Артефактор. Проклятие Гиблых земель

Глава 7. Сделка.

Последняя мысль, что я не одна в этой огромной и не самой дружелюбной к чужакам империи, успокоила и подарила пошатнувшуюся было уверенность. Поэтому, раз уж я все равно пришла в академию, я расспросила профессора, куда делся светлый целитель, и про тех светлых, с которыми общался погибший студент. А заодно решила поговорить с ними.

Вот только светлые адепты со мной общаться не захотели. Они встретили меня настороженно и после того, как я представилась, спросили:

— Лайтвуд? Говорят, вы выгорели?

Если вам кто-то скажет, что темные не сплетничают, не верьте. Слухи разлетаются в империи даже быстрее ветра.

— Это имеет какое-то значение? — спросила я.

— Нет, но…

После чего сказали, что убитого студента они знали не настолько близко, чтобы иметь с ним какие-то дела, просто общались по учебе, как и со всеми остальными. Затем сослались на то, что у них занятия, и ушли. А я даже не могла определить, где они врут, а где говорят правду.

Надежда на скорую помощь целителя тоже не оправдала себя.

— Целитель? Ах да, Эдвин, светлый, хороший был целитель... У него год назад закончился контракт и он не стал его продлевать. Сказал, что устал от студентов. Как можно устать от вас, а Джейн? Он уехал в Казар, да. Адрес? Где-то был, надо поискать, — говорил профессор Грэмсби, старательно упаковывая для меня по разным футлярам осколок артефакта и медальон.

Адрес целителя он обещал прислать мне сразу, как разыщет его в своих записях.

Покидала я академию с чувством неудовлетворения и досады на свою неудачу, но с осколком артефакта и медальоном Аурелии.

А еще я поняла, что мне надо отправляться в Казар. Во-первых, там целитель, который знает меня как облупленную. Во-вторых, тетя Ирис. В-третьих… Вздохнула и призналась себе, что если я все-таки выгорела, то в Империи темных места мне больше нет. Единственное, на что я сгожусь, — по приказу императрицы родить одаренного наследника кому-нибудь из влиятельных темных магов.

И вот этой участи мне бы очень хотелось избежать. А учитывая, что мне нужно явиться на смотрины, это обещало быть проблематичным.

Поэтому, вернувшись домой, я села писать обстоятельное письмо опекунам с просьбой дать мне разрешение на выезд из Империи. И готовиться к смотринам, главная моя цель на которых — встретиться и поговорить с фрейлиной и избежать внимания темных лордов.

***

С первым пунктом я рассчитывала убедить начальника безопасности Келлана Ренвуда, что его протеже не помешает дружеская поддержка. Подругами мы не были, да и вообще не были знакомы, но среди темных живет убеждение, что светлые непременно должны дружить между собой. Наверное, это из-за того, что в академии нас было немного, и мы на самом деле старались если не держаться вместе, то хотя бы не конфликтовать.

Так что тут я была процентов на восемьдесят уверена в успехе.

А вот со вторым пунктом моего плана возникла серьезная проблема. Если бы темных интересовала внешность, это было бы проще всего — прикинуться незаметной серой мышью и отсидеться в сторонке.

Смотрины — это всегда много народу, так что затеряться я бы сумела. Это мне Аурелия рассказывала, она дважды в год их посещает по настоянию своих родителей. Те надеются, что однажды подруга встретит какого-нибудь красавчика, который заставит ее «перестать думать о глупостях». Но проблема в том, что темные ко всему подходят слишком рационально. Они сначала оценивают, как партнер впишется в их жизнь, потом его способности и таланты, и только затем приданое и прочие отягчающие обстоятельства. Самая распространенная формулировка предложения руки и сердца среди темных — «Выходи за меня, мы друг другу подходим».

Это среди нормальных кандидатов, которые осмысленно и планомерно подходят ко всему и к выбору супруги в том числе. Но, как я уже упоминала, при дворе таких нет.

Приданое и молодость — достаточный повод, чтобы любому из потенциальных женихов согласиться на брак даже с выгоревшей магичкой. А если вспомнить историю несчастной фрейлины, так потом еще попробуй откажись от навязанного муженька. Кстати, надо бы глянуть статистику смертности невест в период таких пробных браков… Но это позже. А пока надо срочно избавится от наследства.

И я принялась расписывать в письме к опекунам, как горячо я желаю, чтобы все мои средства пошли на благое дело изучения Гиблых земель.

Перо легко скользнуло по бумаге — я выводила фразы, понимая, что они, скорее всего, никогда не воплотятся в жизнь. Но даже если вдруг такое произойдет… Пусть. Свобода стоит дороже. «Мечта всей моей жизни — разыскать и помочь моим родителям. А потому изо всех сил я желаю направить принадлежащие мне средства на изучение Гиблых земель...» — выводила я. Марк Грейсон скорее спалит мое письмо в камине, чем подпишет такое. Но копию прошения я направлю в канцелярию Императора. А там везде уши. И коли темные любят сплетни, то расчет на то, что уже к вечеру все будут шептаться, что я без пяти минут бесприданница. Ну или о том, что я окончательно спятила. Предпочтительнее первое, но в принципе, меня устроит любой вариант.

Но неожиданно мне поступило более действенное предложение.

***

Я снова караулила в едальне напротив управления, чтобы перехватить кого-нибудь из своих коллег и узнать новости по убийству студента и торговца. И сообщить, что есть вероятность, что осколки артефактов светлых при определенных обстоятельствах могут создавать воронки, вытягивающие магию. Вообще я просила у профессора Грэмсби заключение, но он его не дал. Сказал, что это лишь гипотеза, которую еще требуется подтвердить. Так что я подумала, что передам ребятам все на словах, если вдруг заметят похожие ребристые обломки, чтобы не прошли мимо и знали, что они могут таить опасность.