Арий и Луцина

Глава 1: Луцина из Дакии

В Утреней Школе гладиаторов было шумно от рёва диких животных. Ланиста школы, легендарный Карпофор, осматривал новую партию хищников, накануне поступивших в зверинец, что находился за жилыми казармами венаторов. Клетки со львами и львицами стояли вперемешку с клетками, где томились гиены и леопарды. Хищники чувствовали друг друга и нервничали.

Карпофор медленно проходил вдоль клеток и внимательно присматривался к каждому зверю. Рядом с ним шла стройная женщина в грубой серой тунике с плёткой в руках. Её звали Луцина. Она была профессиональной охотницей на диких животных, или, как их называли в Риме, — венатором. Родом была из Дакии, но волею судьбы оказалась в Риме.

Показав на одного из львов, что тихо лежал в клетке, Карпофор сказал:

— Этот совсем слаб. Его надо покормить, а то сдохнет.

— В последнее время их привозят уже полудохлыми, — с досадой проговорила Луцина. — Сдаётся мне, что звероловы стали скупы на кормёжку.

— Так было всегда. Для них важно довезти их до зверинца и получить за них оплату, а потом пусть подыхают.

— А зачем ты у них принимаешь зверей в таком состоянии? — спросила она, но не дала ему ответить и продолжила: — Если бы ты хоть раз отказался, в следующий раз они привозили бы их в хорошем состоянии.

Карпофор отмахнулся:

— Луцина, ты же знаешь, что оплата не в моей компетенции. Пусть прокуратор Колизея решает, каких зверей принимать, а каких нет. Моя задача — привести их в должно состояние до выхода на арену амфитеатра.

— Опять этот прокуратор. Этот прохиндей, по-видимому, неплохо на этом зарабатывает.

— Не суйся не в своё дело. Император Домициан сам назначил прокуратора. Не нам решать, прохиндей он или нет.

Чуть поодаль стояла клетка, где лев бы бодр и грозно смотрел на приближающихся людей. Чем ближе они подходили к нему, тем свирепей становился хищник. В его клетке было много костей, но это были кости не животных, а людей.

— А вот и наш людоед, — проговорил Карпофор, остановившись в пяти шагах от клетки. — Этот в отличной форме.

— Видимо, по пути в Рим он не голодал, — печально произнесла Луцина, посмотрев на три обглоданных черепа, что лежали в углу клетки.

— Да, таких они кормят отменно. И получают за таких в три раза больше монет. Лев, привыкший к мясу человека, будет рвать приговорённых на арене под рёв толпы.

— Меня всегда бросает в дрожь при мысли, что звероловы скармливают таким львам беглых рабов, — призналась Луцина. — Я не завидую этим бедолагам. Их судьба жестока.

— У каждого из нас своя судьба. Кому-то выпало быть венатором, а кому-то — пищей для льва.

— Говорят, судьбу не выбирают. Если это так, то я благодарна ей, что оказалась в твоей школе, а не в сетях звероловов. Кто знает, может быть, они меня тоже не пожалели бы и скормили бы такому льву.

— Ты, Луцина, слишком хороша, — Карпофор одарил её тёплым взглядом. — Таких красивых матрон, как ты, львам не отдают. Их лелеют и оберегают от напастей.

— Карпофор, не начинай! — Луцина понимала, что он питает к ней симпатии. — Прошу тебя. Мы уже с тобой на эту тему говорили. Я никому не принадлежу и не хочу заводить ни с кем отношений. Ты замечательный мужчина, но… я приняла решение, что буду одна. Рим убил во мне всё желание быть женщиной. Прости, если снова тебя обидела.

— Я знал, что ты так ответишь, — он удручённо вздохнул.

Карпофор пошёл дальше, Луцина, немного постояв, отправилась следом. Клеток с животными было много, и нужно было успеть осмотреть все. Утренняя школа была создана императором Домицианом, чтобы обучать венаторов для выступления на арене Колизея. Рим ждал грандиозного праздника — гладиаторских битв по случаю победы римлян над даками.

Шёл 89 г. н. э. Своенравный император Цезарь Тит Флавий Домициан Август Германский вёл войну на три фронта: в Британии — с бритами, на Рейне — с германскими племенами, а на Дунае — с грозными даками, которые год назад разгромили его V-легион, убив легата, захватив знамёна и военные машины легиона.

В Риме обстановка осложняется внутренним противостоянием императора с сенаторами, считающими его тираном. Домициан, понимая шаткость своего положения, решает сконцентрироваться на борьбе с германскими племенами и соглашается на предложение дакийского царя Децебала заключить мир, но с условием — Дакия признаёт своё вассальное положение от Рима.

Царь даков Децебал, осознавая, что война с римлянами может опустошить его царство, соглашается стать вассалом и отправляет в Рим дипломатический корпус во главе со своим родным братом Диэгидом. Ему поручено вернуть римлянам знамёна и пленников V-легиона, а также подписать максимально мягкий вассальный договор.

Римляне встречают дипломатический корпус даков. В честь победы императора Домициана над Дакией в Риме организует показательный триумф, а следом — масштабные тридцатидневные гладиаторские игры в Колизее. Рим хочет продемонстрировать свою мощь побежденным дакам.

Со всех уголков империи в столицу привозят диких животных для грандиозного зрелища — их убийства на арене амфитеатра. Домициан, требующий называть себя Божественным императором римской империи, жаждет кровавого зрелища, которого Рим ещё не видел.