Архив дел под номером 13

Глава 3 : Идеальный человек

Кабинет Брауна. 09:05.

Утреннее солнце пробивалось сквозь пыльные жалюзи, рисуя рваные полосы света на стенах. Запах вчерашнего кофе и дешёвых чернил висел в воздухе, как усталость после бессонной ночи.

Браун швырнул папку на стол — она скользнула, зацепив мою кружку, из которой вырвался пар.

— Монтейн, Брукс. "Кронос". Лифт. Бизнесмен. Фарш. — его голос был как тупой нож, — Кабина целая. Тросы не лопнули. Ни следа поломки. Он бросил взгляд, острый как бритва, на Колтона. — Снова твои "аномальщины", Брукс. Только, ради бога, обойдись без "призрачных мясников".

Колтон развалился в кресле с видом ленивого кота на солнце, поигрывая зажигалкой, будто это было покерное казино, а не кабинет окружного детектива.

— Сэр, вы меня огорчаете. — он широко усмехнулся. — Так предсказуемо. Я как раз готовил речь про демонов с кулинарным уклоном.

Я закатила глаза, поправляя слишком тугой галстук — чувствовалось, как он душит меня не хуже, чем атмосфера этого кабинета.

— Хватит клоунады.

Колтон наклонился ближе, его дыхание было тёплым, а запах одеколона — дешёвый, с нотами табака и хвои, противно и... почему-то волнующе.

— Ты так сексуальна, когда злишься, Монтейн. — прошептал он, словно комплимент — это нож в спину, завёрнутый в бархат.

Браун фыркнул, отхлёбывая из своей чашки, где кофе был скорее грязевой жижей.

— Брукс, флиртуешь — вычту из зарплаты.

— Оно того стоит, — кинул через плечо Колтон, и я почувствовала, как по моим щекам поднимается волна злости и жара.

---

Бизнес-центр "Кронос". 10:30.

Высотка возвышалась над городом, как стеклянный гроб, зеркальные стены отражали пасмурное небо и давили своей холодной симметрией.

Внутри лифта пахло металлом, потом... и свежей кровью. Слишком свежей.

— Ну что, Шеф-повар? — сказала я, задержав дыхание, — Угадал рецепт?

Колтон присел, как охотник у добычи. Он провёл пальцами по тонким, но глубоким царапинам, покрытым каплями крови.

— Это не тросы, не шестерёнки. Видишь? Они… кривые. Рваные. — Он посмотрел на меня. — Это когти.

— Ты серьёзно?!

— Абсолютно. Милые, пушистые монстрики. Спят днём, режут ночью. Любят фарш. Особенно — живой.

Внезапно он схватил меня за запястье, его пальцы были тёплыми, почти обжигающими.

— Я тебя защищу. Если скажешь "пожалуйста".

Я вырвалась.

— Умрёшь первым. И это будет "приятная неожиданность".

---

Офис. 12:15.

Телефон взревел, как раненый зверь.

Браун буквально впился голосом в ухо Колтона:

— Ну что, лифт-убийца уже стал твоим новым приятелем? Записал его в список любимых паранормальных друзей?

Колтон стоял у зеркала, выправляя галстук, как будто готовился на свидание, а не расследовал механизированную бойню.

— Пригласил на барбекю. Он сказал, предпочитает "мясо средней прожарки".

Я выхватила телефон, чувствуя, как в груди бьётся гнев.

— Сэр, нам нужен доступ к чертежам здания. Здесь что-то не так. Очень не так.

Браун хохотнул в трубку:

— О боги. Ещё одна. Тоже поверила в "проклятые лифты"? Может, вызвать экзорциста? Или подключим медиума?

Колтон перехватил трубку:

— После спиритического круга с чашей борща и чипсами.

---

Служебная шахта. 14:20.

Мы спускались по старому, скрипучему лифту, который пах пылью, жиром и электрическим озоном.

Свет замигал. Пространство вдруг стало туже, стены — ближе, дыхание — громче.

— О, романтика, — Колтон наклонился ближе, голос стал тише, чем раньше. — Ты и я... заперты... в темноте...

Я впилась локтем ему в рёбра.

— Ещё слово — и выкину тебя в шахту.

— Обожаю, когда ты груба.

Он замолчал. Его взгляд замер на стене, где тянулись царапины — длинные, скрёбущиеся, как будто кто-то искал выход... или вход.

Они сходились в одну точку.

Ту, за которой был… кто-то.

И вдруг, с другой стороны лифта, кто-то провёл когтем.
Звук был... скребущий. Мокрый. Живой.

---

Бизнес-центр «Кронос». 15:47.

Дверь лифта открылась с жутким, протяжным скрипом, словно ржавое горло металлургического зверя, харкаясь сталью и тьмой.
Звук отозвался глухо, будто внутри шахты эхом отозвалось что-то живое, но невидимое.

Этаж был пуст — до странной, звенящей пустоты. Не было ни движения, ни шума — только слабое гудение ламп под потолком и отдалённый капающий звук, прерывающий тишину, словно время само истекало из невидимой раны.

Стены были изрезаны. Длинные, неровные борозды — словно когтями, но не звериными: в них было больше осознанного жестокого расчёта, чем инстинкта.
Пол был липким, покрытым засохшей, почти чёрной кровью, и каждый шаг отдавался мерзким хлюпаньем, как будто мы шли не по бетону, а по вскрытому телу.

С потолка медленно, густыми каплями, стекало что-то вязкое, и они падали на пол с тупым, влажным звуком.

Колтон остановился рядом, и его голос стал тише, как будто и он почувствовал — здесь что-то осталось.
— Ну что, Монтейн, — прошептал он, — всё ещё думаешь, я придумываю монстров?

Я не ответила.

Коснулась рукой стены — прохладной, сырой. Влажность просочилась сквозь ткань перчатки, и мне стало не по себе.

— Здесь было нечто. Большое. И злое.

Он наклонился, и его горячее дыхание коснулось моего уха. Оно щекотало, но не мягко — напрягало, как ожидание удара.

— Может, обнимемся для храбрости? — произнёс он, почти мурлыча.

Я толкнула его в плечо — не сильно, но с предупреждением:

— Ещё слово — и ты станешь приманкой. С музыкой и флажками.

---

Мы нашли его в самом конце коридора.

Дверь в офис была приоткрыта, словно кто-то вышел, но так и не закрыл её за собой.

Комната была темна, несмотря на дневной свет — как будто стены впитывали свет, глотали его.

Он лежал в углу.
Нет — лежал не то слово. Он был распахнут, как сломанная кукла, разрезанная вдоль и оставленная на полу.