Апельсиновое счастье

-26-

Середина ночи! Где же, где эти взрослые, но такие непутевые мальчишки?

Алина написала мне в вотсапе, что они с Мелис останутся ночевать в отеле вместе со съёмочной группой. Там для Дениза и Мелис были забронированы номера, но эта парочка предпочитала жить с нами. Дениз очень хотел наладить отношения внутри семьи и познакомиться со мной поближе, чтобы знать можно ли мне доверить отца и сестру, ну и заодно поближе познакомить родных со своей половинкой. Всерьёз жениться собирался. А тут… Короче, номера сейчас и пригодились для наших девочек. Поэтому хоть за них я не волновалась. Я спросила у Алинки: «Как Мелис себя чувствует»? Алина ответила: «Почти нормально».

В дверь поскреблись, потом что-то зашуршало за дверью, что-то загремело, и вдруг раздался звук падения чего-то большого и тяжелого, неясное бормотание, и какие-то резкие восточные слова, шебуршание повторилось. Ручка дверного замка нервно задёргалась, и дверь резко распахнулась.

На пороге стояла эта парочка, Миша немного пригнувшись поддерживал Дениза, который, нельзя сказать, чтобы стоял. Каким-то образом он опирался на Миньку, закинув руку на плечо, на стену спиной и тем местом, которое ниже и уже не спина, и даже о землю второй рукой. Эдакой каракатицей они прошли в апартаменты, где Дениз благополучно то ли сполз, то ли упал на пол.

Глядя на меня с пола и прижав руку к сердцу, он пробормотал:

- Дэрья, прости…- дальше невнятное бормотание.

Я ощутила себя курицей-наседкой, всплеснув руками.

- Миша, где вы были? Что это такое? – пытаюсь поднять Дениза, он тяжелый и неуправляемый.

- Ма, это Дениз.

- Я тебя сейчас прибью. Шутки мне шутить вздумал! Говори, как это случилось!

- Ну, ма! Я не виноват! Мелиска бросила нашего Денизку, и он с горя напился!

- А ты куда смотрел, непутевый!

- Ма, у парня трагедия! Любовь всей жизни его бросила! Что мне было делать? Отбирать выпивку?

- Да! Отбирать выпивку!

- Дэрья, прости…- вставил свои пять копеек с пола Дениз. Мы вдвоем с трудом волочем его в гостиную на диван.

- Михаил, я тебя серьезно предупреждаю, если у Дениза с Ахметом из-за сегодняшнего будут проблемы, я тебя прибью!

- Как это ты меня прибьешь? Я тут при чём?

- Ах, ни при чём! Ну, я тебе сейчас покажу! Я тебе устрою!

Я отпускаю Дениза. На глаза попадается валяющаяся на журнальном столике плетка-хлыст-может, что-то другое. Откуда здесь эта фиговина? Разве Ахмет не говорил, что выбросил её? Или я так подумала? Не помню! В сердцах хватаю эту штуку и стегаю по креслу в направлении Миши.

- Ма, ну ты чего? – глаза словно плошки, роняет несопротивляющегося Дениза на диван. Он падает не хуже мешка с картошкой.

Миша идет ко мне тихо, но верно.

- Мамулечка, не расстраивайся, подумаешь, напился, с кем не бывает.

Стегаю кресло со всей силы, демонстрирую, что в гневе страшна.

- Ему нельзя, он публичная личность. Если это попадет в СМИ, будет скандал. Карьера Дениза может пострадать. А если Ахмет увидит его в таком состоянии, то шкура Дениза может пострадать. К тому же Ахмет расстроится, и я тоже. А если он тронет Дениза, я не выдержу. Мы поссоримся и расстанемся, - мечусь в панике, сама себя не узнаю. Волнуюсь словно женщина Востока под пятой мужа-тирана.

Раньше я сохраняла спокойствие и в более страшных ситуациях. Я знала, что муж сделает, что скажет. Я с ним придерживалась одних взглядов, мы с ним на равных обсуждали все конфликты и неприятные ситуации. Даже если он со мной не согласен, мы всегда находили компромисс. А сейчас я вся на нервах, нет уверенности в Ахмете, нет уверенности, что выдержу. Боюсь не за себя, за то, что может произойти что-то непоправимое. Все расплывается сквозь слезы.

Луплю по тумбочке, звук словно выстрел, ваза падает и бьется.

— Как вы посмели напиться? Ну, ладно, ты русский. Но Дениз мусульманин, им пить нельзя, религия не позволяет! – хотела громко заругаться, но вовремя вспомнила про Лале, поэтому вместо крика издаю что-то вроде злого шипения.

— Я не понял! Если я русский, то мне можно напиваться? – Миша возмущен, только непонятно чем. Дискриминацией по выпивке?

— Нет, нельзя! – возмутилась, но даже не повозмущаешься вволю. Продолжаю шипеть.

— Я и не пью! Это моя твердая жизненная позиция, - у Миньки в глазах праведный гнев плещется. Но он тоже понимает, что орать нельзя. Мы шипим как две змеи. А понятно, ему не понравилось, что я сказала, что они оба напились. Мишка-то трезвый.

— Но для всего мира русские пьют водку, играют на балалайке, и медведи у нас по улицам ходят. Как в анекдоте: Дедушка, иди есть борщ! Но сначала выпей водки и погуляй с медведем.

Минька поморщился.

— Ма! Ну сколько можно этот бородатый анекдот рассказывать! Не смешно!

Тут из угла раздалось подозрительное хрюканье. Это Дениз смеялся тихонько.

— Вот видишь, а Денизу смешно!

Тут сын резко пошёл на меня. Я взмахнула стегательным орудием в своих руках и решила уточнить.