Архив потерянных миров

Глава 2. Несовпадение

Наверх Лев поднимался медленно, прислушиваясь к собственным шагам. Звук отдавался глухо, будто стены глотали его, не желая возвращать эхо. На верхней площадке горел лишь один плафон — остальные мигали в такт дрожащему конденсатору.

Дежурная Светлана сидела за стойкой с чашкой чая и смотрела сериал на телефоне.

— Ты чего такой? — она вскинула бровь. — Вид у тебя… странный.

— Прохладно там, — сказал Лев. Голос был сухой, будто чужой.

Он положил на стойку папку. Светлана машинально протянула руку, но тут же отдёрнула.

— Бrr. Холодная, как будто из холодильника достал.

— В подвале всегда холодно.

— Не настолько.

Она заглянула внутрь — увидела лишь один лист.

— Уникальная сохранность, — пробормотала она. — Ты точно из архива это взял?

— А откуда же ещё?

Светлана снова попыталась взять папку, но пальцы на секунду заскользили, будто поверхность была покрыта тонкой плёнкой льда.

— Знаешь что… забери это. Мне от неё мурашки.

Лев взял папку обратно, и странный холод прошёл с кончиков пальцев выше, будто лёгкая дрожь по коже. Он переложил её под мышку.

— Камеры наверху работают? — спросил он.

Светлана кивнула:

— По крайней мере, должны. А что?

— На Комсомольской что-то произошло. Уведомление пришло.

Она фыркнула:

— Да там каждый день что-то происходит. То машины брошены, то дети лазят по стройке. Ты что, решил сам проверить?

Лев хотел бы сказать «нет», но слова застряли. Картина размытой фигуры стояла перед глазами слишком ясно.

— Просто интересно, — наконец выдохнул он. — Пойду пройдусь.

На улице воздух показался жарким после подвала. Лев ускорил шаг, свернул на Комсомольскую, перешёл через дорогу и остановился.

Улица была обычной. Шум машин, редкие прохожие, свежая вывеска кафе — та самая, которой не было на фотографии. Всё на своих местах.

Почти.

Лев подошёл ближе. На асфальте перед входом в переулок что-то блестело. Он нагнулся — маленький кусочек зеркала. Тонкая пластинка. На ней — кривой отпечаток пальца.

Он поднял его, перевернул — на обратной стороне кто-то маркером написал едва различимое:

«Поздно».

— Отлично, — пробормотал Лев. — Просто отлично.

Он убрал пластинку в карман и посмотрел по сторонам.
В этот момент сработала камера над подъездом. Тихий щелчок, будто аппарат проснулся.

Лев поднял голову.

Камера повернулась в его сторону.

Это нормально.

Потом она резко наклонилась чуть ниже, как будто фокусируясь ему на груди.
Потом — вверх, на лицо.

А потом — чуть в сторону, будто разглядывала пустое место рядом.

Лев застыл.
Он медленно шагнул влево.

Камера последовала за ним.

Но не полностью.
Её взгляд всё время смещался — будто она пыталась удержать кого-то ещё.

— Так, — выдохнул он. — Прекрасно.

Он достал телефон, включил камеру и навёл на пространство рядом с собой — просто чтобы убедиться, что это паранойя и не больше.

На экране — пустота.
Но когда он сделал шаг назад, изображение дёрнулось.
На долю секунды появился контур. Как будто кадр дрогнул, не успев прорисовать фигуру.

Он замер.

Снова сделал шаг.

На экране — лёгкий шум, полоска, пробегавшая сверху вниз, как в старых телеприёмниках.

— Этого не может быть… — сказал Лев.

И в тот момент рядом него кто-то прошёл.

Не человек.
Не тень.
А пустота, которая двигается сама, изменяя воздух.
Нечёткий силуэт.
Не видимый — ощущаемый.

Лев выронил телефон.
Тот упал, экран мигнул, и на пару секунд изображение застыло.

В кадре, прямо за его спиной, стояла та же фигура, что и на фотографии из папки.

Он наклонился, будто в замедлении, поднял телефон.
Экран снова был чистый.

Но теперь Лев видел — на стекле входной двери, на отражении — за его плечом что-то шевельнулось.

Нечто, что не должно было существовать.

Он побежал.

Только на ближайшем перекрёстке он остановился и перевёл дыхание. Папка под мышкой словно остыла ещё сильнее.

Лев открыл её на ходу.

Внутри появился новый лист.
Его там не было.

На нём — свежее, только что напечатанное изображение.
Лев стоял на Комсомольской, держа телефон.
И кто-то за его спиной.

Размытый.
Но теперь — ближе.

Под фотографией — короткая надпись:

«Дело принято к расследованию. Следующий слой уже открыт».

Лев почувствовал, как по коже пробежал ледяной ток.

Слой? Следующий? Кто это открывает?

Он закрыл папку, но холод от неё теперь бил прямо в ладони.
И самое неприятное — когда он поднял глаза, угол улицы выглядел… не тем.

Как будто дома стояли чуть дальше, чем должны.
На пару метров.

Он моргнул.

И всё вернулось на место.

Почти.