Архитектор (не) против двойни

6

Дина

День был суматошным.

Я проспала, пришлось просить Эдуарда подвезти меня с детьми к детскому саду. Мы с ним нормально так и не поговорили. И я снова разочарую свою маму. Потому что у нас так и не дошло до обмена номерами. Я не знаю его фамилии. Он обо мне знает больше, ведь был у меня дома. Но это не дает мне права думать, что к моим воротам снова подъедет красивый белый джип. И из машины выйдет симпатичный видный архитектор из столицы.

— Мама, почему он здесь? — дернул меня сын, когда мы вышли из-за угла и оказались в двадцати метрах от дома. — Он снова приехал? — хмурился Захар. — Опять?!

И все же это случилось. У нас перед домом стояла красивая белая машина. Возле нее — тот самый видный архитектор из столицы. А на капоте я видела два больших пакета. Из одного торчала упаковка с куклой. Из второго — край шоколадного батончика. Неужели это то, о чем я думаю?

— Ура! — радовалась Настя. — Дядя Эдик!

Она вырвала руку, чтобы побежать навстречу нашему новому другу семьи. К моему огромному удивлению, дочка не сбавила ходу и с разгону вцепилась в Эдуарда. Обняла его руками за поясницу и прижалась, как к мягкой игрушке. Словно это не посторонний мужчина, ничего не имеющий общего с нами троими. А большой плюшевый мишка. Что-то приятное и родное. Вроде папы, которого она вообще не знает.

— Воу, малышка… — был он удивлен не меньше меня. — Полегче. А то задушишь дядю Эдика. Как прошел твой день? Ты съела свою кашу? Спала в тихий час?

— Не-а, — мотала Настя головой. — Каша была противная. Перловая. Без молока.

— Сухая? — угадывал Эдуард.

А дочка снова мотала головой.

— Не-а — как сопли.

— Фу… Какой кошмар. Я тоже не любил перловку в детстве.

— А что ты любил?

— Я любил пюрешку с котлетой. А еще икру кабачковую. Просто обожал ее. Это было блаженство в детсадовские годы. Такой вкусной кабачковой икры я потом в жизни не ел.

— А ты тоже ходил в садик?

— А как же, — улыбался Эдик и гладил Настины волосы. — Все ходили в садик, когда были маленькими.

— Ты когда-то был маленьким?

— Конечно. В детстве я был обычным мальчиком. И моя мама тоже вот так отводила меня в садик утром. А вечером забирала. А когда я пошел в школу, то пришлось уже мне самому водить в садик сестру. А после уроков — забирать ее домой… Она была похожа на тебя. Немного. Тоже был такой носик, — улыбнулся Эдуард. А затем сделал вид, словно похищает нос Настены. — Хоп! — как будто оторвал у дочки ее кругленький носишко. — Украл твой носик.

Она рассмеялась.

— Ха-ха-ха! Отдай, он мой! А то я твой заберу…

— Не достанешь, не достанешь!

Эдик выпрямил спину, чтобы защитить свой нос от нападок со стороны ребенка. Но Настя не сдавалась и пробовала дотянуться, азартно прыгая на месте. А когда поняла, что так ничего не получится, то полезла на машину. Уперлась коленом в бампер, стала карабкаться по капоту. И заметила пакеты со сладостями.

— А что это такое?

— Это вам с Захаром.

— Нам обоим?

— Ага, — ответил Эдик. И посмотрел на меня. Увидел, как я таю от этих приятных слов. Как же давно я ждала чего-то подобного. Чтобы в жизни появился кто-то еще — кто может сказать простые слова. И порадовать моих детей чем-то приятным. И это не я. Не моя мать. А кто-то еще. Со стороны. — В этом пакете всякие вкусняшки, а здесь у нас то, что кушать нельзя. Но с ним можно играть.

— Ух ты! — пискнула Настя и вцепилась пальчиками в упаковку с куклой. — Куколка!

— Тебе она нравится? Там есть еще, — радовал ее Эдик, вытаскивая из пакета еще одну красивую куклу. А потом — еще одну. Целых три! Ничего себе. Раскошелился. Не жадный. Удивило.

— Круто! — прыгала на месте Настя, рассматривая лица новых кукол. То одну, то другую. То третью.

А затем Эдуард открыл дверь машины и взял с переднего сиденья еще одну куклу. Только на этот раз то была старая. Хорошо знакомая наша кукла. Из-за которой Настя горько плакала сегодня в садике. Потому что думала, что потеряла свою верную подружку. Ведь она с ней привыкла спать. Ее самая любимая куколка.

— Вот еще. Подумал, что ты могла ее искать. Нашел сегодня в машине… Конечно, ты можешь ее выбросить уже. Я подумал, что раз она такая потрепанная, то уж лучше я куплю тебе парочку новых…

На этом слове Настя цапнула старую куклу и прижала ее к щеке, словно она живая. Как будто это не кусок порисованного пластика с пучком искусственных волос, а самая настоящая подружка. Живая душа. Как минимум котенок или щенок, которого ты любишь, даже если он извалялся весь в грязи и дурно пахнет.

— Наконец-то я тебя нашла, — мурлыкала Настя и крепко обнимала куклу, которую вернул нам Эдик. — Я думала, тебя украла Катька из подготовительной группы. Или ты выпала просто. И тебя сожрали собаки. Но ты, оказывается, с дядей Эдиком в машине каталась… Он тебя не обижал? — Настя приложила куклу к уху. И спустя какое-то время кивнула. — Хорошо. Я ему все передам… Джессика говорит, что ты хороший. И машина у тебя красивая. Но она в ней потерялась и не смогла найти выход. Поэтому заблудилась. И еще кое-что.

Настя поманила Эдуарда пальчиком, чтобы он нагнулся. Что-то шепотом хотела сказать. Но когда он выполнил просьбу — моя дочь его чмокнула в щеку. Затем сгребла все свои куклы — и новые, и старую, чтобы отправиться с ними в дом и познакомить друг с другом. Сладости ее не так заинтересовали. А вот Захар стал рыться во втором пакете и выхватил оттуда батончик. Тут же его распечатал и откусил большой кусок шоколада вперемешку с арахисом, нугой и карамелью.

— А спасибо дяде Эдуарду? — пожурила я сына.

Вот только на него это не подействовало. Захар даже не посмотрел на мужчину рядом. Демонстративно взял из пакета со сладким еще пару батончиков, горсть леденцов на палочках. Распихал все по карманам и отправился вслед за сестрой. Пришлось сначала открыть ворота и входную дверь, пока Эдик молчаливо ждал моего возвращения.