Апельсиновое счастье

-4-

Ахмет не заморачивался со спальней, сразу потребовал, чтобы мы спали вместе. Я пыталась возразить, что это не удобно. В доме живет куча народу, а главное, Лале так жёстко ставить перед фактом не лучший вариант. Ахмет упёрся. У них и так страна, выращивающая баранов, так и мужчина мне достался с бараньим упрямством. Если бы мы жили наедине, или хотя бы без малолетней дочки, я даже не задумалась над таким положением, но здесь и сейчас это было неправильно. Мы стояли перед нашей общей, как оказалось, спальней и переругивались шёпотом.

- Вы что уже ругаетесь? – раздался радостный голосок у нас за спинами.

Лале сверкала глазками и хитро щурилась. Ахмет укоризненно посмотрел на меня. Так он и переиграл меня. Знала бы Лале, что только ускорила процесс нашего сближения с ее отцом! Наверное, поступила бы иначе.

Ладно, в этом вопросе мне пришлось отступить. Я молча прошла в комнату, упрямо задрав подбородок. Чувствую, пободаться придётся не по одному вопросу.

Он задержался за дверью, что-то объясняя девочке. Зато, когда вошел, налетел на меня с поцелуями, как коршун, стремительно и неотвратимо. Я забыла об всем, о претензиях, о неудобстве, об обиде. Ахмет весь вечер и часть ночи не давал мне скучать и думать ни о чем постороннем, кроме себя. Вспомнилось о неудобной ситуации только утром, когда Ахмет собирался на работу.

- Сегодня воскресенье! Ахмет, ты дни перепутал! – я пыталась остановить мужчину.

- Нет, милая! Мне нужно подготовить проверку в офисе к понедельнику, я ненадолго! – пообещал, женатый на работе, Ахмет.

- Кстати, о работе! Ты можешь использовать под рабочий кабинет любую соседнюю комнату, там везде есть письменные столы.

Я облюбовала под кабинет уютную комнатку с видом на сад. Она, как и спальня, находилась на втором этаже только чуть дальше по коридору. Прямо перед окном росло апельсиновое дерево. К тому же, в комнате было не просто окно, а выход на балкон. На балконе стоял столик и пара стульев, мебель очаровывала ажурностью, изящностью и легкостью. Здесь можно было попить кофе, полюбоваться на фруктовые деревья, помедитировать. В общем в комнату я влюбилась.

Я провозилась в кабинете, обустраиваясь, что пропустила и завтрак, и возвращение Ахмета. Голодный и злой желудок урчал и укорял меня во всех смертных грехах. Я и написала-то немного, не больше пары глав. Да, когда я начинаю заниматься написанием романов, то теряю счет времени и связь с реальностью. А меня никто и не потревожил за все время.

Спустилась вниз, хотела пойти на кухню. Уже представляла, как съем что-нибудь вкусненькое. Но увидела приоткрытую дверь кабинета Ахмета. Вчера экскурсия по дому не удалась из-за нашего спора, но расположение кабинета Ахмета я запомнила. С первым этажом он меня успел ознакомить, не то что со вторым и выше.

Ахмет сидел в кабинете. Сквозь щелку в двери я наблюдала, как он обхватил голову и пристально всматривался в экран. Я вошла. Ощущала себя незваной гостьей, но все равно заявилась. Вид моего мужчины мне категорически не понравился. Слишком много отрицательных эмоций на лице.

- Ахмет, чем занимаешься?

- Да, вот, акции хотел купить. Но что-то не так.

Я взглянула на экран. Один взгляд на графики, и мои знания и навыки поперли из меня, словно перебродившее тесто из кастрюли.

- О! Да это же крест смерти!

Ахмет ощутимо вздрогнул и стал еще мрачнее.

- Крест смерти, говоришь. Где?

- Да, вот же! Смотри, краткосрочная скользящая средняя пересекает долгосрочную сверху вниз. Прямо, как в учебнике, классика. Так что ты сказал надо - продать или купить?

- Купить. Но теперь понимаю, что нельзя. Надо сбрасывать, что есть.

- Ахмет, нужно немного подождать, чтобы понять точно. Проанализировать. С первого взгляда и ошибиться можно. И вообще, этот крест какой-то нарочито правильный, слишком правильный, будто напоказ. Кто-нибудь знает, что ты собирался акции покупать?

- Да, случайно обмолвился в телефонном разговоре с племянником Арсланом. Ты с ним незнакома. Он у меня занимается торговлей акциями. Но он меня очень крупно подвел в прошлый раз. Доверия ему нет. Да, он общается с одним парнем, он при нашем разговоре рядом с Арсланом болтался. Мне кажется, что этот приятель сливает информацию конкурентам, хоть и работает в нашей фирме.

Зазвонил телефон.

Звонил Арслан, он так отчаянно закричал, что акции будут падать, покупать нельзя. Я, стоя рядом, чуть не подпрыгнула.

Ахмет заметно напрягся, вцепился в ноутбук, словно собрался нырнуть внутрь экрана.

- Ахмет, спокойно. Нужно взять тайм аут, пару часов. Торги-то все равно только в понедельник. До завтра сумеем стратегию выстроить. Вызывай сюда Арслана, - мой мужчина недоверчиво посмотрел, но послушался.

Арслан примчался, как заполошный. Глаза вытаращены, нервничает и потеет, волосы взлохмачены, дыбом стоят. Даже жалко его, никаких нервов не хватит, так расстраиваться.

В его присутствии анализируем, видим ложный крест и золотой. Я убеждаю, что медвежий сигнал ложный, потому что мало того, что нарочито правильный, без скачков, так и слишком малый промежуток нам доступен для анализа, когда график идет вниз. Вот чую, что в понедельник будет бычий сигнал сразу, в первые два часа торгов.

Теперь бы дождаться утра следующего дня. Лично для меня ожидание самый трудный момент в жизни.