Апокалипсис. Излучающие свет

34

Древний Египет. Город Ахетатон. 1344 г. до н. э

Самый молодой фараон за всю историю Древнего Египта поднялся на возвышенность, с которой открывался вид на остатки города построенного отцом за очень короткий срок.

Он вспоминал, как здесь родился и воспитывался. Он вспоминал улицы, кишащие различными торговцами, художниками, камнетесами, которых доставили сюда из различных районов Египта, чтобы построить самый прекрасный город, который когда-либо строился на этой планете.

С тех пор как последний житель этого города покинул его, жрецы Амона прокляли это место и больше здесь никто не селился. И сейчас по заброшенным улицам между некогда прекрасных храмов и домов, где силились приближенные к царской семьи гулял лишь ветер, поднимая пыль.

На глазах у молодого Тутанхамона выступили слезы, и он сам того не заметил, как произнес вслух:

- Жрецы Амона Вы поплатитесь за то, что сделали с моей семьей?!

Вдруг он услышал шаги за спиной, и рука сама потянулась к рукоятке золотого меча весящего на поясе, сжала ее, так что побелели пальцы. Тутанхамон резко обернулся назад и выставил жало меча навстречу чужаку, который насмелился нарушить покой Наместника Бога-Ра на Земле.

Писарь при Дворе Царя Египта испуганно отскочил назад:

- Эй! Ты поосторожней с ним!

- Извини, Менпуаара! – произнес Тутанхамон, всовывая меч назад в ножны, и внимательно стал рассматривать Менпуаару. Это был симпатичный парень таких же лет, как и фараон Египта, который получил такое же образование, как и сам фараон Египта и стал его наилучшим другом, которому можно доверить свои самые сокровенные тайны.

Через одну из них они и оказались здесь, в Ахетатоне за почти 500 километров от Фив, далеко обогнавши кортеж, следовавший за ними – охрану фараона, а также вездесущих жрецов Амона. Золотая колесница фараона развила такую скорость, что по приезду в Ахетатон Менпуааре стало, мягко выражаясь плохо.

- Где назначена встреча? – спросил Тутанхамон.

- Во Дворце Атона! – ответил Менпуаара.

- Ну, так пошли!

И два подростка начали спускаться с возвышенности в проклятый город. Проходя по заброшенным улицам, Тутанхамон вспоминал прежние годы, когда он тут жил. Вспомнил торговца, который привозил товары, чуть ли не с самого Библа. Он вспомнил как, прогуливаясь со своей матерью царицей Нефертити, этот торговец угостил их финиками. Вон в том доме жил придворный отца Тутанхамона Эхнатона, которого местные ребята так его достали, что он решил убраться в рыбацкий поселок на Нил.

Все эти воспоминания вызвали легкую улыбку на лице у Тутанхамона. Его друг заметил это и тоже улыбнулся, произнес, рассматривая вокруг себя заброшенные дома и храмы:

- Наверное, это был красивый город?!

- Да, ты прав! Это был самый красивый город, где я когда-либо бывал!

- Тутанхамон скажи, а зачем горы вокруг города изрыты пещерами, словно в них поселились большие ласточки?

Менпуаара имел в виду горный кряж, раскинувшийся полукольцом вокруг Ахетатона, понял Тутанхамон и ответил на вопрос:

- В этих пещерах планировалось сделать гробницы для жрецов Атона!

- Тех самих жрецов, которые сперва поддержали твоего отца, а потом его предали?

- Да. И я им за это отомщу!

За этим разговором они и не заметили, как подошли к развалинам Дворцового святилища Атона, который называли Дворцом Атона, и где была назначена встреча с таинственным другом отца.

Тутанхамон вместе со своим другом вошли во Дворец и вошли в зал с круглыми колонами, которые поддерживали тяжелую крышу. На этих колонах, как и на стенах Дворца, были нарисованы портреты из жизни Атона, которые затерли камнями до полного уничтожения шедевров жрецы Амона.

Они прошли в другую комнату, где стоял алтарь, на котором приносили жертву новому Богу. Возле него на коленях, спиной к входу в комнату стоял мужчина, одетый весь в черное, с накинутым капюшоном на голову и что-то бубнил под нос.

Тутанхамону бубнение показалось знакомым, и он сразу вспомнил придуманный его отцом «Гимн Атона», что сейчас пел незнакомец перед алтарем.

Вдруг откуда не возьмись, повыскакивали люди, тоже одетые в черные, не стесняющие движений одежды, и приставили свои кинжалы к горлам подростков. Хотя каждый из них мог поклясться, что секунду назад комната была пуста, кроме незнакомца у алтаря.

Руки парней потянулись к рукояткам своих мечей, нападавшие это заметили и надавили своими клинками посильнее на горло парней, так, что кожа лопнула, и по шее побежали струйки крови.

- Вы, знаете, что вам будет за то, что пустили кровь фараона? – произнес Тутанхамон.

- Знаем! – произнес мужчина, который до этого сидел на коленях перед алтарем Атона. Он поднялся на ноги и повернул в их сторону голову, но лица не было видно из-под капюшона: - в лучшем случае – смерть! А о худшем даже страшно подумать! Верно, Тутанхатон!

Тутанхамон внутренне передернулся от услышанного им имени – так называл его лишь отец! В честь бога Атона!! Но, это не может быть!!!

- Отец?! – охрипшим голосом произнес он, - но, ты ведь похоронен в Долине Царей?!

- Я живой! И стою сейчас перед тобой?! – произнес мужчина в капюшоне.

- Так я не понял! Это, что живой Эхнатон?! – спросил Менпуаара.

- Молчи! – грозно приказал держащий у его горла кинжал мужчина.

- Понял. – Испугано ответил ему Менпуаара.

- Но, этого не может быть?! – все еще не веря, что перед ним стоит отец произнес Тутанхамон.

- Давай потом поговорим, что в этом мире может быть, а что нет?! У меня мало времени, пока твоя охрана не приехала сюда! Так, что стой и слушай! Уберите от него оружие!

Кинжал убрали с горла Тутанхамона, но продолжали его держать за руки.

- А я? – подал голос Менпуаара, намекая на то, что и с его горла надо тоже убрать кинжал.

- Молчи! – опять повторил державший его мужчина.

Менпуаара скосил глаза к полу и незаметно для державшего его человека стал расстегивать пояс.