Ашмор. История Софи

В 12 лет она чуть не убила свою мать. Единственное, чего боялась Софи, — состояния, когда ярость охватывает её, а разум, который она так ценила, растворяется в красном мареве.
И теперь, слушая мессу о прощении, нутро девушки протестовало, вопило, что есть непростительные вещи. Неисправимые. Не зависящие от неё.

Она думает обо всём этом по пути в академию. Эти выходные она провела с семьёй. Софи старается относиться к этой повинности как к неизбежному. Особые привилегии для особой студентки Ашмора. В то время как остальные студенты веселятся, знакомятся, ошибаются, Софи отправляется на обязательные встречи. Хорошо, что её посещения свели к минимуму — всего лишь раз в месяц, а не каждую неделю. Обязательства перед родителями, вступление в академию... Чёртыхнувшись, роняет кружку — руку свела судорога. Ей всего шестнадцать, а уже есть профессиональная травма. Бесконечное разучивание пассов, которое началось задолго до того, как пробудилась сила, и всё ради одного — всё должно быть идеально. Кофе разливается, брызги летят на белоснежную простыню, тумбу, и, грохоча босыми ногами по деревянному полу, Софи бежит за тряпкой.

Включает кран и отдёргивает ладонь быстрее, чем кипяток успевает на неё попасть. Смочив тряпку, девушка морщится — в прошлый раз она поленилась, и теперь тухлая тина била в нос. Задерживая дыхание, идёт отмывать коричневую липкую жидкость. С тех пор как Софи живёт в академии, ей тяжело даётся быт. Какие бы отношения ни были с родственниками, но дома ей не приходилось думать о таких мелочах. Она думает про своего толстого кота, вечно свешивающего лапы, и вздыхает, вспоминая, как он, невзирая на статус, хватал девушку за волосы, вызывая смех. Закончив, она швыряет тряпку в корзину с грязным бельём — нужно отдать в прачечную.

— Честь семьи, — шепчет она.

С детства, будучи исполнительным ребёнком, она знала, что не имеет права их позорить. Магия. Позор. Софи. Слабость. Всё это объединяется в одном предложении под эгидой того, что она недостаточно хороша.

Она дышит квадратом: раз-два-три-четыре на вдохе, задерживает дыхание. Пять-шесть-семь-восемь на выдохе. Повторяет несколько раз и понимает, что вспышка злости прошла. И если она слаба в магии, то разум должен быть кристально чист. К своим шестнадцати годам девушка знала, что талант без упорства ничего не значит. Воспоминание, как она потеряла контроль, терзает не из-за страха перед тем, что чуть не произошло непоправимое, — исчезни мать, по большому счёту, в жизни ничего бы не изменилось.

Её радует, что тело и мозг отвлеклись, заземлились через быт.

Утро начинается с почты.

Софи улыбается. Дэвид — единственный, чьим письмам она была искренне рада. Она узнавала его почерк до того, как вскроет конверт, — по лёгкому аромату, по следам на жёлтой бумаге. Дэвид всегда вдавливал замысловатые схематичные рисунки ногтями, когда думал. Узнала бы из тысячи. Всего несколько слов: «Не скучай, я скоро буду. Тебе может быть веселее, чем кажется». И постскриптум, прижатый к самому краю листа, будто он дописывал в последний момент: «Я действительно скоро буду рядом. Д.».

Девушка смотрит на бумагу, не решаясь сложить записку обратно в конверт. Глупая улыбка на её лице превращается в гримасу, губы некрасиво изгибаются. Ни следа прежнего совершенства. Затем аккуратно сворачивает и складывает в одну из многочисленных тетрадей. Будь её воля, она бы спрятала письмо под стопку белья, туда, где никто не увидит, не дотронется. Но Софи знает, что тайное должно храниться на видном месте. Это же просто письмо от брата.

Она помнит тот день. Отец холодно говорит, что она никчёмная. Слабая. Позор семьи — как угораздило родиться с таким низким потенциалом? Софи совсем мало лет, магия ещё не пробудилась, но час за часом она оттачивает движения. Пассы руками, движения пальцами, верный угол запястья, правильно отставленный локоть. Эти движения стали частью неё. Всё как всегда. Затрещина от матери за ошибку. Прислуга, которая делает вид, что ничего не происходит. Отец уходит, но Софи знает, что он проверит, когда вернётся, что она изучила, ровно через три часа. Но в этот день всё иначе. Отец возвращается с красивым темноволосым мальчиком. И с тех пор в семье больше никто не повышает голос.

Софи знает, что брат ей врёт. Он вернётся, но уже не к ней. В Ашморе у него будет новая жизнь — практикант, помощник ректора. Ей не будет места в его мечтах. Для Дэвида она всегда малышка, старательная и не очень умелая. Обязательство, за которым нужно приглядывать.

Девушка не имеет права думать об этом дольше пяти секунд. Правило, которое Софи установила для себя самой: пять секунд — иначе марево может вернуться.

Дэвид приглядывает за ней, а Софи следит за ним. Они ни разу не говорили об этом. Отчёты о способностях, поведении, внезапных проявлениях силы друг друга, которые они регулярно сдают родителям.

Но это не важно.

Важно, что в жизни Софи в этот момент появляется Джуд.

Джуд Вэллан. Студент третьего курса, талантливый, склонный ко всем стихиям, определённо будущий боевой маг. Он красив нежной, девичьей красотой, точёными чертами лица и капризным изгибом губ. Совсем не похож на Дэвида. А ещё с Джудом легко и интересно. Иерархия для этого парня — пустой звук, фамилия Софи вызывает лишь лёгкую усмешку. Кажется, ему тяжело приходится с некоторыми профессорами из-за проблем с субординацией. Этого парня часто оставляют отрабатывать «штрафы», и поразительно часто эти отработки приходятся на часы её дополнительных занятий.

Софи усердно занимается и игнорирует все внешние раздражители, пока однажды парень безапелляционно не вторгается в её пространство.

— Ты же с первокурсница? — спрашивает он.

— Угу. — Она почти не разжимает губ, продолжая пассы руками, опасаясь сбиться.

— Что-то важное изучаешь? Сосредоточенная такая. Хотя вы все такие.

Она не понимает, к чему этот разговор.

— Я много работаю.