Апельсиновый вереск. По ту сторону Ареморики

Этери

Со смотровой башни открывался чудесный вид на столицу Приморского Королевства. Елена укуталась в меховой плащ. Ветер растрепал ее темные волосы, и они запутались еще сильнее. Она подошла к краю, не опуская головы. Карлеон по своему прекрасен, но женщина скучала по маленькому домику в лесной глуши. Где-то вдалеке вспыхнули огни. Елена не сразу поняла, что кто-то применил волшебство. Нужно немного времени, чтобы привыкнуть к необычному дару. Холодный ветер пробирал до костей, кровь, бегущая по венам, охлаждалась и грозилась застыть. Потемневшее грозовое небо выглядело устрашающе.

— Вот ты где.

Нашел. За ее спиной послышались уверенные шаги. Ему не нужно обладать особым даром, чтобы найти ее где угодно. Эта способность пугала и восхищала одновременно. На плечи Елены опустились широкие ладони, а над ухом раздался глухой шепот:

— Ты снова прячешься, любовь моя?

Она передернула плечами, не желая чувствовать его прикосновений. Артур был ей противен. В ее голове промелькнуло воспоминание, от которого тело пробрала дрожь. Она положила руку на живот, зная, что где-то там бьется маленькое сердце.

— Уходи. — Елена была готова сделать шаг, броситься вниз со смотровой башни. И только ребенок ее останавливал. Обрекая на смерть себя, она ставила под угрозу и его жизнь тоже.

Его руки скользнули вниз, обнимая за пояс. Он прижался подбородком к ее плечу.

— Разве ты все еще ненавидишь меня?

— После того, что ты сделал… — голос женщины сорвался, боль в теле стала нестерпима.

Артур поцеловал ее в холодную щеку.

— Я люблю тебя, — с нажимом произнес он.

— Любишь ты только себя. Уходи, — повторила Елена, но он остался стоять на месте. Ни разу он не поступил так, как она просила. Король Пендрагон всегда действовал наперекор ее желаниям.

Он называл любовью то, что простые люди величают одержимостью.

Этери просыпалась с головной болью. Вода в купальне давно остыла, аромамасла выветрились. Она уснула прямо здесь? Усталость и нервное напряжение давали о себе знать. Что же ей снилось? Этери запрокинула голову наверх, рассматривая сводчатый потолок. В этот раз сновидение сумело ее удивить. С каждым днем девушка остерегалась Артура все больше и больше.

На какие еще жестокие поступки он готов пойти в угоду своим желаниям?

От размышлений в холодной воде Этери отвлекло выразительное покашливание. Она опустила подбородок и встретилась взглядом с шоколадно-карими глазами. Перед ней стоял мальчишка, находившийся рядом с Артуром во время обряда Авалоны. Сейчас на нем была красная рубашка с рюшами, узкие брюки и остроконечные туфли. Мальчик взирал на нее с интересом и, надо отдать должное, смотрел исключительно в глаза.

— Что, даже не будешь кричать? — с немалым удивлением спросил он.

В купальне стоял жуткий холод, но Этери моментально согрелась от жара, опаляющего лицо.

— Выйди.

Сейчас Этери мучил только один вопрос: “Как он попал в ее комнату?”. Ответ был слишком прост и очевиден. Через дверь, ведь она не запиралась, а повесить большой замок или хотя бы защелку ей никто не позволил.

Замечательно, теперь кто угодно может попасть к ней среди ночи и задушить пуховой подушкой…

— Я могу отвернуться, — по его губам проскользнула шальная улыбка.

— Будь добр.

Он не солгал и действительно отвернулся. Этери встала. Холодная вода струями стекала с ее тела. Едва сдерживая дрожь, она потянулась за халатом.

— Тебя зовут не Лилит, — сказал мальчик. Халат выпал из ее рук, но она успела подхватить его до того, как он упал в воду.

Быстро завернувшись в ткань, Этери раздраженно возразила:

— Вовсе нет.

Мальчик повернулся, сверкая все той же улыбкой.

Кто же он такой…? Он ведь не может оказаться сыном Артура? Еще раз осмотрев мальчика с головы до пят, Этери решила, что нет, не может. В таком случае, почему король держит подле себя ребенка?

Предположений могло быть огромное количество, но девушка почему-то вспомнила рассказанную Элфи сказку о величайшем мастере оружия и легендарном клинке. Вслух это могло прозвучать до ужаса нелепо, но… Этери привыкла, что в Ареморике любой ответ на вопрос лежал на поверхности.

— Ты Калеб? — рискнула предположить она. В конце концов, ничего не случится от малейшей ошибки. С другой стороны, как еще Артуру удалось завоевать земли Примории? Может, меч больше не видели просто потому, что он находился в теле десятилетнего ребенка?

Мальчик молчал. Этери уже начала думать, что сказала глупость, но тут он кивнул:

— Эскалибур. Но ты можешь звать меня Калеб, — одобрение в его голосе придало ей уверенности. — А ты дочь Лилит.

Скрывать смысла не было. Отпираться и лгать тоже. Если Калеб служит Артуру, то ей конец. Не думала Этери, что это произойдет так скоро. Посреди купальни, когда она стоит в тонком халате. Элфи погиб, теперь настала ее очередь. Король не потерпит обмана.

В этот момент наружу вырвалось бесстрашие. Какая разница, что она скажет, если все равно завтра умрет?