Ассасин-целитель: искушение тьмы

Глава 39

Когда настала ночь ритуала, которая выдалась на удивление ясной, люди собрались на дворцовой площади, надев свои лучшие наряды, держа в руках зажжённые электрические свечи, украшенные цветами и веточками сирени. Фонарные столбы были увиты гирляндами с разноцветными лампочками, мигающими в темноте, а вокруг вспыхивали яркие фейерверки, и Ася не могла сдержать улыбку: всё это напоминало ей атмосферу новогоднего праздника. Может, так оно и было, подумала она: новое начало, ночь светоносного очищения, которая изменит всё, когда люди вспомнят Забытого бога и откроют ему свои сердца.

Она стояла на трибуне в своей красной «боевой» рубашке с чёрным корсетом рядом с Зейном и Демиором, которые были одеты в чёрные с золотом плащи и по традиции вооружены клинками, с усыпляющими дротиками в поясных сумках. Она оглядывала толпу, и в душе трепетало радостное предвкушение.

Наконец на трибуну вышли Эстер в голубом платье и Лиам с Мартином в серебряных мантиях, символизирующих чистоту и звёздный свет.

– Дорогие жители нашего города! – вдохновенно начала королева. – Сегодня мы собрались здесь, чтобы вспомнить Забытого бога, который ждёт, когда мы откроем ему свои сердца и примем его свет!

Толпа ответила дружным гулом, и Ася задержала дыхание от волнения. Она посмотрела на Зейна и Демиора, которые, казалось, были готовы к любым неожиданностям, даже если это означало столкновение с тёмным богом в его худшем проявлении.

– Сегодня мы собрались не просто для ритуала, – продолжала Эстер, – мы пришли, чтобы объединиться в любви и надежде, чтобы изгнать тьму и вернуть мир в наши сердца и жизни!

– И, возможно, заодно немного повеселиться! – добавил Демиор, стараясь разрядить атмосферу. – Потому что, как говорит старая пословица: «Веселье – от всех бед спасенье!»

Толпа засмеялась, и даже Зейн не смог сдержать улыбку.

Лиам, стоя рядом с Эстер, поднял руки, призывая к тишине, и возвысил голос:

– Мы должны вспомнить не только Забытого бога, который есть чистый свет и любовь, обнимающая весь мир. Мы должны вспомнить, что мы сами являемся носителями света: каждый из нас – это звезда, и вместе мы можем создать целое созвездие!

Асю захлестнула волна нежности от этих слов. Она смотрела на Зейна, чьи глаза сияли в свете фонарей, и ощущала безграничную любовь, выплёскивающуюся через край.

Мартин присоединился к принцу:

– Теперь давайте объединим наши сердца и мысли, наполним их светом и теплом!

– Итак, начинаем ритуал! – воскликнул Лиам, и все вместе они подняли руки к небу.

Над площадью взорвались фейерверки, ослепляя зрителей яркими огнями, которые распускались на небе, как весенние цветы.

– Вот это шоу! – воскликнул Демиор, обнимая Асю и Зейна за плечи. – Если Забытого бога это не впечатлит, я не знаю, что ещё может его впечатлить!

– Надеюсь, он не слишком привередлив, – улыбнулась Эстер, и все рассмеялись.

Когда Лиам и Мартин объединили свои голоса в молитве, фейерверки погасли, и Ася, подняв голову к небу, увидела, как прямо над ними ярко сияет голубая звезда. Её свет начал пульсировать и разгораться, пока под изумлённые вскрики толпы не достиг размера луны.

В этот момент площадь озарилась мягким сиянием, подобным нежному облаку, и Ася почувствовала, как её обнимает уютное тепло божественного присутствия, проникающее в самое сердце. Она поглядела на Эстер и Демиора, чьи лица светились от радости, и взяла Зейна за руку.

Он крепче сжал её ладонь, и, когда Лиам и Мартин произнесли последние слова, из громкоговорителей раздалась заводная мелодия, под которую ноги сами просились в пляс.

Ася и Зейн переглянулись, и на их лицах расползлись счастливые улыбки.

– Мы сделали это! – воскликнул Демиор. – Город свободен от зла!

– Но мы ещё не уничтожили Хермихора, – напомнил Лиам, сохранявший серьёзность.

– Может, и уничтожили! – возразил Хранитель. – Смотри, как все радуются и танцуют, да он в своей космической пустоте сейчас просто умирает от зависти!

И правда, на площади начались танцы, только самые надменные дворяне не участвовали во всеобщем веселье, но и они, хоть и немного шокированные, не могли сдержать улыбок и смеха.

Но вдруг среди песен и ликования Ася услышала тихий шёпот над самым ухом, похожий на дуновение стылого ветра, от которого по спине пробежали мурашки.

«Тебе весело, дитя? – вкрадчиво спросил Хермихор. – Но разве этого ты хотела? Разве ты не мечтала стать настоящим ассасином и убивать людей? Разве не в этом твоя сила, твоё истинное предназначение? Зейн, мой некогда верный слуга, должен был научить тебя искусству лишения жизни, а вместо этого ты... посмотри, что ты с ним сделала, во что ты его превратила? Но ничего, дитя, ещё не поздно всё исправить. Я могу вернуть вам то, что вы потеряли, и вы познаете настоящую страсть: огонь и кровь!»

Продолжая держать Зейна за руку, Ася задрожала всем телом, словно стояла на морозе без одежды. Мир перед глазами начал расплываться в тошнотворном головокружении, и звуки доносились до неё словно из-за стены, отдаляясь всё больше.

Реальность померкла, и она, словно щепка, несомая течением в водоворот, ощутила, как её затягивает в космическую бездну. Перед ней стояла высокая чёрная фигура в сплошной маске, величественная и устрашающая, из прорезей для глаз светились фиолетовые огни, как звёзды, полные злобы. За спиной Хермихора ярко сиял голубой Альнитак, словно солнце, готовое сжечь душу тёмного бога в своём очищающем пламени.