Артефактор. Проклятие Гиблых земель

Глава 13. При дворе

Помолвка важна и для Лии, так что я кивнула и, зажав медведя под мышкой, пошла следом. По дороге обдумывала новую информацию. Все слишком странно и непонятно. Я не могла ошибиться: медальон, что принесла подруга, не фонил магией и на предварительную проверку был безопасен. Это подтвердил и Эдгар, и профессор. Они оба сказали, что медальон пуст. Я склонна с этим согласиться.

Но вот тот осколок, что оказался внутри… Так похожий на каплю солнца. Я поначалу не поняла, но сейчас уверена, что та «неправильная», как будто вывернутая магия принадлежала осколку. Как будто он притаился и ждал, когда его активируют магией. И после этого спокойно обошел мои щиты, хотя их не смог пробить даже тот сошедший с ума темный маг, в ловушку которого мы чуть не попали с ребятами из управления. А потом появляются еще заготовки, тоже похожие огранкой на «Каплю», но чуть иной. Мадам Грандж не говорит, кто заказчик, но они оказываются в глазах медведя, которого подарили светлой магичке. Все это более чем странно…

Пока я склоняюсь к мысли, что кто-то или пытается воссоздать артефакт отца, или использует похожие осколки, чтобы создавать воронки и вытягивать магию. Во всяком случае, из меня и охранных артефактов дворца ее что-то вытянуло. А вот из Элионор бил свет. Значит, если тут и были замешаны артефакты, то разные.

И что мне делать с медведем? Начальник охраны наверняка его проверил и, если подарил Элионор, значит ничего не нашел. Если я буду настаивать, что он опасен, меня не поймут и решат, что я опять навожу тень на плетень. Ладно, для начала отнесу его профессору, а темным ничего говорить не буду.

Но пройти мимо Келлана Ренвуда не удалось.

— Вы забрали игрушку у Элионор? Зачем? — спросил он, шагая нам навстречу и небрежным жестом отодвигая с дороги двух светлых, что щебетали возле него. Я заметила, что одна из них держала в руках два бокала, видимо, собиралась предложить один из них мужчине.

Поняла, что монолог на тему «Подруга поделилась самым сокровенным» не пройдет — слишком взгляд темного был суров и подозрителен.

— Можно вас на пару слов? — спросила обреченно, незаметно выглядывая Аурелию. Если сейчас Оскар объявит о помолвке, а нас не будет рядом, подруга обидится.

Начальник охраны кивнул и, распахнул перед нами дверь в служебный коридор, ведущий во внутренние покои дворца.

— Мы были в лавке мадам Грандж, о которой я вам уже говорила, — сказала я. — Там были бусины такой же огранки, что вставлены в глаза этой игрушки. Хозяйка лавки сказала, что это заготовки под гарнитур со свойствами артефакта. Я бы не стала забирать медведя, но подозреваю, что его глаза могут обладать скрытыми свойствами. Предположу, что при взаимодействии со светлой магией или светлыми артефактами эти бусины проявят себя.

— Думаете? — с некоторой насмешкой спросил темный.

— Господин Спойк очень ценит Джейн, — заметил Эдгар. — Настолько, что отпустил ее в отпуск после того, как из клиники Вернера пришло уведомление с требованием отстранить госпожу Лайтвуд от работы.

— Ладно, — кивнул начальник охраны своим мыслям и протянул руку за игрушкой. — Я сам изучу его. Говорят, что интуиция светлых компенсирует им недостаток силы.

Хмыкнула про себя. Если он ляпнет что-то такое при Элионор, то вряд ли сможет ее добиться.

«А я вот возьму и подскажу верный путь к ее сердцу конкурентам лорда Ренвуда», — мстительно подумала я. Что-то должно быть отразилось на моем лице, потому что темный тут же напрягся и спросил:

— Что-то не так?

— Не стоит недооценивать светлых магичек, Келлан, — заметил Эдгар, забирая у меня медведя и вручая его начальнику охраны. — И вино я бы на вашем месте тоже проверил.

После этого он предложил мне локоть:

— Пойдем, Джейн, у нас еще объявление о помолвке.

***

В зал мы вернулись под руку с Эдгаром, как настоящая пара. Пока мы проходили через зал навстречу Аурелии и Оскару, многие провожали нас взглядами. Большинство просто любопытными или заинтересованными, и при виде нас они надевали показные улыбки.

Кто-то смотрел равнодушно, не проявляя заинтересованности, но встречаясь с кем-то из нас взглядом, тоже изображал подобие улыбки. Просто потому, что так тут было принято: соблюдать приличия и демонстрировать радушие. Жалить все предпочитают исподтишка: что темные, что светлые. Я незаметно бросила взгляд на балкон, ища императрицу. Теперь, когда Корделии не удалось приворожить Грейсона, что она предпримет?

Но ее величества там не было, лишь доктор Вернер. Он стоял у колонны, сложив руки на груди, и в упор смотрел на нас с Эдгаром. Вот только на этот раз в его взгляде не было ни капли притворной доброжелательности, которую он всегда тщательно демонстрировал, лишь холод и расчет.

И снова я порадовалась, что согласилась изображать пару Эдгара. Пусть мой опекун и привык все решать сам, но он хотя бы не препарирует меня взглядом, как скальпелем.

— Ну наконец-то! — Аурелия не стала ждать, когда мы подойдем, а сама подлетела к нам, сверкая глазами. — Оскар уже заждался, императрица с минуты на минуту выйдет, а вас нет! Джейн, у тебя всё в порядке, на тебе лица нет? Вы где пропадали?

— Выходили поговорить, — уклонилась я от подробностей. Рассказывать подруге про Элионор прямо сейчас, в толпе, не хотелось. — Ничего страшного.

Лия посмотрела на меня с недоверием, потом придирчиво изучила непроницаемо спокойного Грейсона, но выяснить детали не стала. Вместо этого она увлекла нас к своему жениху.

Оскар, увидев нас был единственным, кто искренне обрадовался:

— Я рад, что вы тут, — сказал он. — Спасибо за артефакт, Джейн. Я надеялся, что подвеска окажется им, но не был уверен. В Гиблых землях абсолютно непонятно, был предмет артефактом или нет, все следы магии подчищены под ноль. А если что-то и осталось, то такая гадость, что лучше даже не прикасаться. Проклятие светлых — вещь крайне неприятная, знаешь ли, — практически на одном выдохе выдал он, прежде чем Грейсон успел остановить друга.