Апельсиновый ад

20

Глава 20: Адская Премьера и Нежданные Гости
День «Адского Арт-Проекта» настал. Люцифер, хоть и нервничал (что было для него совершенно новым и необычным ощущением), не подавал виду. Он впервые в жизни выступал не как Владыка, а как... продюсер выставки. Аврора же, напротив, была полна предвкушения.
Портал, созданный специально для мероприятия, представлял собой не привычный дымящийся проход, а элегантную арку из чёрного мрамора, украшенную причудливыми, но не пугающими, узорами. Из неё струился мягкий, тёплый свет, а воздух на Земле наполнился запахом... апельсинового цвета. Люцифер постарался.
Первыми и единственными гостями из числа "людей" были, конечно, Аврора и Борис. Борис, хоть и привык к Аду, был поражен преображением его "курортной" части.
«Невероятно! – воскликнул он, входя в главный выставочный зал, который прежде был лишь безликим пространством для вечного ожидания. – Я и не думал, что здесь можно создать нечто подобное!»
Зал был огромен, его своды терялись во тьме, а стены, выполненные из полированного обсидиана, отражали мягкий, внутренний свет, исходивший от экспонатов. Вместо традиционного адского огня, здесь горели управляемые источники света, создавая драматические тени и акценты.
Аврора, во главе своей "адской" команды чертей-ассистентов (Фырик и Мырик выглядели весьма солидно в специально пошитых для них фартуках с логотипом "Адский Арт-Проект"), с гордостью демонстрировала свои инсталляции:
* «Стоны Отражения»: Композиция из тысяч изогнутых зеркал, которые отражали не самих грешников, а лишь их силуэты, заставляя зрителя задуматься о собственной тени.
* «Лес Забытых Снов»: Мерцающий, полупрозрачный лес, созданный из адских минералов и подсвеченный изнутри, где каждый "лист" шептал об упущенных возможностях.
* «Танец Искушения»: Динамическая скульптура, состоящая из вращающихся металлических лепестков, которые, казалось, то заманивали, то отталкивали зрителя.
* «Портрет Повелителя»: Центральное место занимала огромная картина, написанная самой Авророй. На ней Люцифер был изображен не как страшный демон, а как загадочная, но глубоко человечная фигура, с тенью улыбки на губах и искоркой любопытства в глазах. Рядом с ним, на отдельном постаменте, стоял... стакан с апельсиновым соком.
Люцифер смотрел на картину, и его сердце, которое Аврора так старательно растопила, переполнилось. Она видела его таким, каким он сам себя ещё не видел.
«Аврора, – прошептал он. – Это… потрясающе».
Тем временем, на Земле, слухи о "странной выставке" и "тайном арт-проекте Авроры" достигли своего апогея. Марина и Светлана, подслушав обрывки разговоров Авроры по телефону, твердо решили проникнуть на "премьеру". Они предполагали, что это будет какая-то закрытая, элитарная вечеринка, и они просто обязаны были там быть.
Используя навыки, которые они приобрели, следя за Борисом, они выследили еле заметную арку портала.
«Наверное, это вход для VIP-персон! – шептала Марина, пробираясь через кусты. – Видишь, как замаскировано! Наверняка, там будут все сливки общества!»
Светлана, предвкушая бесплатный фуршет, кивнула. «И выпивка! И, может, мы увидим этого таинственного Адама!»
Они проскользнули через портал, и первое, что они почувствовали, был этот странный, но приятный запах апельсинового цвета. Второе – легкое тепло. Третье – потрясающее зрелище.
Марина и Светлана оказались прямо посреди выставочного зала. Они увидели Аврору, сияющую от счастья, Бориса, с восторгом разглядывающего "Танец Искушения", и… Люцифера. Он стоял перед картиной, его аура слегка пульсировала, а его взгляд был прикован к портрету.
«О, мой Бог! – прошептала Марина, узнав Агонию на картине. – Это же... он! Этот Адам... он что, артист?! И он так похож на Дьявола!»
«Марина, – Светлана уставилась на Фырика, который в этот момент, по просьбе Авроры, пытался "позировать" в позе "задумчивого черта". – А это кто?! А это... это что, Ад?!»
Черти, заметив незваных гостей, встревоженно загудели. Люцифер обернулся. Его глаза сверкнули.
«Кажется, у нас... нежданные зрители», – произнес он, и в его голосе прозвучало нечто, что заставило Марину и Светлану замереть от ужаса. Это был не голос "артиста" или "олигарха". Это был голос Властелина.