Апельсиновый ад

14

Глава 14: Рывок Бориса и Адское "Восхищение"
Жизнь Авроры превратилась в череду невероятных событий. Свидания с Адамом, который учился земным премудростям, а иногда и заставлял цветы светиться, были полны нежности и смеха. Но для Бориса это была настоящая пытка. Он видел, как его Аврора всё больше и больше увлекается этим загадочным «Адамом», и его сердце, давно и безнадежно влюбленное, не выдержало.
Он застал Аврору одну, за рабочим столом, окруженную своими любимыми карандашами и бумагой. Адам ушел «по делам», как он это называл, что, скорее всего, означало очередной разговор с Фыриком и Мыриком о перспективах адского гостеприимства.
«Аврора, – начал Борис, его голос дрожал. – Я больше не могу молчать».
Аврора подняла на него удивленные глаза. «Что случилось, Боря? Ты такой бледный».
«Я люблю тебя, Аврора! – выпалил он, слова вырвались из него, как пробка из шампанского. – Всегда любил! С самого детства! А этот… этот чертов Люцифер! Он мешает! Он просто использует тебя! Он не настоящий! Он…»
Не успел он договорить, как в воздухе затрещало. Комната наполнилась запахом серы, на этот раз с примесью чего-то, напоминающего жареное мясо. Из неоткуда, буквально из стен и пола, вынырнули Фырик и Мырик, а за ними еще дюжина чертей поменьше, все как один с блокнотами и ручками.
Их глаза, привыкшие к тьме, тут же устремились на Бориса. Любое, абсолютно любое упоминание их Владыки, даже самое пренебрежительное, как по волшебству, отзывалось в Аду. И когда кто-то смел называть его «чертовым Люцифером»… это было не просто оскорбление. Это было приглашение к немедленному разбирательству.
«Вы слышали, Фырик?! – взвизгнул Мырик, тыкая пальцем в Бориса. – Он назвал нашего Повелителя… «чертовым Люцифером»! Какая дерзость!»
Фырик, с его вечно съезжающими очками, вдруг расплылся в широкой, совершенно не характерной для него, адской ухмылке. Он смотрел на Бориса, затем на Аврору, а затем на то место, где обычно находился Люцифер. И, кажется, ему пришла в голову гениальная идея.
«Подожди, Мырик, – прошептал Фырик, и в его голосе прозвучало нечто, похожее на восторг. – Он назвал его… «чертов Люцифер». Это же… это гениально! Он не мешает! Он убирает лишних конкурентов! Он понимает!»
Остальные черти, до этого угрюмо взиравшие на Бориса, вдруг зашептались, а затем синхронно закивали головами.
«Да! Он офигенный! – провозгласил один черт с нелепо длинным языком. – Он понял! Надо убрать его! Он мешает счастью Владыки!»
«Мы не можем позволить, чтобы кто-то вмешивался в личную жизнь нашего Повелителя! – добавил другой. – Это непрофессионально!»
Аврора, ошеломленная появлением толпы чертей и их странной интерпретацией слов Бориса, попыталась вмешаться: «Эй! Что вы делаете? Это мой друг!»
Но было поздно.
Фырик и Мырик, с неожиданной для себя прытью, подхватили Бориса под руки.
«Не беспокойтесь, будущая Королева! – пропел Фырик, уже волоча Бориса к появившемуся за его спиной мини-порталу, из которого исходило тепло, но не зловоние. – Мы его не обидим! Просто… уберем с дороги. Чтобы он не мешался под ногами у Повелителя! Он теперь наш… адский почетный гость! Очень ценный кадр!»
«И мы будем учить его правилам поведения в присутствии истинной любви!» – добавил Мырик, запихивая сопротивляющегося Бориса в портал.
«Нет! Аврора! Спаси меня! Он Дьявол! Он заберет мою душу!» – кричал Борис, его голос удалялся по мере того, как портал схлопывался, унося его в неизведанные глубины Ада. Последнее, что услышала Аврора, был его отчаянный вопль: «А я еще не успел оформить свою библиотечную карточку!»
Аврора стояла в полном оцепенении. Комната снова стала обычной, лишь слабый запах серы и немного помятый ковер напоминали о недавнем визите. Борис исчез. Унесенный в Ад за то, что посмел признаться в любви и назвать Дьявола «чертовым Люцифером».
Она посмотрела на исчезнувший портал, затем на свои руки, в которых еще недавно держала карандаш, и в ее голове роились мысли. Кажется, ее жизнь только что стала еще более… сложной.