Апельсиновое счастье

-23-

В субботу к вечеру Минька привозит прямо с самолета ко мне Лизу с чемоданом.

- Лиза? – удивилась, открыв дверь, не то слово! То есть, я конечно знала, что сын поехал ее встречать. Я сама его попросила. Но что она примчится ко мне, не ожидала.

- Ну, мать, ты зажгла! – она кидает сумку в коридоре на тумбочку и стремглав проносится в гостиную, плюхается на диван, закинув ногу на ногу.

- Рассказывай, давай-давай, выкладывай в чем дело? – требует со строгостью матери, которая допрашивает свою дочь, почему она курила за школой.

- Лиз, что сказать? Все равно все кончилось. Чуть раньше, какая проблема!

- Ты что охренела?! Ахмет весь с лица спал, почернел от …

- …горя?! Скажешь тоже! Не преувеличивай! – перебиваю, пусть не нагоняет жути.

- Да, милочка, когда ты пропала, он тряс меня, как грушу, выпытывал куда ты делась. Я уже не знала, как его остановить, как успокоить. Когда узнал, что ты улетела, мебель стал крушить. Спасибо Сердару, кое-как утихомирил его.

- Да, дела! Так я пропустила самое интересное?!

- Это не все, Ехидна Патрикеевна! Ты знаешь, что он Дениза чуть не убил. Гонял его кнутом по всему номеру!

- Что?! Как кнутом?! Что за дикость!

- А вот так! На следующий день, вчера то есть, он приказал Денизу приехать к нему в отель и стал выпытывать, что он тебе сказал, при этом так орал, что на нескольких этажах крик слышно было. Парень стоял перед отцом белый, как мел. А потом Ахмет вытащил откуда-то эту штуку, не знаю, что это - кнут, плетка, хлыст. И давай ей махать, как хлопнет по дивану рядом с Денизом, он аж подпрыгнул и отскочил в сторону подальше. Дениз отскочил, разумеется, не диван. Ахмет опять как щелкнет кнутом, звук - словно выстрел из пистолета! Если по чему-нибудь попадал, книги там, посуда или ваза, или еще что, все в дребезги! И все время рядом с Денизом щелкал. Мальчик скакал от кнута по всему номеру, кричал, что ничего плохого не говорил. А там еще дочка Ахмета – Лале, была, ей же всего лет десять-одиннадцать. Она плакала от страха, столько слез пролила, испугалась за брата, пыталась его закрывать, кричала: «Папочка, не надо»! В общем, рабыня Изаура отдыхает. Я Лале в наш номер увела, утешала, успокаивала, ободряла, как могла. Девчушка испугалась конкретно. Дениза Ахмет конечно не убил, но я думала, выдерет как сидорову козу. И снова, скажи спасибо Сердару, твоего Ахмета унял, Дениза из номера вызволил. Ахмет Дениза так к счастью ни разу и не ударил. Но когда мы мальчика отвозили в его отель, он украдкой плакал, такой ранимый, такой впечатлительный.

Я слушаю рассказ с открытым ртом. Не могу поверить, что это было в реальности.

Не может это быть правдой! Ахмет не такой, не может быть!

- Лиз, а на каком языке они кричали, что ты так хорошо все поняла?

- Ой-ой-ой! На русском! Не веришь, что ли? И Ахмет, и Дениз, и даже Лале.

- Они знают русский? – сижу и думаю, зачем я по-английски перед Денизом распиналась на награждении. Ах, да! Он не знал тогда, что я из России, а я и не предполагала, что он владеет нашим языком.

- Я сама удивилась.

- Лиз, выходит, хорошо, что я уехала. Ахмет – страшный человек. С таким не отношения строить, от него подальше держаться надо! – а мысли дальше бегут. Что я хотела – это Восток, детка! А то любовь придумала, страдаю, что мы не можем быть вместе, он-то может, я не могу. Да хорошо, что все закончилось! Тиран, деспот! Вот так наши девушки выходят замуж за этих красавцев, а потом слезы льют, мучаются, избитыми ходят. Тогда глаза и открываются, да поздно!

- Ты не думай, я его не защищаю, но он тоже расстроился, не смотри, что грозного из себя строил, сам едва не плакал, еле сдерживался.

- Я не понимаю, мы все равно сегодня расстались бы! Зачем так реагировать?

- Не понимает она! А сама зачем тогда сбежала? Что за трагедия? Рассказывай! – требует Лизка, ногой топает.

Ага! Рассказывай! А если Минька тут тихой сапой просочился в гостиную и уши свои любопытные греет, пока я Лизу выслушиваю. Как при нем откровенничать, и так слишком много лишнего узнал.

- Мам, крутой мужик тебе попался!

- Ага! Кнутом тебя разочек огреет, сразу его крутость разонравится.

- Чего сразу кнутом-то! У него свои дети есть, пусть их воспитывает. Я уже взрослый!

- Да, Минь, и очень смелый!

- Я смелый! Дело не в том, что я испугался. Тем более, что я не боюсь!

- Ну-ну! Продолжай!

- Я уже вырос из возраста, когда воспитывают! Я слишком старый для этого, вот что имелось в виду!

- А между прочим, Дениз старше тебя на два года!

- Так чего же он кнут-то не отобрал? Я думал он школьник. А он лузер что ли?

- Нет, он очень талантливый актер, спортивный и накачанный, сильный в общем! У них так принято, дети почитают родителей и подчиняются им до конца жизни.

- Ого! До старости что ли? Нет, я не согласен, кнутом взрослого мужика стращать не дело. Меня там не было, я бы показал этому психованному Ахмету!