Архипов. Псионик

Глава 19. Отборочные. Часть 1

Ох и бронелобый этот Булычев. Вообще не понимаю как он смог попасть в академию при такой-то упертости.

- Предположим, - Герасим сложил руки домиком и посмотрел мне в глаза. Ну, прям мастер переговоров. Хоть сейчас дипломатом отправляй куда-нибудь в ближнее зарубежье. – Почем мне знать, что это работает?

- Возьми да проверь. Не хочешь пользоваться моим советом – как знаешь, - забрал горшок и отнес его в спальню, а как вернулся обратно, устроился за столом с ребятами. Сегодня на удивление за нашим столиком было многолюдно – Лука сидел в обнимку с Катей. Ребята уже даже не скрывали, что они встречаются. Глеб сидел немного поодаль с явно растерянным видом. Кажется, он не совсем понимал как вести себя в этой ситуации, а еще его сильно смущало откровенно глубокое декольте Князевой, которая сидела напротив и сверлила взглядом Бурова. Да, сегодня даже троица бравых вояк почтила своим присутствием наш столик. И только Камардин сидел тихонько и даже сжался, боясь проронить хоть слово. Ну, этот понятно почему.

- По какому поводу собрание? – я плюхнулся на свободный стул с краю и обвел взглядом ребят.

- Радуемся тому, что пережили эту неделю и празднуем наш союз, - тут же отозвался Буров. Сейчас он совершенно не выглядел надменно и вел себя вполне цивилизовано.

- Какой такой союз?

- Лука, Катерина и Глеб – наши друзья. Мы теперь с ними в одной упряжке. Так что если кто надумает их обидеть – будут иметь проблемы с нами.

- Вот оно как! – я перевел взгляд на Камардина и понял почему Илья вел себя так. Думаю, каждый за столом знал о его преданности Головину и все равно открыто сливал ему информацию без тени страха или сомнения.

А ведь это вызов в том числе и мне. Если оба друга подались под теплое крылышко Бурова, то выбор у меня невелик – либо корчить свободную независимую птицу, которую будет щипать кто не попадя, либо идти под ярмо. Не, пожалуй, побуду гордой птицей. Эдакий павлин, только бы перышки не пообщипали.

- Дима, сознайся, как ты все-таки заманил к себе Аглицкую с Пироговым? – Лука явно интересовался предстоящей Олимпиадой и не смог сдержать интерес. Я даже почувствовал как от него пробежала легкая дрожь с нотками зависти. Не знаю как это описать точнее – нужно прочувствовать.

- Никого я не заманивал, - тут же отозвался Буров и насупился. – Просто предложил им условия в сильной команде. Мы с Борисовым по третьему лучу каждый. Кто из вас может похвастаться такой же силой?

- Я, например, - произнесла Амалия. – Кажется, ей доставляло удовольствие спорить с Буровым и выводить его из себя. – И потом, Головин из второй группы тоже третий луч.

- Третий луч – не видно из-за туч, - тут же передразнил ее Дмитрий. – Тоже мне нашла на кого равняться. Головин! Говорят, он подал заявку на одиночное соревнование, будет пробовать себя на арене.

- Да, и шансы у него очень даже неплохие, - Князева сощурилась, чувствуя, что еще немного, и надавит на нужную точку.

- Слушай, да я этого Пашу даже без брони сделаю, в одних подштанниках! – тут же вскипел Дмитрий и даже подскочил из-за стола.

- С голым торсом? М-м, на такое я бы посмотрела, - мечтательно произнесла Князева и хищно улыбнулась.

Мы все повернулись на нее, но та состроила невинную мордашку и пожала плечами.

- Да уж, кому что, а Амалии лишь бы на мужиков пялиться, - покачала головой Катя.

- Радуйся своему женскому счастью, глупенькая! – тут же парировала подруга. – У тебя вон, свой есть, который всегда под боком и по ночам греет, а мне приходится каждый раз искать у кого погреться. Вон, Маслова который день из комнаты не выходит. Все корит себя глупышка, что недостаточно хороша.

Последние слова Амалии заставили меня насторожиться. Что она сказала о Полине?

- Ты это о чем?

- Не «о чем», а о ком, - Князева перевела взгляд на меня. – Умеешь ты женские сердца разбивать, дамский угодник. В мои сети не попал, хоть должок за тобой имеется, так Полинку ранил. Вот она бедная и носа из спальни не высовывает. Пытается понять что с ней не так, что не может тебя покорить.

Я обвел взглядом ребят и нахмурился. Беседа получилась слишком личной, чтобы вот так, при половине группы об этом разговаривать. А что Полина расстроилась из-за меня – не самая лучшая новость. У нас ведь скоро соревнования, а она в моей команде… Хотя, о чем я вообще думаю? Полина расстроилась! Из-за меня! Блин, я же просто о ней беспокоился, а она восприняла все совсем иначе. Тоже хорош – почти неделя прошла, а я так и не выбрал момент с ней поговорить. Все бегал то за Листиком, то за Драгуновым. Решено, при первой же удобной возможности решим вопрос.

- Кстати, а вы слышали кого Кудряшов к себе в команду набрал? – Лука тоже решил сменить немного щепетильную тему и не нашел ничего лучше, чем затянуть привычную шарманку с Олимпиадой. – Головина с Арнаутовым!

- Да ну! Они вроде как были непримиримыми соперниками, а теперь в одной команде станут выступать? – Суровцев, который одним из немногих пролетел мимо командной Олимпиады, все же интересовался составами команд.

- Говорю тебе! Сам от Камардина слышал. А на роль псионика они взяли Елизарова. Илья, ну скажи им!

Все повернулись к Камардину, и парень поспешно принялся качать головой.

- Д-да, так и есть. Хотя, что вы у меня спрашиваете? Я и сам только сегодня узнал.

- Ну, дела! – протянул Буров. – Мне вот интересно, Кудряш вообще берега попутал? Водиться с Головиным последнее дело. Лучше бы вообще не участвовал.

- Слушай, ну а что ему оставалось? – тут же оживился Трегубов.

- Что оставалось? Взять Егора на роль ратника, а Савицкую… А, ну да, она ведь целитель…

- Вот! Думаю, Головин поставил условие, что с ним в команду придет Арнаутов. Так что команда явно непростая.

- Порвем! – отмахнулся Буров. – Надо только с механиками договориться.

- А что с нами договариваться? – рядом прозвучал голос Булычева, и мы все дружно повернулись к парням. – В общем, мы подумали, и решили участвовать в турнире.