Утро начиналось с тишины и солнечных бликов, скользивших по полированному дереву стола. Спустя две недели после возвращения из России Анжелика сидела на кухне их пентхауса на набережной Бранли — босая, в просторной футболке и домашних шортах. В этой беззащитной простоте она позволяла себе появляться лишь перед ним.
Экран ноутбука светился, как окно в другой мир. Анжелика смотрела на него так пристально, словно ждала, что пиксели сложатся в признание: всё это — лишь изощренная шутка.
В недрах почтового ящика затаились два письма, отмеченных алыми флажками. Первое — из деканата: сухой, казенный слог, напоминающий о хвостах по сессии из-за поездки в Москву. Второе — от Лемуана, с пометкой «Срочно!!!»: «У нас дыра в выпуске, спасай». Анжелика механически отправила деканат в «долгий ящик», а письмо редактора — в папку «Работа», будто хоронила неприятное доказательство. Но главное ждало в соседней вкладке.
Интерфейс банка. И сумма. Семь цифр, выстроившихся в колонку, от которой похолодели кончики пальцев. «Назначение платежа: компенсация за пользование земельным участком А. Сансон».
Земля отца. Не скромная выплата, на которую она рассчитывала, а целое состояние. От неожиданности в глазах потемнело.
— Жоффрей! Это… — голос сорвался. Она сглотнула комок в горле, пытаясь осмыслить вес этих цифр. — Это всё… мне?
— Это не «тебе», — его голос, бархатный и по-утреннему хриплый, раздался над самым ухом. — Это твоему участку.
Тёплая ладонь легла на её плечо, следом — влажный после душа поцелуй в шею. Капли воды с его темных волос упали на кожу, заставив Анжелику вздрогнуть.
— Но де-юре, — продолжал он уже серьезнее, — да, твоё. Окончательно.
Анжелика обернулась. В её взгляде, помимо изумления, мелькнула тень старой неуверенности.
— Зачем так много? Или это… аванс перед разводом? Твоя «выходная» компенсация по контракту?
Жоффрей рассмеялся — искренне и легко, развеивая её страхи.
— Развода ты от меня не дождешься, мой нежный ангел. Я знаю, для тебя это не про цифры. Но пойми: эти деньги — не подарок мужа. Не жест моей щедрости. Это доход наследницы. Деньги, заработанные землей, которую сохранил для тебя отец. Чувствуешь разницу?
Она замерла, впитывая его слова. В его взгляде была та самая сосредоточенная мягкость, от которой перехватывало дыхание. Так смотрят не на бизнес-партнера, а на человека, ставшего тихой гаванью.
— Понимаю, — выдохнула она. — Наша земля...
— Именно. И только ты решаешь, что с ними делать.
Анжелика нервно провела пальцем по тачпаду, на мгновение задержавшись на окне с экзаменами.
— У меня еще две пересдачи, — пробормотала она.
Сейчас учеба казалась чем-то бесконечно мелким. — Я помню, — Жоффрей поправил рукав графитового джемпера. Сегодня он позволил себе обойтись без строгого костюма, выбрав темные джинсы. — Успеешь подготовиться? Или Лемуан окончательно завалил тебя дедлайнами?
— Если он перестанет писать «нужно вчера», то успею, — она улыбнулась и порывисто обняла его. — Но в приоритете всегда ты.
Он ответил долгим, глубоким поцелуем, а затем, чуть отстранившись, спросил: — Уже придумала, куда направишь свой капитал?
— Моя семья... они всё еще на съемной квартире. Мама каждый месяц проверяет почту, боясь уведомления о выселении. Я хочу купить им дом. Свой угол. Если ты, конечно, не против?
Жоффрей удивленно приподнял бровь.
— Против чего? Того, что ты делаешь близких счастливыми? — Он присел на край стола, обнимая её и создавая кокон из тепла.
— Анжелика, я не цензор. Я могу быть твоим советником, если попросишь. Но это твоя воля.
Она прижалась к нему, окончательно осознав: она влюбилась не в империю «Пейрак», не в частные джеты, а в это редкое сочетание стальной силы и безграничного уважения к её свободе.
Тишину прервал резкий звонок её телефона. На экране высветилось сообщение: «Моя маркиза ангелов, слышал, ты вернулась из странствий. Соскучился. Сходим в кино? Н.»
Жоффрей не был ревнивцем, но его взгляд на мгновение стал колючим.
— Прости, невольно прочел, — сказал он, передавая ей гаджет. — Кто этот ценитель исторических титулов? И почему «маркиза ангелов»?
Анжелика поморщилась.
— Николя Мерло. Друг детства, мы выросли в одном дворе. Глупое прозвище, которое застряло в прошлом. Сейчас оно меня просто раздражает.
— Почему? — Потому что оно пахнет детством, которого больше нет. А он для меня — чужой человек.
Жоффрей на мгновение задумался, а затем с грацией хищника опустился на колени перед её креслом, поймав её взгляд.
— А если я буду так называть тебя?
Она рассмеялась, погладив его по волосам.
— С твоих уст это звучит как поэзия.
— Нет, — прошептал он, вглядываясь в изумрудную глубину её глаз. — Ты не маркиза. Ты — моя зеленоглазая фея. Мой тихий восторг. Мой единственный кумир.
* * *
День пролетел в приятных хлопотах. Анжелика, окрылённая и решительная, взялась за поиски жилья для семьи сама, позвав на подмогу Марго. Разговор с матерью был эмоциональным — слёзы благодарности, попытки отказа, которые Анжелика твёрдо парировала, предложив оформить будущую квартиру в равных долях на троих. Это был мудрый ход, успокоивший материнскую гордость. А о сообщении Николя она забыла моментально, оставив его без ответа.
С Марго они встретились в любимом уголковом кафе, где воздух был густ от аромата свежего кофе и сдобы. Подруга, с её вечным аристократическим беспорядком в чёрных волосах и умением превращать любое дело в расследование, листала объявления на планшете с суровостью прокурора.
— Это — мимо, — вердикт был безжалостен. — Район шикарный, но под окнами — бар с караоке до трёх ночи. Твою маму это доконает за неделю.
Анжелика наблюдала, как Марго то и дело отвлекается на телефон, с лицом, озарённым тайной улыбкой. Мессенджер был завален сердечками и стикерами с поцелуями.
#27123 в Любовные романы
#1962 в Остросюжетный любовный роман
#271 в Фанфик
#139 в Фанфики по книгам
разница в возрасте, тайна семьи, милиардер и красивая...
16+
Отредактировано: 06.04.2026