольнуло — не сочувствие, нет, — интерес. Там, где люди оставляют «пусто», обычно прячут самое важное.

Он заметил, как она подчеркнула слово, и едва заметно усмехнулся.
— Удовлетворены, мадемуазель? Или продолжим раскопки?

— Продолжим, — ответила она сухо. — Ваша энергетическая компания носит название "Océanis Énergie". Для прессы вы — спаситель планеты. Для конкурентов — человек, который выигрывает там, где другим «не дают». Как вы это называете внутри компании — стратегией или удачей?

— Дисциплиной, — ответил он без паузы. — И отсутствием иллюзий.

— Например, иллюзий насчёт прессы? — она не подняла взгляда, но ощутила, как его внимание стало плотнее, почти осязаемее.

— Например, — согласился он. — Или насчёт людей, которые приходят «просто взять интервью».

Стук палубных шагов разрезал тишину. В проёме показался Бернар.
— До мыса десять минут. Красиво, как на открытках.

— Спасибо, — ответил Пейрак даже не повернувшись. Бернар исчез так же бесшумно.

Анжелика перелистнула страницу.
— Вернёмся к «отсутствию иллюзий». Оно у вас врождённое или приобретённое?

— Приобретённое, — с усмешкой ответил он — Оно приходит вместе со знанием цены словам «всегда» и «никогда».

— И со шрамами, — сказала она прежде, чем успела себя остановить.

Он не шевельнулся. Только взгляд стал на полтона тяжелее.
— Со шрамами — в первую очередь.

Она отвернулась к иллюминатору. Море блестело, как свинец, солнце резало воду острыми бликами. Вернулась к записям: «по матери — да; отца нет в бумагах». Подчеркнула второй раз. Пустота — самая громкая улика.

— Вы сегодня слишком много отмечаете, — вполголоса сказал Пейрак. — Я подам аперитив — так иногда проще смотреть друг на друга.

— Мне достаточно воды, — отрезала она. — И фактов.

— Факты — вещь коварная, они всегда приходят не вовремя.— он поднялся.

Лёгкое, едва заметное прихрамывание снова бросилось ей в глаза — и эта его привычка вытягивать ногу вперёд... Анжелике вдруг захотелось спросить его, с чем связана эта манера, но она посчитала это неприличным и промолчала.

— Я привыкла ждать, — ответила она и впервые позволила себе встретить его взгляд без бегства. — И проверять.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, и качка вдруг стала ощутимее — или ей показалось. Он кивнул, как человек, принявший условия игры.

— Тогда продолжим после мыса, — произнес он, гляда в иллюминатор — У меня будет для вас пара «неофициальных» ответов.

— А у меня — пару «неудобных» вопросов, — сказала она и закрыла блокнот.

Он улыбнулся — холодно, как металл.
— Посмотрим, кто из нас лучше умеет не отвечать напрямую.

Он вышел на палубу. В каюте стало заметно просторнее, но воздух не стал легче. Анжелика провела ногтем по толстому корешку блокнота и ещё раз посмотрела на строку: Отец — пусто.
В её опыте «пусто» никогда не означало «ничего».

Мотор ровно подтянул обороты. Где-то впереди был мыс и следующий раунд.