Ашон. Петля сознания: Предисловие

Глава 1

Золотистая волна замирала в тени далёких скал, и угасающую синь неба покрывала плотная пелена, порой прорезаемая мерцающими точками. На Троноок ночь никогда не бывала мглисто-чёрной, как на многих других планетах. В период исчезновения двух спутников из вида в плотной темени — для людей-джасиас она походила на рябящую серость с отсветами пурпурного. У переселенцев здешняя атмосфера часто вызывала головные боли. И на землях Простора ничего не изменилось.

Сая Разия, отныне Дамад, два дня назад вышла замуж. И вот, на чужой территории, готовясь к первой брачной ночи, она мучилась от сильной мигрени и пыталась за внешней отстранённостью скрыть недомогание от снующей по комнате местной прислуги.

«Каура, — позвала свою «тень», собираясь с её помощью нарушить одну из традиций арконов. — Брачное ложе в твоём распоряжении…»

«Вы пренебрегаете обязательствами?» — на всякий случай уточнила Каура.

«Сохраняю собственное достоинство! — сказала Сая. — Постель я разделю только со своим супругом!»

«Я вас поняла…»

Много лет назад Высшие определили судьбу Кауры, которая как две капли воды походила на наследницу. В три года из отчего дома девочку забрали гвардейцы королевы, доставили в Храм Двуно, где провели ритуал «ашон»: он лишил её свободной воли и замкнул судьбу на одном — служении принцессе. С той поры две души связаны.

При необходимости меняясь местами с Каурой, Её Высочество не только физически, но и духовно переносилась в специальную капсулу космического корабля рода Разия и там оставалась до возвращения. То же происходило с Тенью. Только в отличие от госпожи, способной в период замены мета-проекцией покидать временное пристанище, она оставалась привязанной к криокамере и не могла из неё выйти. Единственными проблесками свободы для «тени» оставались моменты подмены, в которых обычно было мало хорошего.

Как сегодня.

Стоило прозвучать зову, Каура сразу заменила свою госпожу. Так тонко и незаметно, что даже пространство не дрогнуло. Отвернувшись от окна, за которым виднелся осенний лес и шумели разбивающиеся о скалы морские волны, она королевским жестом выставила прочь служанок арконок. Оставшись одна, подступилась к кровати. Спереди ослабив шнуровку платья, самостоятельно сняла свадебное великолепие из белой парчи. Невзирая на неудобства, в нём принцесса путешествовала до Замка Дамад, чтобы, по словам сопровождавших аборигенок, предстать перед новоиспечённым мужем традиционно одетой. И этот фарс до сих пор ставил в тупик, так как лорд её даже не встретил.

Каура переступила через образовавшуюся у ног мягкую горку. Позади остался наряд, расшитый светлым жемчугом и украшенный кружевами. Тень была готова принять унижение вместо принцессы. У арконов странные обычаи, по одному из которых невеста теряла невинность до первой брачной ночи с законным супругом. И выполнял обряд особый служивый, Вверенный.

Узнав о предначертанном будущем, леди Сая была вне себя от гнева.

— Мало того, что на заклание отправили, — шипела она, — так ещё унизить решили? Ты меня подменишь, Каура!

— Как скажете, Ваше Высочество, — привычно послушно отозвалась тогда Тень.

И вот час пробил. Ещё одна чёрная глава в её жизни, скованной выбором Высших.

Облачаясь в холщовую сорочку с длинными рукавами, девушка дышала медленно, не допуская паники. Старалась не думать о скорых действиях местного Вверенного, чья обязанность — ввести в мир супружеских отношений новоиспечённую леди Дамад.

Ощущая озноб, Каура забралась в постель. Легла на белые простыни, постеленные поверх красных. Болезненное биение её сердца не унималось. Ледяные пальцы дрожали. Пришлось их сжать в кулаки, попутно загребая плотную ткань сорочки. В Замке было прохладно, поэтому привычное для принцессы шифоновое ночное одеяние осталось лежать в дорожном сундуке.

Дверь в комнату беззвучно открылась. В образовавшийся просвет заглянула служанка и мгновенно исчезла. Следом порог переступил Он — избранный исполнитель, прорывающий защиту девичьей чести, чтобы супругу позднее легче было выполнять свои обязанности. Верхнюю часть мужского лица скрывала маска. Подбородок слегка щетинистый, а зачёсанные назад чёрные волосы смазаны каким-то вязким веществом. На нём идеально сидел тёмно-синий камзол, частично прикрывающий штаны, застёгнутые на пуговицы.

Каура боязливо сглотнула.

«Соберись, Ка!..»

Тихий голос поддержки, прилетевший издалека, придал сил. Нервозность уменьшилась. Девушка почти успокоилась, когда Вверенный остановился рядом с кроватью. Тёмная плёнка в прорезях безликой маски не позволяла разглядеть выражение чужих глаз.

Вверенный подался вперёд. И матрац прогнулся под его коленом. Совершенно спокойно служивый сильными пальцами поднял до талии женскую сорочку.

Прикусив щёку изнутри и сохраняя внешнюю невозмутимость, Каура смотрела на мужчину. Его широкие загорелые ладони на её обнажённом теле деликатны и осторожны. Неспешно изучали, успокаивали, снимали напряжение приятной теплотой.

Неожиданная внимательность удивила «тень», ожидавшую несколько иного.

«Кто он? — задалась она вопросом, отметив, что кожа исполнителя обряда не синяя, как у арконов. — Тоже человек? Или лесон?»

Лесоны — полукровки, рождённые от союза простой женщины и мужчины-фантома. Последних прозвали в истории земель Простора «слепыми призраками». По легенде, некая группа воинов за неизвестный грех была проклята одиннадцать месяцев в году проживать в слепоте и бесплотной форме, лишь на месяц, в период цветения роз, обретая истинную целостность. Первую часть проклятья наследовали все отпрыски аналогичного пола, вторую — некоторые. Почему так сложилось — неизвестно.

Вверенный продолжал успокаивать невесту лорда осторожными поглаживаниями, неторопливыми, даже нежными. Когда длинные пальцы замерли в районе бёдер, мучительная неопределённость подошла к концу. Больше никакой медлительности, никакой дистанции.

Каура зажмурилась. Но что делать с чувствами? Как не воспринимать спокойное, еле слышное дыхание сверху, шуршание его одежд и простыней? Матрац просел сильнее, когда мужчина расположился у неё между ног, заставил согнуть те в коленях и развести в стороны. Плавным движением пальцев он нанёс нечто жирное на интимное место. Резко надавил…