Аромат его души

Глава 4

После сеанса с булочками я долго не могла прийти в себя. Я сидела в своей лавке, смотрела на остывшую выпечку и снова и снова прокручивала в голове его слова. «Моя мать… пекла такие по праздникам». Прорыв. Настоящий прорыв. Он случился не благодаря моей сложной магии, не из-за редких эссенций, а из-за простого запаха корицы и теста.

И тут я поняла кое-что важное. Я пыталась воссоздать для него прошлое в стерильных условиях своей лаборатории. Я ловила запахи во флаконы, препарировала их, раскладывала на ноты. Но жизнь пахнет не так. Она пахнет хаосом. Смесью сотен ароматов одновременно. Может, именно это ему и нужно? Не один чистый запах, а их живая, беспорядочная симфония.

Эта мысль не давала мне покоя. Мне нужно было вытащить его из тишины моей лавки. Вытащить его в мир.

На следующий день я отправила ему короткую записку с мальчишкой-посыльным. Я долго думала, что написать. В итоге получилось очень просто: «Капитан Блэквуд. Следующий сеанс предлагаю провести не в лавке. Встретимся завтра в девять утра у входа на центральный рынок. Арвен Ноктерн». Я не знала, придет ли он. Это было нарушением нашего уговора. Но я должна была попробовать.

Следующее утро выдалось солнечным и прохладным. Я надела свое любимое зеленое платье и теплый шерстяной платок. Я пришла на рынок немного раньше и ждала у главных ворот, наблюдая за суетой. Рыночная площадь с утра — это самое живое место в городе. Крики торговцев, смех детей, лай собак, и конечно, запахи. О, эти запахи! Пахло свежим сеном, навозом, жареными сосисками, кислым элем из ближайшей таверны и сладкой патокой. Для меня это была музыка.

Я волновалась. А что, если он не придет? Что, если он счел мою записку дерзостью? Я уже почти отчаялась, когда без пяти девять увидела его фигуру. Он шел через площадь, и толпа, казалось, расступалась перед ним. Люди замолкали, провожая его взглядами, в которых смешались страх, любопытство и жалость. Он делал вид, что не замечает этого, но я видела, как напряжены его плечи и как крепко сжаты кулаки.

Он подошел ко мне. На нем снова была та же простая одежда, что и всегда.

— Доброе утро, — сказал он своим ровным голосом.

— Доброе утро, — ответила я, стараясь улыбнуться как можно более естественно. — Спасибо, что пришли.

— Вы не объяснили, в чем смысл, — он обвел площадь своим пустым взглядом.

— Сегодня не будет флаконов, — сказала я. — Сегодня мы будем просто… гулять. И дышать. Идемте.

Я повернулась и пошла в самую гущу торговых рядов, не оглядываясь, но чувствуя, что он следует за мной. Я вела его молча, позволяя миру запахов самому делать свою работу.

Сначала мы прошли мимо лавки специй гнома Балина. Воздух здесь был густым и пряным. Пахло мускатным орехом, гвоздикой, сушеным имбирем и десятком сортов перца. Я остановилась, якобы рассматривая шафран. Сириан встал рядом. Я видела боковым зрением, как дрогнули его ноздри, но на лице не отразилось ничего.

Потом я повела его к фруктовым рядам. Здесь царил совсем другой аромат — сладкий, свежий, летний. Запах спелых персиков, сочных слив и медовых груш. Я купила небольшую корзинку лесных ягод, просто чтобы задержаться подольше. Сириан стоял за моей спиной, высокий и мрачный, как скала посреди цветущего луга. Он был здесь абсолютно чужим.

Мне стало его жаль. Я вытащила его сюда, в эту шумную, живую толпу, а ему, кажется, было от этого только хуже. Его плечи напряглись еще сильнее, линия челюсти заострилась. Он был как натянутая струна. Возможно, это была плохая идея.

— Может, мы вернемся в лавку? — нерешительно предложила я. — Кажется, вам здесь не по себе.

— Нет, — отрезал он неожиданно жестко. — Продолжайте.

Я кивнула и повела его дальше, к цветочнице, старушке Элме. Ее лоток был похож на радугу. Розы, лилии, астры, георгины. Воздух здесь был почти приторным от их аромата.

— Арвен, милочка! — заулыбалась Элма. — Давно тебя не было! А это кто с тобой? Какой видный мужчина!

Я покраснела. Сириан даже не посмотрел на старушку.

— Это мой… знакомый, Элма. Мы просто гуляем.

Я чувствовала себя ужасно неловко. Я заставляла его проходить через это испытание — быть на виду, терпеть любопытные взгляды и болтовню торговок. Он, привыкший к приказам и битвам, терялся в этом мире простых человеческих контактов.

Мы уже собирались уходить, когда остановились у последнего лотка. Торговка яблоками, дородная и шумная женщина по имени Марта, раскладывала свой товар. Яблоки были как на подбор — красные, зеленые, желтые, блестящие на солнце. Пахло от них просто невероятно — свежестью, кислинкой и сладостью одновременно.

Марта заметила нас. Ее взгляд упал на Сириана. В отличие от других, в ее глазах не было страха. Только сочувствие.

— Капитан, — громко сказала она, вытирая руки о фартук. — Давненько вас не было видно. Совсем исхудали.

Сириан молчал. Я уже хотела утащить его подальше, но Марта взяла с лотка самое большое и красное яблоко и протянула ему.

— Угощайся, капитан! Наливное, с моего сада. Вспомни молодость.

Это был простой, искренний жест. Сириан замер, глядя на яблоко в ее руке. Он не двигался. Марта продолжала держать его, улыбаясь. Казалось, прошла целая вечность. Толпа вокруг нас притихла, наблюдая за этой немой сценой.

Наконец, очень медленно, он поднял руку и взял яблоко. Его пальцы едва коснулись руки торговки.

— Спасибо, — произнес он так тихо, что едва можно было расслышать.

Он не стал его есть. Он просто держал его в руке. А потом, словно подчиняясь какому-то внутреннему импульсу, поднес яблоко к лицу и медленно, глубоко вдохнул его аромат.

И в этот момент я увидела это.

На его губах, бледных и плотно сжатых, мелькнула тень. Едва-едва заметное, мимолетное движение. Словно призрак, отголосок чего-то давно забытого.

Тень улыбки.

Тень улыбки на его лице после прогулки по рынку придала мне смелости. Моя догадка оказалась верной: живые, настоящие запахи действовали на него сильнее, чем мои лабораторные эссенции. Но я понимала, что нельзя полагаться только на случай. Мне все еще был нужен план, и я решила, что пришло время для второго шага. Для «дела».