Ариста. Перекрёстки хаоса.

Глава 4

    На следующее утро лорд-инквизитор сидел вместе с Вэрном в малой столовой, попивал кофий и делал вид, что вчера вечером совершенно ничего не произошло. На меня Адэр даже не посмотрел, лишь коротко поприветствовал, что меня только порадовало.
    — Вэрн, мы с Артом едем в родовое поместье Тюрренов. Я хочу постараться найти ещё кое-какую информацию о происшедшем, а Арту необходимо отдать указания слугам. — спокойно сказал инквизитор, а мне хотелось заорать, что никуда я с ним не поеду.
    — Конечно. Мне в любом случае желательно разобраться с государственными делами и распорядиться о сегодняшних проводах Рэйнада. — кивнул канцлер. — Погребение на закате, после него прощальное застолье. Я прикажу седлать вам быстрых лошадей, вряд ли кто-то из вас захочет трястись в карете.
    Разговаривать никому не хотелось и мы завтракали в звенящей тишине. Закончив трапезу, лорд-канцлер ушёл заниматься своими делами, а проворный слуга сообщил нам с Адэром о том, что лошади готовы. Я почти выбежала из дома, взлетела на высокого гнедого скакуна, инквизитор последовал моему примеру, и мы двинулись в путь. Всю дорогу лорд молчал, смотря вдаль, чему я была очень рада. К концу пути я практически убедила себя, что всё случившиеся вчера мне просто приснилось.
    Оказавшись в комфортной и привычной обстановке родового поместья, практически невозможно было поверить в то, что дяди больше нет. Меня знобило, злые слёзы наворачивались на глаза, было сложно смириться с фактом, что смерть забрала у меня очень дорогое. Перед глазами стояли серебряные волосы и красивая улыбка Рэйнада, радость в его изумрудных глазах и искренние слова «Ариста — ты лучшая. Всегда!». Я приказала слугам предоставить Адэру доступ к родовой библиотеке, а сама стрелой промчалась наверх и заперлась в своей комнате. Сказывался стресс прошедших дней — я рухнула на кровать и начала рыдать в голос, оплакивая дядю, брата и собственную незавидную судьбу. К счастью, во всех комнатах стояла силовая звукоизоляция.
    Тот знойный августовский день пролетел незаметно. Я от души поплакала, потом как безумная металась по дому, раздавая указания слугам и наконец спустилась в библиотеку, чтобы поинтересоваться удалось ли инквизитору что-то найти. Адэр был весьма мрачен и по его взгляду я поняла, что он ничего нового не узнал. Жаль, я очень хотела вернуть брата и была готова дни напролёт искать информацию, но не сегодня — время утекало сквозь пальцы и приближался закат.
    Я была безумно рада тому, что в Люксусбрурге прощание и погребение происходили в очень узком кругу, поскольку были связаны с передачей власти. В соседнем Бельмандоре мне бы пришлось иметь дело с несколькими сотнями гостей и бесконечными пустыми разговорами, у нас же всё ограничивалось близкой роднёй и лучшими друзьями. Адэр, Вэрн, тётя…Близкие друзья дяди были уже мертвы, кузина больна (или тётя просто не захотела её везти), троюродных братьев и сестёр и прочую седьмую кровь на воде, как и приятелей с соседями у нас не приглашали. Зато на традиционном застолье на седьмой день после смерти присутствовали все желающие. Хорошо, что быть там всё время я не обязана, просто организовать и произнести торжественную речь.
    Процессия вошла в ворота, отливающие в лучах закатного солнца золотистыми всполохами, и в полной тишине двинулась по широкой тисовой аллее. Бархатное небо, подёрнутое волокнистыми перьями облаков, втянуло в себя последние лучи солнца и на поместье опустились пепельные летние сумерки. Вечер похорон Рэйнада Монфор Тюррена был идеален, как и он сам, а мне хотелось кричать в голос. Мой родной и любимый дядя, зачем ты так рано нас оставил?
    Ритуал огненного погребения прошёл как в тумане, я ничего не замечала и, казалось, больше не чувствовала, внутри что-то потерялось и оборвалось. Я лишь смотрела как полыхало пламя, забирая тело Рэйнада, чувствовала, что кто-то из лордов вливает Истинную Силу в костёр, помогая ему взять своё и мне хотелось плакать. Но даже этой роскоши я себе позволить не могла, поэтому молча наблюдала как танцует огонь, вдыхая сладкий аромат сандалового дерева, смешавшийся с запахом горящей плоти. Чудилось, что прошла целая вечность, а потом всё закончилось. Я сжала кулаки и зубы. Мир изменился, я изменилась — у меня больше не было заботливого дяди.
    Мы собрались в гостиной, и слуга внёс серебряный поднос, уставленный фужерами с похоронным аквавитом — традиционный люксусбургский ритуал для того, чтобы обозначить смерть аристократа в обществе и передачу титула. Только выпив похоронный аквавит, наследники могли законно претендовать на наследство и титул. Я взяла бокал с подноса и осушила его, произнеся ритуальные слова на языке Силы «Принимаю у того, кто ушёл. Клянусь с честью вести за собой род во славу Истинной Силы и короля.». Мысленно от всего сердца поблагодарила родителей и дядю, которые позволили учиться мне вместе с братом, иначе ни древнего языка, ни клятвы я бы не знала. Передача власти была совершена — новым главой дома стал мой брат Артус Мондэн Тюррен. Все собравшиеся взяли с подноса фужеры, осушили их до дна, по дому пролетел крик: «Слава тому, кто ушёл. Да здравствует новый лорд!». В голове шумел аквавит, очередная глава в книге рода Тюррен была начата.
    Тётя, поджала губы и витиевато откланялась, сославшись на упавшую с лошади дочь, а мы с лордами вернулись в поместье рода Бриенн, где уже всё подготовили для застолья в память о дяде. Мне хотелось, сбежать к себе и забыться, но я помнила о планах Вэрна. Это был тот день, когда я не могла отказать, долг и традиции обязывали меня остаться. Лорд-канцлер предложил перейти в «лунную гостиную», там уже ожидали всевозможные яства, алкоголь, музыканты и девушки из домов чувственных удовольствий. Я обратила внимание на то, что прислуживали нам исключительно очень привлекательные и весьма фривольно одетые мужчины на миг задумалась о том, не провоцирует ли лорд-канцлер Адэра.
    В Люксусбурге традиционно считалось, что жизнь и смерть неразрывно связаны и имеют общее начало, каждая смерть человека символизировала дальнейшее процветание его потомков. Живые должны черпать энергию у мёртвых, продолжать род, давать новую жизнь, поэтому похоронные пиршества часто завершались сексом. Очень удобно, учитывая тот факт, что родственники женского пола в таких мероприятиях не участвовали, провожали усопшего лишь мужчины рода и близкие друзья. Женщины присутствовали только на самом погребении и традиционном застолье для всех желающих на седьмой день.
    Вэрн встал, поднял бокал, произнёс речь, восхваляющую дядю, и дал знак музыкантам. Гостиную заполнила музыка, которая лилась сверху, с галереи, на стол, за которым мы сидели падал мягкий свет, а на другой половине просторной залы в полутьме на фоне элегантных ширм с прихотливой резьбой и позолотой, закружились в чувственном танце изящные девушки. Я отлично понимала, что за ширмами скрывались диваны, предназначенные для плотских утех. Развратные нравы аристократии роскошного Люксусбурга во всей своей красе.