Арвельский Лис и Нефритовое зеркало

Глава 3

Караван артистов двинулся в путь в тот миг, когда первые лучи солнца коснулись городских стен. Как и планировал Тодди, городские власти спустя рукава досматривали экипажи. Им просто не хотелось возиться со всем сценическим барахлом и лишний раз вступать в перепалку с цирковыми погонщиками. В конце концов фургон наемника, удостоившись лишь ленивого взгляда какого-то юнца в форме городской стражи, спокойно проехал городские ворота.

Учитывая скорость каравана, дорога до Порто должна была занять несколько дней, и Лис решил провести это время в тишине, сохраняя инкогнито. К счастью, с ним старались особо не разговаривать: все знали, что он попутчик непростой и лучше лишний раз его даже не замечать. Наемник подозревал, что цирковые погонщики частенько прихватывали лишних пассажиров или грузы с места последнего пребывания, и когда труппа невзначай увеличивалась или уменьшалась, то это никого не удивляло.

Зеленоглазого в людях всегда разочаровала узколобость и упертость мышления. Ничего не может быть глупее, чем отгораживать себя от целого мира только потому, что твои убеждения не позволяли взглянуть на вещи под другим углом и познать что-то новое. Наемник знал множество достойных мужей, совершивших ту самую роковую ошибку, которая обычно стоит жизни или свободы из-за недостаточно гибкого разума. В опасном мире быть упертым слишком большая роскошь, и живность ума ценится выше, чем верная рука и зоркий глаз. Чтобы обыватели не говорили о бродячих артистах, но они вели себя как одна большая семья. Лис понял это, наблюдая за тем, как на протяжении всего путешествия они пели песни, играли в азартные игры и веселились. Все это превращало тяготы пути в легкую дружескую прогулку, ведь если целая жизнь проходит в дороге, то первым делом нужно научиться получать от нее удовольствие. Как бы наемник ни старался отгородить себя от любого общения в пути, но отделаться от любознательного Марука так и не удалось. Цирковой слуга частенько запрыгивал в фургон Лиса, как только предоставлялась свободная минутка. Спустя несколько безуспешных попыток взять штурмом непроницаемость наемника, Лис дрогнул и заговорил с настырным пареньком.

Марук много рассказал о жизни в цирке, где они бывали и в какие переделки попадали. Лис тоже поделился парой историй, хотя очень не любил распространяться о своей жизни. Он рассказал, как однажды с Тодди их наняли выкрасть из одной частной коллекции золотую статуэтку. По началу дельце казалось обычным, почти заурядным. Они проникли в особняк, буквально напичканный магическими ловушками и надежной охраной. Потому двум друзьям пришлось хорошенько постараться, чтобы выбраться оттуда живыми и вынести добычу из-под носа стражи. Самое интересное выяснилось потом: их заказчиком оказался нечестным на руку торговцем, который продал коллекционеру подделку, а когда узнал, что тот собирается передать статуэтку королю, то решился на кражу. Это был отчаянный шаг, но иначе факт подделки всплыл бы наружу, не оставив от репутации торговца камня на камне. По всей видимости, он принял все близко к сердцу и посчитал услугу наемнику подарком свыше. Ведь после того как все улеглось, торговец бросил махинации и вступил в Орден, дабы всю оставшуюся жизнь замаливать грехи. Маруку понравилась история и он рассказал, что в той стране, откуда он родом с ворами поступают очень жестоко. Он был благодарен хозяину цирка, что приютил сироту, ведь иначе, на улицах его бы ждала смерть.

В большой веселой компании время прошло незаметно, и Лису даже понравилось путешествовать с бродячим цирком. “Веселый городок” встретил путников толпой нищих и в стельку пьяных горожан, как и подобает месту, где царит беззаконие. Артисты высовывались из окон экипажей и махали горожанам, но в ответ получали лишь холодные взгляды. Добравшись до центра города, караван остановился и Лис слез с телеги, с облегчением размяная ноги.

— Боюсь, местная публика не оценит вашего представления, - сказал Лис, рассматривая недовольные и грязные лица обступивших караван. - Здесь в чести развлечения иного рода.

Марук звонко рассмеялся, сверка своей белоснежной улыбкой, особо выделяющейся на фоне смуглой кожи:

— Мы захаживали в города куда хуже, по сравнению с которыми это место просто королевский двор. - Ответил Марк, распрягая Гею. - Правда, когда мы сюда заходим, нам запрещают покидать цирк.

— Дельный запрет, мне самому не хочется здесь задерживаться больше, чем нужно. - усмехнулся Лис. - У местных царят буйные нравы и чужаков не жалуют. Стоит только на кого-нибудь косо посмотреть, и проблем не оберешься.

— Дикий народ, на моей родине любой гость - подарок свыше. И проклятие падет на дом того, кто откажется приютить просящего кров.

— Когда к человеку относятся как к скотине, он постепенно в скотину и превращается. - Зеленоглазый пожал плечами. - В городе заправляют бандиты и головорезы, сложно сказать, как обычные люди здесь вообще выживают. Если бы не нужда, то я бы вообще обошёл эту дыру стороной.

— Наверное, у них нет другого выхода, здесь чей-то дом, каким бы он ни был. Я знаю, что значит быть бездомным и нет участи хуже.

Марук учтиво поклонился и продолжил разбирать вещи в фургоне. Лис вытащил заветный ящик из-под груды циркового тряпья, засунул его в походный мешок и водрузил на плечо. Проходя сквозь толпу хмурых горожан, наёмник накинул капюшон на голову, закутался в свой плащ и направился через цирковые телеги к ближайшем переулку. Порто нельзя было назвать подходящим городом для спокойной жизни. Здесь пересекалось много торговых путей, что неизменно тянет за собой расцвет преступности. Все сферы деятельности поделили между собой большие банды , которые частично заменяли городские власти. Так что если в городе появлялся кто-то новенький и хотел вести дела, то ему нужно было обращаться не в муниципалитет, а в бандитский притон.

Сейчас Порто был полон не только жуликов всех мастей, но и беженцев из Мэллоса. Участь принять тех, кто бежал из столицы пала на все пригородные города, в том числе и на Порто. Беженцами были полны все постоялые дворы, гостиницы, приходы Ордена и даже городские площади были утыканы палатками. Лис вышел на одну из главных улиц города и его тотчас облепили малолетние попрошайки из столицы. Он достал пригоршню медяков и раздал детям, в память о том, как сам в их годы был вынужден жить на улице. Повернув за угол, Зеленоглазый спустился в подвал и постучал в большую, окованную железом дверь. Дверь открыли и в нос сразу же ударил крепкий запах пота, кислого перегара и застоявшегося табачного дыма. Лис прошел мимо столиков, за которыми сидели ребята серьезного вида и подошел к низенькому пузатому мужчине за хозяйским столом.