Аромат золотой розы

Глава 12. Признание похитителя

Прежняя дорожка, всё ещё заметная между двумя давно не стрижеными шпалерами, вела к огороду, разбитому Клод. Идти по ней не имело смысла, но Генриетта просто не могла сейчас устоять на месте. Она резко шагала вперёд – всё равно куда.

- Дорогая, вы слишком спешите! – раздалось сзади.

Орлова! Генриетте стало стыдно. Бедная фрейлина ни в чем не виновата, она и так помогает изо всех сил. И при этом должна терпеть несдержанность вздорной девчонки? Юная герцогиня остановилась, поджидая фрейлину, а пока вернулась мыслями к прерванному разговору.

Ну и ну! Мерзкий шантажист, как выясняется, ей – родная кровь. Дядя! Неужели покойный дед совсем не любил собственную жену, а его законные дети понадобились лишь для сохранения титула и богатств? Это было обидно, и к тому же унизительно. Генриетта не знала своего отца, но любила его образ из рассказов Луизы, а что до самой тётки, то её девушка обожала.

Она представила, как будет страдать Луиза, узнав о таком предательстве. Или для мужчин это таковым не является? Может, для них измены ничего не значат, а позор ложится лишь на женщину, а главное, на бастарда? Вот для кого отец становится предателем, а законные братья и сёстры – самыми ненавистными на свете людьми.

- Так что же получается, что Луизу похитил собственный брат? – спросила Генриетта у подошедшей Орловой.

- Да, именно так! Незаконнорожденный, но брат, - подтвердила Агата Андреевна. - Клод говорит, что старый виконт не стал поднимать шума и дал ребёнку свою фамилию, но жену с младенцем отправил к дальней родне, а сам со старшими сыновьями остался в этом доме. Во времена террора их всех арестовали. Вот тогда виконтесса и вернулась обратно вместе с юношей – своим младшим сыном. При императоре Наполеоне этот молодой человек, по слухам, где-то служил.

- А где теперь его мать?

- Она давно скончалась. После её смерти виконт всю мебель распродал, а дом закрыл, - отозвалась Орлова. – Мне кажется, что де Ментон живёт за счет своей любовницы. Клод говорит, что пока была жива Франсуаза, его и близко к дому не подпускали, хотя он и хозяйская дочь уже много лет как любовники. Ну а когда Франсуазу похоронили, виконт сразу же переехал. Прислуга шепчется, что мать оставила этой новой графине де Гренвиль громадное состояние, а сам Ментон живет неизвестно чем.

- Шантажом! - объявила Генриетта и рассказала фрейлине всё, что услышала в заколоченном доме.

Девушка с нетерпением ожидала, что Орлова развеет её сомнения в том, может ли виконт де Ментон оказаться пресловутым «Р», но вместо этого фрейлина принялась её отчитывать. Агата Андреевна пришла в ужас от рискованного поведения своей подопечной и отступилась, лишь получив от юной герцогини клятвенное обещание никогда больше не ходить в заколоченный дом одной. Только после этого Орлова сменила гнев на милость.

- Итак, мы имеем уже двоих подозреваемых, - сказала она. - Графиня де Гренвиль претендует на ваше имение, как наследница купившего его с торгов человека, а де Ментон вполне может заявить претензии на наследство, если вас с Луизой не будет в живых.

- Но ведь он – незаконнорожденный и по французским законам не может быть наследником. Де Ментон сам собирается шантажировать пожилого герцога и его единственного сына подобной ситуацией, - возразила Генриетта.

- Мой опыт подсказывает, что документы никогда не исчезают бесследно. Обязательно найдутся какие-нибудь письма или дневники, а там и завещание в пользу незаконнорожденного наследника может всплыть. Поверьте, что так и будет, ведь наш бастард – человек ловкий, к тому же у него есть сильный покровитель – министр Фуше. В этом случае для успеха необходимо выполнение лишь одного условия – наследник должен быть единственным. Вы догадываетесь, на что я намекаю?

- Агата Андреевна, я же вам обещала! – воскликнула Генриетта. - Я не стану больше рисковать. Но все же мне показалось, что де Ментон и его сообщники не убийцы. Понимаете, я давно научилась разбираться в подобных людях, от этого раньше зависела наша жизнь. Де Ментон и его подручные – циничные мошенники, но не душегубы.

- Дай-то бог! – перекрестилась Орлова.

Ей не хотелось углубляться в подобные рассуждения. Может, Генриетта и разбиралась в повадках лондонских бандитов, да только какой от этого толк? Самые беспощадные битвы случались всегда за власть и деньги. Когда искушение слишком велико, а ставки высоки, нерушимые моральные бастионы расползаются, как песок под напором волны, и благородные аристократы проявляют такую жестокость, какая и не снилась обычным разбойникам.

Отвлекая свою юную спутницу, фрейлина взяла её за руку и повела к сторожке.

- Пойдёмте обедать. Я попросила Клод пригласить свою подругу - служанку из дома Гренвилей. Наша легенда остается прежней: мы ищем работу и хотим порасспросить её о хозяйке дома.

- Мне по-прежнему восхищаться де Ментоном?

- Посмотрим, - заколебалась Агата Андреевна, но потом решилась: - Поступайте, как сочтёте нужным. Полагаюсь на ваше чутьё.

***

Агата Андреевна пыталась сосредоточиться. Разговор с подопечной расстроил её. Генриетта безрассудно лезла в пекло, создавая множество ненужных проблем. Даже страшно было подумать, что могло случиться, если бы де Ментон обнаружил девушку в своём доме. Виконт уж точно не стал бы церемониться с бедной служанкой. Теперь понятно, что Генриетту ни на минуту нельзя выпускать из поля зрения.

Орлова переступила порог кухни и увидела, что за накрытым столом рядом с Клод восседает немолодая, дородная женщина в бумазейном черном платье с маленьким плоёным воротником. Пышный чепец с кружевной оборкой возвышался над её румяным лицом, словно гора. Женщина дружелюбно улыбалась, а весёлый блеск её чёрных глаз и покрасневший кончик носа говорили сами за себя.

«Да ведь она выпила», - поняла Орлова.

Коли так, это было весьма кстати. Агата Андреевна любезно поклонилась гостье и поспешила сесть с ней рядом. Подозрения оправдались: от женщины сильно припахивало. Похоже, та имела доступ к винному погребу своей хозяйки. Клод торжественно представила всех друг другу.