Анжелика. Новая история (фанфик Анжелика - маркиза ангелов)

Глава 29

Следующее утро встретило Париж свинцовым небом и бесконечным, монотонным дождем. Город утопал в потоках воды и сером свете. В пентхаусе царила та особая тишина дорогих домов, где всё подчинено ритму хозяев: мягкое движение штор, ровный воздух, приглушённые шаги прислуги, которая умеет быть незаметной даже тогда, когда внутри у людей рушится жизнь.

Анжелика проснулась от едва слышного звона чашки. Элен, экономка, уже была в действии: где-то в глубине квартиры работала кофемашина, в коридоре почти беззвучно скользнуло полотенце, а потом снова наступила тишина — будто дом сам себя уговаривал, что это обычное утро.

Анжелика повернула голову. Жоффрей, уже одетый в темную кашемировую водолазку и джинсы, пил кофе в гостиной, не отрываясь от экрана ноутбука. Его профиль на фоне панорамного окна с потоками дождя казался высеченным из камня — сосредоточенным и непроницаемым.

Почувствовав ее взгляд, он обернулся. Суровые черты мгновенно смягчились теплой, немного усталой улыбкой. Анжелика сладко потянулась, и одеяло соскользнуло, обнажив грудь.

— Ну и как после такого зрелища можно спокойно идти на работу?

Жоффрей откинулся на спинку кресла, опершись подбородком на сцепленные пальцы. В его глазах играли знакомые искорки — смесь восхищения, собственничества и нежности.

Она ответила ему беззвучной улыбкой, игриво накинула шелковый халат на обнаженное тело и скользнула в сторону душа, поймав в воздухе его одобряющий взгляд.

За завтраком царила почти забытая легкость. Они шутили над новостями, делились планами. Анжелика, перегибаясь через стол, то и дело целовала его — быстро, страстно, будто хотела запечатлеть вкус кофе и счастья на его губах. Ее радовал его здоровый аппетит и ясный взгляд. Казалось, жизнь, сбившаяся с ритма, наконец возвращалась в свою благополучную колею. У нее на сегодня были свои радости — встреча с Марго, поход в кино, прогулка с мамой и Полем. У Жоффрея — важнейшая сделка: партнеры из Пекина специально прилетали подписать контракт.

Провожая его, Анжелика наблюдала, как он перед зеркалом поправляет манжеты. Он щелкнул замком часов на запястье, потер переносицу и с наигранным укором произнес:

— На подписании буду клевать носом. Все решат, что я всю ночь штудировал документы.

— А на самом деле? — она обвила его сзади руками, прижалась щекой к спине.

— На самом деле, — он обернулся, и его губы почти коснулись ее уха, — я всю ночь занимался любовью с самой красивой женщиной Франции.

Его шепот был горячим и бархатным. Анжелика рассмеялась своим звонким, серебристым смехом и прильнула к нему, впитывая запах его кожи, парфюма, уверенности.

И в этот миг в дверь гостиной деликатно, но настойчиво постучали. Выждав ровно три секунды, в проеме возник Савари. Его обычно невозмутимое лицо было бледным, а в глазах плавала тревога, которую не мог скрыть даже безупречный тренинг.

— Месье, мадам… простите за беспокойство, — его голос был тише обычного. — Внизу… гости. Пять человек. Трое в форме. Предъявили документы. Требуют визита.

Анжелика почувствовала, как у нее леденят кончики пальцев, а в висках застучал предательский пульс.

Жоффрей не дрогнул. Он лишь замер на мгновение — как актер, услышавший неверную реплику партнера в кульминации сцены. Потом медленно выдохнул.

— Хорошо. Пригласите их в салон. Я сейчас спущусь.

Савари исчез так же бесшумно, но его быстрые шаги по лестнице звучали теперь как тревожная дробь.

— Жоффрей… — голос Анжелики сорвался на шепот.

Он лишь ободряюще подмигнул ей, взял за руку, и они спустились вниз, пальцы их были сплетены в тугой, живой узел.

В просторной гостиной их ожидал следователь Бурье с массивной оранжевой папкой в руках и двое суровых мужчин в штатском. Увидев чету, спускающуюся в унисон, держась за руки, Бурье на мгновение смутился — редкая реакция для человека его закалки.

— Мадам де Пейрак. Месье де Пейрак, — его голос был ровным, профессионально-бесстрастным. — Приношу извинения за столь ранний визит.

Анжелика не ответила. Ее взгляд прилип к оранжевой папке, похожей на тюремный кошель или походную аптечку для скорой расправы.

— Слушаю вас, месье Бурье, — голос Жоффрея прозвучал удивительно спокойно и даже вежливо. — Чем обязан?

— Месье де Пейрак, — Бурье щелкнул замком папки, и звук этот отозвался в тишине подобно выстрелу. — На основании постановления следственного судьи я обязан произвести ваш арест по подозрению в совершении умышленного убийства Бернара Андижоса, а также в мошенничестве в особо крупном размере. С тем же постановлением санкционирован обыск в помещениях, которые вы занимаете.

Закрыв папку, он продолжил без пауз: — Прошу вас проследовать с нами.

Жоффрей слушал, не меняясь в лице. Казалось, эти слова не имели к нему никакого отношения, были абсурдной ошибкой бюрократической машины.

Анжелику же отбросило назад, словно физической силой. Зазвенело в ушах. Мир накренился. Она смотрела на следователя, и казалась не понимала смысла, произнесённых им слов. Потом инстинкт вытолкнул ее вперед, она шагнула, заслоняя собой мужа.

— Что вы говорите?! Это чудовищная ошибка! Бернар был другом нашей семьи! Какое мошенничество? Вы с ума сошли!

Голос Анжелики, сначала громкий и резкий, к концу фразы дрогнул и стал беззвучным криком. Бурье смотрел на нее с холодным, почти медицинским сочувствием. Она поняла, что говорит в пустоту.

— Мадам, я разделяю ваш шок. Но постановление суда подлежит исполнению.

Прежде чем она нашла новые слова, Жоффрей мягко взял ее за плечи, отодвинул в сторону и вышел вперед.

— Господа, предъявленные обвинения не имеют под собой почвы. Я невиновен и готов это доказать в рамках закона, — он сделал короткую, выразительную паузу, бросая взгляд на Анжелику, у которой по щекам уже текли молчаливые слезы.

— Вы позволите мне попрощаться с женой?

— Конечно. Мои коллеги тем временем приступят к обыску, — Бурье бегло окинул взглядом интерьер. — Думаю, работы у них будет… достаточно.