Артефактор. Проклятие Гиблых земель

Глава 6.1.

Профессор Грэмсби не порадовал.

— Джейн, у меня для тебя не очень хорошие новости, — сказал он, когда я вновь оказалась в его кабинете. — Как ты и предполагала, медальон когда-то был артефактом. Но увы, сейчас он совершенно пуст, как и все артефакты, попавшие под заклятие светлых.

— Но как же так? — удивилась я. — Я же видела свет и чувствовала силу внутри него. Да и магия моя куда-то пропала. Это же не могло быть случайностью.

— Ты совершенно права, девочка моя. То, что медальон чист, еще ничего не значит. Видишь ли, мне тут совершенно случайно попалась в руки одна вещица, взгляни-ка… — профессор подвинул ко мне небольшую булавку для галстука, лежащую на подставке под антимагическим колпаком.

Заглянула в увеличительное стекло, но без магии смогла рассмотреть только то, что головка булавки была сделана из каплевидного камня с довольно необычной ребристой огранкой, которая как будто рассеивала свет сразу во все стороны. Об этом и сказала профессору.

— Совершенно верно, Джейн, совершенно верно, — обрадовался профессор, как будто я снова его студентка, давшая верный ответ на вопрос с подвохом. — Это совершенно особенная огранка, которая называется «капля солнца». Ее придумали светлые маги.

«Капля солнца»? Вгляделась в булавку со всем возможным вниманием. Я слышала об артефакте от отца и даже видела схемы, но вживую не сталкивалась.

— Отец говорил, что «Капля» — это артефакт-накопитель с запасом светлой силы. Но он не безобиден, поэтому его мне никогда не давали, — поделилась я, ныряя во вспоминания.

Упоминание этого артефакта почему-то заставляло отца сердиться и прекращать наши занятия. Суть его была в том, что за счет сложной огранки артефакт вмещал огромное количество магии и мог быть не просто накопителем, а полноценным боевым артефактом, если его, например, разбить. Ребристая огранка заставляла его распадаться на множество осколков, которые мало того, что разлетались, высвобождая много энергии, так еще и создавали вокруг себя насыщенное магией поле, которое может задействовать владелец артефакта.

Но мы редко изучали артефакты, которые могут использовать только светлые маги, в программу академии это не входило. «Капля солнца» как раз один из них.

— Прекрасно, Джейн Лайтвуд, не сомневался, что вы узнаете этот артефакт! — провозгласил профессор, довольно потирая руки.

С одной стороны, стало немного лестно, что он так обо мне думает, с другой, все же профессор Грэмсби заблуждался.

— Профессор, я не то чтобы узнала эту вещь, потому что ни разу не видела. Просто вспомнила, что мне известно о нем, — призналась я.

— Ну тогда, возможно, ты вспомнишь еще один факт, почему такой артефакт был признан опасным.

Он был признан опасным? Стыд мне и позор, но я не знала. Я вообще чудовищно мало знаю о чисто светлых артефактах. Только то, чему учил отец. Но после того, как родители остались в Гиблых землях, все его записи и нашу библиотеку забрали Грейсоны. И обучение мое пошло совсем по другой стезе. Сначала меня это злило, а сейчас я поняла, что уметь пользоваться технологиями темных не так уж плохо. Я умею, как они, восстанавливать резерв, ставить щиты, владею боевой магией. Но при всем при этом я могу видеть и взаимодействовать с тонкими потоками, что темным почти не дается. То есть могла. Но я уверена, что это временно.

— Поле? — предположила я.

— Умница! — опять обрадовался профессор, как будто его любимая ученица только что получила отлично на экзамене. — И что не так с этим полем?

Задумалась, вспоминая все, что знала из теории полей, и пытаясь приложить это к «Капле солнца».

— Могут возникнуть воронки? — с некоторым сомнением предположила я. Просто в академии поле темной магией насыщенно, а у меня случай был, когда я только поступила в академию. Я тогда еще не научилась ставить щиты и пыталась чистой светлой силой отпор дать. А она неожиданно срезонировала и… — Погодите, профессор, вы хотите сказать, что такой артефакт мог создать воронку и поглотить магию? Но «капли солнца» в медальоне не было, я бы заметила. К тому же тогда под ударом оказалась бы Аурелия.

— Это если бы там была такая капля. Но, как ты верно заметила, ее там не было. Но был вот такой осколок.

И профессор подвинул ко мне еще один купол с ограненным похожим образом крошечным осколком.

— Он не такой, — сказала я, рассмотрев его под увеличительным стеклом. — Хотя и очень похож. Вы предполагаете, что он создал воронку?

— Думаю, да, Джейн. Об этом не принято говорить, но твое королевство было уничтожено артефактом типа «Капли солнца», только больше во много раз. Мы предполагаем, что его осколки, попадая на землю Империи, при определенных манипуляциях могут создавать что-то типа воронок, всасывающих магию. Я еще не разобрался в том, как они активируются, но думаю, что для этого используется еще один светлый артефакт. Хотя твой отец был уверен, что активация возможна и с помощью ритуала.

— Мой отец? — застыла я. — При чем тут мой отец?

— Он создатель «Капли солнца», — обыденно сообщил профессор. — Ты разве не знала?

— Мой отец? — повторила я, чувствуя, что земля уходит из-под ног. Схватилась за край стола, чтобы удержать равновесие, и лишь одна мысль набатом звенела в голове: «Нет! Нет! Нет!». — Профессор, это невозможно. Отец изучал защитные артефакты. Он считал, что магия должна оберегать, и хотел сделать идеальную защиту для Орбергена.