Аромат золотой розы

Глава 29.1. Волчица

- Ну, это уж - на моё усмотрение, - важно заявил майор Фабри. – Если ваши показания окажутся убедительными, я приму эту версию и не трону графиню де Гренвиль, ну а если станете путаться и юлить, дочь вам не выгородить.

Франсуаза пожала плечами. Процедила сквозь зубы:

- Я путаться не буду. Мне теперь всё равно: путь один – на гильотину. Лучше так, чем русские меня осудят. Хоть во Франции умру: могила-то давно готова.

Она хрипло рассмеялась, и Штерн даже испытал что-то вроде уважения к этой беспринципной и преступной, но очень сильной женщине.

- Задавайте свои вопросы, - велела Триоле.

- За что вы убили нотариуса?

- Он оформил несколько стоящих рядом домов в Латинском квартале на барона Рогана, надеялся, что я не узнаю, кто скрывается под этим именем. Я придумала что и как делать, научила подлеца-нотариуса, а тот начал меня обманывать. И с кем? С моим злейшим врагом. Как только я узнала об этом, сразу же решила – не жить этой мрази. Вызвала его сюда, в коттедж. Да только я прекрасно знала, что эта суеверная скотина всегда у источника грехи замаливает. Вот и подкараулила его там. Потом, под предлогом, что будет светлее, к реке вывела. Если бы не эта парочка в кустах, всё бы у меня получилось, а так пришлось ещё в них стрелять. В девку-то я попала, а парень ушел.

- Почему я должен верить, что это вы, а не ваша дочь, участвовали в афере с купчими? – скептически хмыкнул майор. – Бумаги ведь оформлены на неё или её сына. Вас там нет.

- А как бы я – покойница, могла бы ими распорядиться? – съехидничала Франсуаза. – Естественно, что я оформляла собственность на дочь и внука. Или вы и ребёнка станете подозревать?

Преступница выдвинула ящик стола и достала стопку писем.

- Вот, читайте, здесь письма Трике. Тут и ответ на последнее приглашение.

Женщина швырнула стопку майору, и конверты разлетелись по столу. Фабри сгреб их в кучу и пообещал: - Обязательно прочитаем.

Майор принялся аккуратно складывать письма – одно к одному, и Штерну вдруг показалось, что префект просто тянет время, не зная, что делать дальше. Его выручила Орлова:

- Но зачем же было убивать Баре, он же о вас ничего не знал? – спросила фрейлина, обращаясь к преступнице.

- Зато он хорошо умел читать, и запомнил имя моих внука и дочери, для которой сделал выписку из ипотечных книг в Тулузе. Только вместо одной бумаги он подготовил две. Одну отдал Трике, а со второй приехал шантажировать Мари-Элен. Пришлось мне и им заняться. Болван оставил моей дочери адрес той гостиницы, где будет ждать её письма, ну и получил ответ, правда, не тот, что мог ему понравился.

- А кто придумал застрелить виконта, а к его трупу заманить де Вилардена? Вы или ваша дочь? – вмешался повеселевший майор.

- Да что девчонка может придумать? – отмахнулась Триоле. – Я приказала дочери выгнать де Ментона, а когда этот мерзавец перебрался в свой заколоченный крысятник, пробралась в дом и застрелила его. Потом Мари-Элен сделала все, как я велела: вызвала барона и направила его в ловушку, а сама послала за полицией.

- Да уж ваша дочь постаралась нас запутать, - сурово изрёк майор, - возможно, мы ещё поставим ей это в вину.

- Не трогайте, Мари-Элен, - попросила Франсуаза, - она не смела ослушаться. Это я велела ей так себя вести, а потом приказала уехать в Дижон и не возвращаться, пока не решится дело с де Виларденом. Мне стало известно, где тот обитает. Я пришла к барону с пистолетом, остальное вы знаете.

- Юношу - случайного свидетеля - могли бы и не трогать, - вмешалась Орлова, - он ничего толком не видел, и был вам не опасен.

- Это вы так думаете, - огрызнулась француженка, - он мел языком, как помелом, и уже все прибрежные трущобы знали, что нотариуса застрел человек по имени Рене, не поделивший с убитым плату за коттедж. Парень был слишком болтлив.

Преступница замолчала. Фабри глубокомысленно потёр лоб и подвёл итог допроса:

- Что же, мы имеем чистосердечное признание. Можно везти арестованную тюрьму.

Поняв, что у него остался последний шанс выяснить, наконец, подробности преступлений, совершённых этой женщиной против семьи графа Бельского, вмешался Штерн:

- Простите, майор, можно мне задать этой даме вопросы о том, почему она в России убила родственников моей доверительницы?

Фабри милостиво разрешил:

- Спрашивайте!

- Мадам, вы же были очень богатой женщиной и не нуждались в деньгах. Зачем вам понадобилось убивать членов семьи Бельских и выдать свою дочь за наследницу старого графа?

- Вы не понимаете? - злобно фыркнула арестованная. – Никакие деньги не могли открыть моей девочке путь в высшее общество. Чего я только не перепробовала, ничего не получалось. А уж эта скотина – де Ментон, впрямую говорил, что моя голубка – незаконнорожденная дочь шлюхи. Каково это было слышать матери? Я ещё при рождении записала Мари-Элен дочерью своей сестры. Та ведь честь по чести обвенчалась с русским графом, вот я и решила, что всё получится. Но мне не повезло, дурак Франсин оказался никчемным помощником и попался.

- Вот мне интересно, как же вы собирались поступить со своим первым зятем, когда, не разведя дочь с первым мужем, выдали её замуж за князя Василия Черкасского? Франсин дал показания, что вы обещали ему деньги, но я думаю, что вы, наоборот, убили бы его, - заметил Штерн.

- Он это заслужил! Провалил мне все дело, да и мою дочь под удар поставил.

Франсуаза замолчала, но всё уже было сказано: эта женщина не оставляла свидетелей. Холодный пот выступил на спине Штерна – он подумал о своей Луизе. У бедняжки просто не было шансов выйти живой из плена. Как же права была Орлова, не отдав сразу весь выкуп!

Майор распорядился связать арестованной руки и попросил у Штерна экипаж, пообещав: - Я отвезу преступницу, а потом пришлю вам коляску обратно.

Иван Иванович предупредил кучера, чтобы тот заехал на улицу Гренель, поменял лошадей на свежих и сразу же возвращался обратно. Франсуазу Триоле усадили в экипаж, майор сел рядом, а полицейские вскочили на своих коней. Минуту спустя все они покинули короткую тупиковую улочку, а Штерн вернулся в дом. Орлова всё ещё сидела за столом.