Ассасин-целитель: искушение тьмы

Глава 40

Свет Альнитака продолжал сиять, но перед глазами Аси потемнело. Сердце наполнилось ужасом и горем, когда она увидела, как Зейн упал, зажимая смертельную рану на животе. Осознав, что сделала, но не в силах в это поверить, она рухнула перед ним на колени, отбросив клинок, который только что пронзил её любимого.

– Зейн! – закричала она в отчаянии, заглядывая в его глаза, полные боли и недоумения, и её голос разнёсся эхом по пустоте.

Руки дрожали, когда она, прижав ими его ладонь, пыталась остановить кровь, которая струилась из раны.

– Я не хотела, не хотела, не хотела... – бормотала она, чувствуя, как глаза наполняются слезами, а в горле поднимается волна тошноты.

Зейн, улыбнувшись сквозь боль, протянул к ней руку и провёл пальцами по её щеке.

– Ася... – его голос был слабым, но в нём всё ещё звучала любовь. – Мы сделали это... мы убили Хермихора!

– Ещё нет, – ответила она прежде, чем осознала этот факт. – Хермихор... его тьма... она осталась во мне!

– Но ты сильнее, – прошептал Зейн, его дыхание становилось всё более прерывистым. – Верь в себя. Верь в нас...

Ася наклонилась к нему, роняя слёзы на его лицо, и её захлестнула беспросветная безнадёжность. Она не могла потерять Зейна. Не могла.

В этот момент тьма, как будто почувствовав её слабость, попыталась захватить её полностью, и в голове раздался глухой смех Хермихора:

– Ты никогда не сможешь избавиться от меня. Теперь мы – одно целое.

Ася крепко зажмурилась и стиснула зубы, сопротивляясь, и перед глазами вихрем пронеслись все моменты, которые они с Зейном провели вместе: их смех, их мечты, их единство. Она вспомнила, как они преодолевали трудности и как он всегда был рядом, поддерживая её, и эти воспоминания стали её щитом.

– Нет! – выкрикнула она, и в сердце вспыхнул огонь, которым она была намерена выжечь из себя остатки тьмы, подобно тому, как сияние Альнитака, которое разгоралось всё ярче, разгоняло космический мрак.

Хермихор в её голове закричал, словно в агонии, и Ася, ощутив, как тёмная энергия ослабевает, вновь посмотрела на Зейна.

Но он не мог больше бороться. Его дыхание стало совсем слабым, и в глазах не осталось света.

– Зейн, не оставляй меня! – всхлипнула она, чувствуя, как отчаяние раздирает её изнутри. – Я не могу без тебя!

Он улыбнулся ей в последний раз, слегка сжав её руку.

– Я всегда буду с тобой, Ася. Ты сильная... ты справишься...

С этими словами он закрыл глаза, и её окутала мёртвая тишина. Весь её мир рухнул в одно мгновение, и она осталась одна с тёмной силой, которая пыталась снова завладеть её разумом. Но теперь она знала, что делать.

Возможно, Забытый бог не уничтожал Хермихора, потому что каждый раз оставлял ему шанс – в надежде на то, что тот изменится. И теперь, когда поверженный тёмный бог слился с её сознанием, силясь подчинить его своей воле, она, прижавшись к Зейну, поняла, что любовь, оставшаяся от него – это её единственное оружие.

– Забытый бог, – произнесла она, закрыв глаза и сосредоточившись на своих чувствах. – Если ты слышишь меня, помоги мне! Я не хочу ненавидеть. Я хочу, чтобы даже тьма была исцелена.

Сияние вокруг неё стало ослепительным, оно проникало сквозь закрытые веки, и Ася увидела перед собой белоснежную высокую фигуру, сотканную из чистой тёплой энергии.

– Ты призвала меня, дитя света, – произнёс Забытый бог с нежностью весеннего ветерка, шепчущего на рассвете среди благоухающих цветов. – Я вижу твою боль и твою любовь. Ты обладаешь силой, которая может изменить даже самое тёмное сердце.

В душе Аси затрепетала слабая надежда, и в тот же миг в сознании всколыхнулась тьма – но теперь она была призрачной, едва уловимой, как тень, тающая под солнечными лучами.

– Почему ты не поддаёшься, дитя? – прошептал Хермихор с растерянностью в голосе. – Я – тьма, я – разрушение. Я создан для того, чтобы сеять хаос.

– Нет, – ответила Ася. – Ты создан не для этого. Ты был потерян, как и многие из нас. Но даже ты можешь измениться. Я верю!

Забытый бог шагнул ближе к ней, и она ощутила его тепло, под которым таяли остатки тьмы в её душе.

– Я был забыт, – ласково сказал он. – Моё имя – Агапос, я был отвергнут людьми, но моя любовь всегда оставалась с ними. И с тобой, Хермихор, моё творение, моё потерянное дитя.

С этими словами Агапос протянул руку и коснулся головы Аси. Она увидела, как от неё отделяется тёмная тень – тень Хермихора, который больше не выглядел угрожающим: его чёрная фигура становилась всё более прозрачной, и в ней начали проявляться проблески света.

– Ты можешь быть добрым, – мелодично произнёс Агапос. – Ты не должен оставаться во тьме. Позволь любви войти в твою душу!

Хермихор, теперь уже не такой устрашающий, посмотрел на Асю, и его фиолетовые глаза стали голубыми, как свет Альнитака. Они вспыхнули ярко, как звёзды, и на мгновение он растворился в окружающем сиянии, а затем на его месте появился светлый дух, от которого исходила аура любви и сострадания.

– Я вернулся, – потрясённо прошептал он, – я вернулся к свету. Я – свет!