Арисса нити судьбы.

Глава 2.

Глава 2

Вещи матери и люди, которые не забыли

Няня вернулась в дом молча, как тень. Старый платок на голове, глаза — светлые, с потускневшим, но не сломленным блеском. Она не упрашивала, не объяснялась, не оправдывалась. Просто вошла следом за Ариссу, будто её так и не выгоняли.

Клео фыркнула, завидев старуху в холле. Мачеха изогнула бровь, но промолчала — сдержала яд, натянула улыбку, сухо обняла девушку за плечи:
— Если ты чувствуешь, что тебе лучше с ней, пусть будет. Всё, что тебе нужно, Арисса, ты получишь.

Раиса кивнула, глядя на неё невинно, с лёгкой благодарностью, хотя внутри было только ледяное: ты змея, и я это вижу.

---

В ту же ночь она впервые открыла сундук матери. Его хранили на чердаке под тканями и пыльными шторами, словно скрывали нечто стыдное.

Ключ висел у неё на шее, на цепочке, завязанной узлом — прежняя Арисса носила его как память. Раиса открыла замок, и — запах лаванды и ветхого дерева хлынул ей в лицо.

Внутри:

платья — старинные, почти готические, но с необычными вставками ткани, словно шёлк, но с блеском стекла;

шкатулка с камнями — агаты, малахит, редкий зелёный опал;

записная книжка — аккуратные строки, строгий почерк.

пухлый дневник — переплет потрёпан, страницы исписаны плотно.

Свет от лампы падал на строчки, и Раиса скользила глазами по страницам, словно открывая тайную жизнь другой женщины — своей биологической матери.
"Снова чаепитие с Гелией. Она улыбается слишком мягко. Всегда после наших встреч мне тяжело дышать… Наверное, я мнительна, но тень в её взгляде — как лёд. А ведь я доверяю ей воспитание Ариссы."

Раиса подняла голову.
Гелия. Мачеха. Она была гувернанткой, личной. Та, кому мать доверяла дочь.
"Слухи о паучьем шёлке с юга подтверждаются. Попробую закупить коконы у купца из Кефалии. Если получится — мои ткани будут прочнее и легче всего в Эллании. Судно 'Аурелия' встанет под мою торговую марку."

Раиса почти слышала стук своего сердца. У её матери была торговая сеть? Судно? Она вела дела? А теперь — всё заблокировано, завещание отложено, пока ей не исполнится восемнадцать.

"Нет. Это нужно вернуть. Я — её дочь."

---

На следующее утро она вошла в комнату няни, неслышно, с книгой в руках.

— Няня… скажи мне, ты знала мою мать?

Старуха подняла взгляд. В её морщинах дрожали эмоции.

— Знала, как никто. Она сама выбрала меня. Сказала: "Мне нужен человек не из знати, а из честных." Я была простая, шила, ухаживала. Видела, как вы родились. Слышала, как она ночами плакала из-за мужа, из-за доверия к этой… — она прикусила язык.

— Ты тоже её подозревала?

— Твоя мать часто жаловалась на недомогание после общения с Гелией. А потом и вовсе сдала. Но слишком поздно поняла. А после её смерти эта… женщина всё забрала. А меня обвинили в краже и выгнали.

Раиса закрыла книгу, крепче прижав её к груди.

— Поможешь мне?

— Всегда, дитя. Всегда.

---

Вечером, незаметно, они ушли из дома — по боковым улочкам, мимо рыночной площади, под прикрытием тени и покрывал. Цель была — маленький двухэтажный дом с зелёными ставнями. На дверях — латунная табличка: "Др. Анемидос Мелас. Частный приём. По записи."

Раиса постучала.

— Кто?..
— Арисса Никандра. С дочерью говорил бы вы чаще, доктор.

Дверь распахнулась. Мужчина лет сорока, с серебряными прядями в тёмных волосах, в мягкой тунике, с глазами цвета мёда, смотрел на неё, как на привидение.

— Вы… вы действительно пришли?

---

Они сидели в его кабинете, стены которого были увешаны атласами, чертежами и медицинскими травниками. Раиса рассказала всё — и ничего. О потере памяти, подозрениях, об ощущении чужого взгляда, который следит за ней, о смерти матери, завещании, о мачехе.

Доктор Анемидос молчал долго.

— Я не поверил тогда, что твоя мать умерла естественно. Но доказательств не было. Я… — он опустил глаза — был влюблён в неё, молча, как идиот. Я клялся, что присмотрю за её девочкой. Но Гелия… она закрыла мне вход в дом.

— Сейчас вы можете помочь.

— Как?

Раиса облизала губы. Она говорила медленно, чётко.

— Вы осмотрите меня. Зафиксируете вменяемость, здоровье. Неофициально. А затем — через вашего брата… нотариуса, вы найдёте завещание моей матери и копию контракта на судно 'Аурелия'. Мне нужно знать, что ещё не украдено. Мне нужно вступить в наследство… раньше, чем они отнимут у меня имя.

Он поднялся.

— Ты говоришь, как взрослая женщина.

Она встала, глядя прямо.

— Потому что я уже прожила одну жизнь. И не собираюсь терять вторую.