Ариста. Перекрёстки хаоса.

Глава 8.2

Вэрн Аркур Бриенн

    
    Надо признать, я поступил как полный дурак, поддавшись провокации Адэра. А я ведь с детства знал инквизитора и должен был предполагать чего от него можно ожидать. Для Адэра любые методы хороши. Что он сделал? Какое плетение Силы наложил, чтобы меня так унесло от поцелуя с Артом?
    Какой стыд, как же я виноват перед моим секретарём. Лорд-канцлер, не умеющий контролировать собственные эмоции. Смешно. Не удивительно, что Арт завёлся и когда я позорно сбежал, вызвал Адэра на дуэль. Но как им в голову пришло взять убийственные для Проводящих глефы хосшесайских ассасинов?
    Глупая случайность или Адэр сделал это намеренно, ведь это он выбирал оружие. Чего хотел добиться лорд-инквизитор? Смерти Арта он вряд ли желал, как и своей собственной. При всей склонности Адэра к манипуляциям и провокациям на самоубийцу он никогда не был похож. Что-то не складывалась в этой теории, но я не мог понять что.
    А ещё меня жутко злил тот факт, что я не мог забыть Аристу. Проклятье. Не помню, чтобы хоть раз так терял голову из-за женщины, но после погребения Рэйнада сестра Арта просто не идёт у меня из головы. Все девушки, которых я попробовал после той ночи были скучными и пресными. Их тела и ласки не заставляли мою кровь бурлить, не будили внутренний огонь.
    Я снова погрузился в воспоминания, в которых я терзал губы бесчувственной Аристы. Согрешив, переступив через все нормы и правила я целовал чужую невесту, пребывающую без сознания. Мягкие тёмные локоны, нежная светлая кожа, чувственные розовые губы и щека, перечёркнутая старым шрамом. Мой пульс участился от одной мысли о девчонке.
    Я, светлейший лорд и канцлер одной из богатейших стран Средилунья скатился до поцелуев почти бездыханного тела невесты собственного названого брата. Великолепно. А ещё пошёл на поводу и поцеловал собственного секретаря. Мужчину. Более того, был от поцелуя в полном восторге. Мне точно надо подумать о том, чтобы принять целибат.
    Я настолько погряз в своей злости и планах мести Адэру, что пропустил дуэль в собственном доме и теперь в своих покоях лежал умирающий инквизитор, а рядом скакал разъярённый Арт. В надежде найти в семейном поместье заряженную Силой кровь сестры и спасти инквизитора. Я мог лишь просить Силу, чтобы кровь там оказалась и Адэру помогла. Его смерти я точно не желал.
    Я даже извинился перед Артом и попытался объяснить, что чувствую к его сестре, хотя облечение эмоций в слова давалось мне сложно. Может быть, потому, что я сам не понимал, что я на самом деле испытываю по отношению к Аристе. Это сейчас она без сознания, а если очнётся придётся иметь дело с её нахальным взглядом и не менее острым языком. У женщины не может быть такого характера.
    Я почти застонал от воспоминаний. Как же она меня заводила. Похоже, я с ума сошёл. Адэр будет смеяться, когда очнётся, но главное, чтобы пришёл в себя. Тогда нам обязательно удастся найти похищенную Эверли и вернуть к жизни Аристу. Я понял, что последнего я очень желал. Хотелось хотя бы ещё раз увидеть дерзкую улыбку и заглянуть в её бездонные зелёные глаза.
    В мыслях об Аристе я даже не заметил, как пролетело время, лишь осознал, что вдали тёмным силуэтом возвышается величественный дом Тюрренов. Я невольно залюбовался многовековым строением, безмолвное величие  которого в свете луны пленяло взор и поселяло в душе неожиданное желание непросто посетить поместье, но и остаться в нём.
    Когда конь оступился на скаку, я даже не сразу понял, что произошло. Не успел среагировать, лишь сообразил, что мы куда-то летим. Мне не хватило времени коснуться Силы, я ощутил сильный удар, в глазах резко потемнело и я потерял сознание. Очнувшись, я ещё некоторое время лежал, пытаясь оценить ущерб.
    Не открывая глаз, пошевелил вначале одной рукой, затем другой, потом обеими ногами. Ничего не болело. Кажется, переломов и травм нет — просто замечательно. Открыл один глаз, затем другой, осмотрелся. Я лежал на полу в залитой светом просторной спальне. Ничего не понимаю. Кажется, я брежу, но в этом случае здесь просто обязана быть обсаженная Ариста.
    Встал и окинул любопытным взглядом комнату, заметил, что богатство и изысканный шик присутствуют в каждом предмете. Резное изголовье кровати цвета кости мастодонта, изящный туалетный столик с круглым зеркалом на гнутых ножках, мягкая фигурная кушетка, обитая нежнейшим бархатом и комод из баснословно-дорогого амаранта со стеклянными дверцами. Спальня удивляла своими размерами, а её интерьер количеством деталей, декораций и замысловатых украшений. Где-то вдали играла приятная музыка.
    И тут я заметил неподвижно сидящую на небольшом бежевом диванчике и наблюдающую за мной Аристу. Её каштановые волосы разметались по плечам, в малахитовых глазах плескалось удивление и она незаметно покусывала нижнюю губу. Девчонка была одета в костюм для фехтования, который обтягивал все изгибы её фигуры и смотрела на меня широко-распахнутыми невозможно-зелёными глазами.
    Я рвано выдохнул и сделал шаг к ней, она мгновенно слетела с дивана и отступила назад. Я вновь шагнул вперёд, Ариста от меня. Это могло бы продолжаться вечность, но за её спиной оказалась стена. Мы замерли безумно близко друг от друга. Я почувствовал её запах и моё дыхание сбилось. Я почти вдавил её в стену собственным телом. Мне было уже не важно, что я брежу и это всего лишь наваждение.
    Я обхватил её лицо руками и нежно поцеловал. Она источала тонкий аромат ландышей и жасмина, а от её губ было невозможно оторваться. Сладкие как дикий мёд, так странно. Я целовал сотни женщин, но такое испытал лишь раз, в ночь после погребения Рэйнада. Жидкий огонь потёк по моим жилам — кажется, я сошёл с ума. Я подозревал, что в этот раз не смогу остановиться.
    Впрочем, какая разница, ведь это лишь наваждение. Хотя бы здесь Ариста должна быть моей. Когда очнусь, поговорю с Адэром и Артом о расторжении помолвки. Я точно брежу — уже думаю о том, что женюсь на своенравной зеленоглазой со шрамом. Не знаю, что со мной, но я больше не хочу с этим бороться. Хочу, чтобы она была моя.
    — Девочка моя, как долго я тебя ждал. — простонал я ей в губы. А когда она робко ответила на поцелуй, мир, каким я его знал, перестал для меня существовать.