Арахна бейлифа Понтиакского

Сеть 1.Смотр консортов

Не успела я выйти из своих покоев, как тут же ко мне бросился молоденький вестал* матери, опустился у ног, красиво изгибая спину и в удачном ракурсе показывая свои мышцы и прелести.
— Принцесса Арабелль Джаккет Мориона Самотракийская, да пребудут Ваши дни в неге и любви!
— Отстань!
— Но принцесса, Ваша мать, Великая Арахна Бернадетт Бланш Бриджит Самотракийская благословила меня сегодня на Ваше сопровождение, — вестал приуныл и со страхом взглянул в сторону покоев матери.

Я разозлилась на саму себя. Ну, чем виноват этот послушник? Он просто выполняет свою работу при храме. Старается, чтобы не опозорить семью, служит усердно и с полной отдачей. Да, с отдачей. А я... дочь своей матери, наорала, сорвала на пареньке плохое настроение...

Очень плохое настроение. А ведь всë бабушка, разбудила утром, напоминая, что через год у меня совершеннолетие и пора выбирать консорта. Год! Ещё целый год. Но бабушка собрала сыновей арахн и высокородных леди и потребовала, чтобы я сегодня явилась к ней во дворец. К обеду. Коварная подстроила всë так, что теперь не отвертеться. Как оказалось, согласовала с матерью. Неприятно, да. Но парнишка-то в чëм виноват?

Я уже благосклоннее взглянула на вестала:
— Как тебя зовут, миллет*?
Лицо молодого мужчины на мгновение исказилось, но тут же осветилось улыбкой:
— Пуппи, принцесса.

Я не выдержала и засмеялась, ну, и имена выбирают себе эти мужчины! Пуппи! Огурчик! Я скользнула взглядом по паху вестала. Да, хороший такой огурчик. Тхага* Мара умеет выбирать весталов в храм Великой Арахны.

Увидев, что я смеюсь, вестал тут же заулыбался ещё искреннее и старательнее:
— Рад, что смог улучшить Ваше настроение, принцесса!
— Пуппи, вы специально выбираете смешные имена, чтобы арахны расслаблялись рядом с вами?

Парнишка попытался изобразить коварство и очень неумело и фальшиво зашептал:
— Принцесса, Вы разгадали коварный план мужчин по завоеванию мира...

Я сразу вспомнила уроки истории. Мир до схождения Огненных Мотыльков. Женщины в подчинении у мужчин. Жестоких, невоспитанных, идущих на поводу у инстинктов мужчин! И сразу проснулась внутренняя Ть-ма. Резко. Мгновенно. Сформировала ловчую сеть из дымно-обсидиановых струй силы. И хлестнула по спине вестала.

Молодой мужчина вскрикнул, на его теле набух алый, очень болезненный рубец. Я знала, пройдëт не скоро, неделю будет напоминать о себе, не меньше. К сожалению, пока Ть-ма управляет мной, а не я ей. Ещё год. Войду в полную силу и научусь содружеству с тьмой. Для этого и нужен консорт, да и весталы вот тоже. Светом Вечного Огня уравновешивать Ть-му арахн-защитниц.

Успокаиваясь, строго взглянула на вестала:
— Ты неудачно пошутил, Пуппи. Арахн нельзя захватить или подчинить. Мы всю жизнь живëм с тьмой внутри. То, что ты сейчас испытал, намного слабее моих постоянных ощущений и ваше служение — мизерная плата за подвиг арахн и их согласие на союз с силой. Мы приняли тьму, чтобы защищать вас.

На миг в глазах Пуппи мелькнула ненависть, но он тут же потупил взгляд и упал на колени:
— Извините, госпожа арахна, извините.
— Пока нет. Пока не госпожа. Принцесса. Иди в лазарет, Пуппи. Я проведаю тебя. Вечером. Или завтра.

Я была зла на себя. Да, зла. Мать не придала бы значения такой мелочи. Подумаешь, не сдержала тьму, молода ещё. Выпустила пар и хорошо. Пострадал вестал, отлично, для того они и приставлены к храму, чтобы успокаивать тьму арахн. Но... Я сейчас была не очень довольна собой. Больше контроля, Арабелль.

Ладно, признаю, плюсы в сложившейся ситуации тоже были. Избавилась от вестала, приставленного матерью. И у меня теперь есть час-два свободного времени до встречи с потенциальными консортами. Я поспешила в башню.

Другие арахны свободное время проводят в тренировках на арене. В подборе украшений-артефактов. В изготовлении и примерке личного доспеха. А у меня была... Башня. Моя башня. Полная книг, которые я притаскивала сюда ото всюду, где находила. Место, где я переставала быть принцессой арахн, а становилась собой. Или эльфом. Иногда драконом. Ох, прости меня Ть-ма, рыцарем-архонтом с благословенным огнём... Я могла представить себя кем угодно, читая эти невероятные старинные книги сказок. В башне и в мирах легенд я скрывалась от домашних: бабушки, матери, арахн, весталов. Там я пряталась от Огненных Мотыльков и их смертельного пламени. От ужаса, наводнившего наш мир. От проклятия, с которым мне предстоит столкнуться через год.

Я подхватила книгу. И забыла обо всëм на свете. Час пролетел быстро. Очень быстро. Я спустилась. Отдала себя в руки весталов, которые бережно намыли моë тело, подобрали бельë и платье, сделали причëску. Дай им возможность, и мужчины превратили бы меня в нелепый тортик из лент, самоцветов и тканей всех оттенков. Шушукаясь и похихикивая, они точно разрядили бы меня, зная о предстоящем торжестве. Арахны чëтко разграничивают бой и ритуалы. И в ритуальные дни дают возможность весталам порадоваться и приодеть госпожу поярче.

Но я не любила всех этих побрякушек и предупредила заранее:
— Миллеты, строго, стильно. Бабушка будет. Так велела.

Бабушку весталы боялись ещё больше, чем мать. А потому вскоре я была готова и одета именно так, как и хотела. Строгое синее платье, скромно расшитое по подолу отдельными золотыми нитями с крохотными вкраплениями сапфиров и коньячных бриллиантов. На шее стилизованное изображение арахны в центре ловчей сети, в глазах паучихи два крупных сапфировых кабошона. И такой же браслет на руке. Корсет и сапоги цвета старой, отнятой у моря древесины. И всë. А... Ещё великолепие моих тëмных, как ночь волос, рассыпавшихся по плечам и спине до самых щиколоток. Богатство арахн. Обычно мы заплетаем волосы в сложные косы, символизирующие наши ловчие сети. Но каждая из нас может похвастать длинными густыми локонами. У основательниц рода они могут достигать длины двух ростов, не меньше. Мои пока едва прикрывали щиколотки. Хотя по меркам миллетов, конечно, были прекрасны. Так мне и сказали весталы, в восхищении чуть касаясь кончиков волос и подобострастно замирая у моих ступней.