Артефакты с сюрпризом, или Как выжить попаданке

Глава 3. Возвращение в академию

На следующий день меня выписали. Бессильно сжав в руке медицинскую карту, на крыльце больницы я ожидала экипаж, который должны были прислать из магической академии «Четырёх стихий».

По правилам, во время учёбы за жизнь и здоровье студентов отвечала администрация. В сопровождении молчаливого помощника целителя я добралась до врат академии. Бумаги с выпиской я передала в корпус целителей. И, всё ещё немного ошеломлённая от крутых изменений в собственной жизни, направилась в общежитие.

Странно было идти по тем дорожкам, которые я видела в воспоминаниях, смотреть на клумбы и фонтаны, рассматривать монументальный учебный корпус с астрономической башней. Правда в воспоминаниях всё это не имело запахов и звуков, в отличие от реальности.

В общежитии пришлось разыскать коменданта и попросить запасной ключ от комнаты. Поднявшись на второй этаж, я нашла её. Общежитие было смешанное по полу, но илири и драгарды жили на разных этажах. На первом и втором этаже селили илири, на третьем и четвёртом драгардов. Душевая и туалеты были общие на этаже.

Как только я вошла внутрь, первым делом посмотрелась в зеркало. В больнице мне так и не выпала возможность увидеть своё отражение. Зеркал там не было.

И сейчас я с насторожённостью рассматривала новую себя. В зеркале отражалась рыжеволосая хрупкая красавица с мраморно-белой кожей и первым размером груди. Естественно, отсутствие приятных округлостей я заметила ещё когда изучала новое тело на больничной койке, но отражение в зеркале не оставляло сомнений, что я плоская, как стиральная доска. С трогательно выступающими ключицами в разрезе блузы. Из медной рамы на меня смотрели бирюзовые глаза немного испуганно и удивлённо.

Но чем дольше я себя разглядывала, тем увереннее становился взгляд.

В конце концов, мне сейчас ещё только восемнадцать и я продолжаю расти и округляться.

В согласии с моими мыслями лисьи глаза довольно прищурились, рассматривая высокие скулы, тонкий нос, пухлые губы, налитые алым, как будто подкрашены — совершенство юной илири, редкой и дорогой породы. Я провела пальцами по волосам — густые, тяжёлые пряди ложились на плечи мягкой волной. Мягкие, темно-медного окраса кисточки на ушках смешно поддёргивались, стоило их задеть. Уши вообще было очень чувствительные. Всё это теперь было моим. И, пожалуй, сейчас я была не против.

Чем-то мы даже с Пандорой были похожи: рыжими волосами, белой кожей, не терпящей солнца, хрупкостью телосложения и не высоким ростом — метр шестьдесят пять, как выяснилось из медицинской карты, которую я прочитала от корки до корки. А читать и писать я умела! Когда поняла это, то даже прослезились от радости.

Комнату Пандора делила ещё с двумя илири. Соседки, судя по аккуратно заправленным кроватям, были на занятиях. В комнате царил уют и лёгкий беспорядок, как бывает, когда люди торопятся.

Осматриваясь по сторонам, я увидела светлые стены, три письменных стола, общую полку с учебниками, возле кроватей стояли по тумбочке и узкому шкафу для одежды. В моём шкафу висело два комплекта формы, прогулочный брючный костюм, два миленьких платья для выхода в город в выходной день.

Представителей второй расы я пока не встречала, но в памяти Пандоры осталась осторожность — драгардов старались обходить. Более прямолинейные, сильные, они чаще всего были не склонны к компромиссам. Для них подраться — хлебом не корми. Илири же славились своей хитростью, гибкостью психики и дипломатией. Впрочем, всё было индивидуально. И с той, и с другой стороны встречались странные личности, не похожие на своих собратьев.

По расписанию через полчаса у меня была пара.

Неторопливо переоделась в форму: белую блузу, темно-синего цвета плиссированную юбку на четыре пальца ниже колен и короткий пиджак с эмблемой факультета бытовой магии на кармане на груди. Аккуратно закрепила на лацкане брошь академии «Четырёх стихий», сложила в сумку тетрадь с конспектами, пенал с пером. И отправилась в аудиторию.

Не могу сказать, что была абсолютно спокойна. Всё-таки, несмотря на воспоминания, я тут была впервые. Внутри вибрировал страх в чём-то проколоться. Общаться пока ни с кем не хотелось. Для начала нужно было понаблюдать за окружающими. Мне такая возможность представилась.

Идя к аудитории, замечала направленные на меня взгляды соучениц, слышала шепотки за спиной. Все знали, что со мной произошло. И никто не подошёл с банальным «как ты?» или «сочувствую». Я ощущала только праздное любопытство со стороны.

По воспоминаниям, в группе Пандора общалась со всеми одинаково, и у неё не было стоящей подруги. Это был несомненный бонус. Значит, никто не станет докапываться, почему так сильно изменился мой характер.

Войдя в аудитория, заняла место у самой двери, стараясь не привлекать лишнего внимания.

Все парты были одноместными, но с очень большими столами, чтобы было удобно магичить на практических занятиях.

По расписанию шла бытовая магия. И по воспоминаниям Пандоры — теперь мой профильный предмет.

Дверь кабинета распахнулась, и внутрь вошла преподавательница — элегантная шатенка средних лет. Не говоря ни слова, она смачно ударила указкой по краю моей парты, призывая аудиторию к тишине. От неожиданности я вздрогнула и села ровно, подтягивая к себе тетрадь.

Теорию я знала, помнила формулы, пассы. У меня даже пальцы гнулись так, как в людском обличье они давно бы с хрустом сломались! Вот только практика мне не поддавалась. На деле всё рассыпалось, не желая формироваться в нужную деталь.