Апгрейд для Дракона! Миссия выполнима?

Глава 1.

Боль.
Тупая, разрывающая, под левой стороной грудной клетки. Воздух вырвался из лёгких с таким сипом, будто меня переехал грузовик. Я не поняла, как оказалась в воздухе. Ощущение полёта задом наперёд, короткое, стремительное. Земля — зелёная, пыльная, твёрдая — встретила меня всем своим гостеприимством, выбив остатки кислорода.

— Вставай, Вир! Или тебе хватит?

Голос. Мужской, молодой, полный презрительной самоуверенности. Откуда он знает мою фамилию? Мою… нет, не мою. В голову вонзилась игла чужого воспоминания: Алисса Вир. Зачёт. Спарринг. Марк Торрен. Продержаться три минуты.

Я застонала, пытаясь перевернуться на бок. Всё горело. Каждая мышца, каждое сухожилие кричали о непривычной нагрузке и свежих ушибах. Я посмотрела на свои руки. В потрёпанных кожаных перчатках, с тонкими, слишком изящными пальцами. Это были не мои руки. Но они сгибались по моей команде. Жутко.

— Минута сорок пять, Вир! Ещё чуть-чуть!

Насмешливый выкрик откуда-то слева. Я подняла голову. Кругом стояли люди. Молодые, в чёрно-синих мундирах, похожих на военную форму из какого-то стимпанк-аниме. Некоторые ухмылялись. Трава, пыль, огромное огороженное поле… и тень, падающая на меня.

— Ты что, уснула там?

Он стоял надо мной. Высокий, плечистый блондин с лицом типичного задиры. В его руке — длинная деревянная палка, похожая на меч для тренировок. Торрен. Память, не моя, а этароидовская, услужливо подсказала: старший курс, силён как бык, обожает унижать слабых.

Инстинкт выживания, мой собственный, острый как бритва, врезался в панику. Двигайся! Я откатилась в сторону, и его оружие с глухим стуком вонзилось в грунт там, где секунду назад была моя голова. Адреналин, горький и знакомый, ударил в кровь. Я вскочила. Мир качнулся, но ноги, чужие и непослушные, всё-таки удержали меня.

И тогда… щёлкнуло.

Не звук. Ощущение. Будто в голове включили тепловизор или наложили цифровую сетку. Я увидела его. Не просто парня с палкой. Я увидела его стойку: вес смещён на переднюю ногу, левое плечо чуть опущено после того удара. Его взгляд скользнул к моим ступням — он пытался предугадать, куда я рвану. И его мышцы напряглись для простого, мощного выпада прямо перед собой. Он рассчитывал, что я отпрыгну назад.

«Ну нет, дружок, — промелькнула мысль. — В покере такой развод называется „слабый блеф“».

— Вот тебе и обновление, — прохрипела я, и мой голос, высокий и чужой, прозвучал для меня самой как удар.

Он атаковал. Ровно так, как предсказала моя новая, глючная «дополненная реальность».

Вместо того чтобы отскакивать, я сделала короткий, резкий шаг навстречу, прямо в его личное пространство. Моя левая рука (слабая, девичья, чёрт побери!) ударила по его запястью, сбивая замах. Правая, сжимающая собственную тренировочную палку, тыкнула прямо в солнечное сплетение.

Тук.

Ох, звук был восхитительный. Воздух с сипением вырвался из него. Он замер, и на его надменной роже появилось чистейшее, неподдельное изумление. Впервые за сегодня, наверное.

Тишина. А потом гул, как в растревоженном улье.

— Что это было?
— Удача!
— Она споткнулась и случайно попала!

Торрен покраснел от злости и унижения. Его атаки потеряли всякую элегантность, превратившись в яростные, размашистые взмахи. Он был сильнее. Быстрее. Но я… я видела. Каждый его замах был как замедленная съёмка. Я видела, как напрягается бицепс перед ударом, как смещается центр тяжести. Я не дралась — я уворачивалась, парировала под идеальным углом, используя его же силу против него. Моё тело было непослушным, медленным аватаром, а мой мозг — пилотом, который отчаянно пытался освоить незнакомое управление. Я падала, кувыркалась, поднималась. Сквозь звон в ушах я слышала отсчёт времени.

— Две минуты пятьдесят! Почти!

Торрен окончательно взбесился. Забыл и про зачёт, и про приличия. С диким, звериным рёвом он занёс палку для сокрушительного удара сверху — такого, от которого не увернуться, можно только подставить щит или… сломаться.

И моё новое зрение показало мне вариант. Ясный, как схема. Шаг вперёд-вправо, под его опускающуюся руку, удар коленом в бедро… Идеальный контрприём.

Я бросилась вперёд. Но нервы, эти чужие, неоткалиброванные провода, дали сбой. Мышцы не успели. Я споткнулась о собственные непослушные ноги и рухнула в неуклюжий подкат прямо под его поднятую для удара ногу.

Всё. Финиш. Я закрыла глаза, готовясь к новому удару.

— Достаточно.

Голос. Не громкий. Но он прорезал шум арены, как лезвие по шёлку. В нём была такая абсолютная, неоспоримая власть, что все звуки разом стихли.

Я открыла глаза и повернула голову.

Он стоял в тени арки на краю поля. Высокий. В чёрном мундире, который сидел на нём так безупречно, что казался второй кожей. Волосы цвета воронова крыла, с проседью у висков, собраны в строгий хвост. И лицо… Боги. Лицо, высеченное из льда и гранита. Резкие скулы, прямой нос, тонкие, поджатые губы. И глаза. Они были цвета жидкого серебра. И в них — вертикальные зрачки. Драконьи. Они смотрели прямо на меня. Не осуждая, не хваля. Просто фиксируя. Как сканер считывает штрих-код.

Ректор. Кейдан Аргент Дракориус. Память Алиссы отозвалась почтительным ужасом.

Его взгляд, холодный и тяжёлый, скользнул на Торрена. Тот моментально вытянулся в струнку, бросив оружие. Потом эти серебряные глаза вернулись ко мне.

— Три минуты истекли. Адепт Вир выполнила условие зачёта. — Его голос был ровным, без эмоций. — Сила без контроля — это хаос. Контроль без силы — выживание. Сегодня вы увидели второе. Иногда этого достаточно. Зачёт окончен.

Он не стал ничего добавлять. Развернулся и исчез в темноте арки, оставив после себя вибрирующую тишину, которая тут же взорвалась сотней голосов.

Я осталась лежать на спине, глядя в высокое синее небо. По нему медленно проплыла огромная тень — что-то большое, когтистое и покрытое чешуёй. Сердце колотилось где-то в горле, каждое дыхание обжигало. Но поверх боли и остаточного шока в голове чётко и ясно выстроилась мысль.