Ассистент Дьявола

13

Сегодня был просто адский день. С самого утра меня преследовали странные мысли о Сэм и ее словах за ужином. Не понимаю, что я ожидал услышать задавая такие, непринужденные, на мой взгляд вопросы. Признаюсь, мне было очень интересно узнать, какая же Саманта Робертс на самом деле. Когда не прячется за экраном ноутбука и не надевает маску собранного ассистента. Хотелось разгадать эту загадку, получить ответы. Убедиться в собственной правоте. Просто хотелось, чтобы она оказалась такой, какой я ее себе представлял.

Каким же идиотом я был. Вообразил себе, что если я приглашу ее на ужин, заведу беседу, она откроется и я все пойму. И наверное, смогу перестать корить себя, перестану задавать себе вопрос – виноват ли я в том, что она хочет уйти?

Когда она изменилась в лице и выдала гневную тираду о том, что у нее нет свободного времени, я почувствовал себя тираном, диктатором и садистом в одном лице. Ее слова отрезвили меня, заставили еще глубже погрузиться в пучину сомнений и вопросов.

Я ушел, понимая, что она сейчас не в том состоянии, чтобы говорить спокойно. А на самом деле – я просто сбежал как мальчишка, стараясь отсрочить неприятный разговор.

На следующий день меня с самого утра мучили головные боли. Я принял какое-то решение внутри себя – попробовать отдалиться от Сэм, дать ей ту свободу, за которую она так борется. Пусть и не в полную силу. Я с ужасом представил, что будет, если эта женщина, которая так ловко управляется с сотней важных дел ежедневно, решит устроить бойкот. Поэтому я отпустил ее сегодня пораньше. Просто сказал, что уеду и она будет свободна. И я правда уехал, хотя было дикое желание притаиться где-то и понаблюдать, что она будет делать. Но я сдержался. Поехал на обед и остался в ресторане на следующие три часа. Небывалая роскошь для такого занятого человека как я. На время я почувствовал себя студентом, которому не нужно заботиться об огромной компании и тысяче разных вопросов. Просто сидел и пялился на людей.

Когда она начала мне звонить, я просто брел по улицам города, направляясь к набережной. После первого звонка я ухмылялся.

Раз Саманта звонит мне в свое СВОБОДНОЕ время, значит она сама не может отложить работу на второй план. А почему тогда так страстно доказывала мне, что у нее из-за работы нет жизни?

Я все гулял, а звонки не прекращались. Спустя час я не выдержал. Сначала хотел отключить телефон, но признаюсь, это доставляло мне удовольствие. Как будто я оказался прав, и просто хотел немного ее помучить.

- Твоя мать в больнице. Сейчас идет операция. Я жду встречи с врачом. Адрес я вышлю тебе сообщением. Приезжай.

От этих слов я едва не выронил телефон прямо в воду. Вышколенный воспитателями и бесчисленными тренерами, а также сводом правил семьи Фрай, я собрался за одну секунду. Добежал до дороги и взмахом руки остановил такси.

Стоило мне оказаться в больнице, детские страхи и обиды накрыли меня с головой. Отец умер в больнице… Я был уже взрослым, но далось мне это тяжело. Все вокруг вдруг стало напоминать плохое кино. Мельтешащие медсестры, пациенты в колясках в коридорах, лица родных, искаженные гримасами отчаяния и боли. И тут, среди всего этого хаоса я увидел ее.

Невысокая, хрупкая девушка в зеленом свитере. Она о чем-то разговаривала с одной из медсестер. Затем обернулась в мою сторону. Длинные каштановые волосы облаком укрыли ее плечи. В тот момент мне показалось, будто от нее исходило какое-то магическое сияние. Я не мог отвести взгляд. А потом она подошла ко мне.

- Еще на операции… - она коснулась моей руки.

По телу словно ток пустили. И вдруг весь мир сузился до размера ее глаз. Она говорила еще что-то, а в моем мозгу уже разорвалась ядерная бомба. Глория попала в аварию… моя мать сейчас на операционном столе… Я говорил с ней сегодня. Нахамил, как обычно. Почему я был так нетерпим к женщине, которая родила меня? Которая дала ту любовь, на которую была способна. По сути, это она воспитала меня таким. Но я не любил сваливать ответственность на других людей. Просто я такой… Но находясь сейчас на грани потери последнего близкого мне человека, я просто не знал, как мне быть. Что делать? Что говорить? Кому молиться?

 Сэм оказалась рядом, погладила меня по спине, затем положила голову на плечо. Я поддался порыву и обнял ее, вдохнул ее аромат и в груди вдруг образовался горячий ком, будто сталь плавилась и расходилась по венам.

Вдруг стало так спокойно, так легко, несмотря на то что где-то за дверями моя родная мать сейчас возможно боролась за свою жизнь.

Я впервые видел Сэм такой. Передо мной словно был другой человек. Она выглядела, пахла, говорила по-другому. На секунду мне показалось, будто передо мной сестра-близнец всегда собранной, всегда одинаковой, предсказуемой Саманты Робертс.

Я хотел, чтобы это странное мгновение не заканчивалось, но тут в комнату ожидания вошел врач. И волшебство исчезло.

Когда он сказал про подбородок, меня едва не перекосило от резкого приступа ярости. Значит, авария была пустяковая? Мать как всегда в своем репертуаре, развела панику на ровном месте. Я сжал кулаки и готов был броситься в палату, чтобы высказать все, что я думаю о поведении Глории, но Сэм остановила меня. Посмотрела мне в глаза и стала просить успокоиться. Обычно, у меня было два варианта реакции на такое ее поведение. Иногда, когда злость была не такой сильной, я прислушивался и заставлял себя взять эмоции под контроль. В других случаях, ей доставалось. Я мог накричать, оттолкнуть, а однажды, даже схватил ее за горло… Почему-то, стоило мне вспомнить о синих кровоподтеках на ее шее, меня будто облили ледяной водой. Злость ушла. Моментально. На смену ей пришла вина и стыд. Как я мог вести себя так с ней? Почему она не отвесила мне пощечину, не написала заявление и вообще не подала на меня в суд?

Эти мысли отвлекли меня от злости на Глорию. Я пообещал держать себя в руках и вышел из комнаты.

В VIP палате, куда определили Глорию после «сложнейшей операции» царил полумрак. Я вошел и увидел мать в кровати. Она лежала, словно кукла, идеально красивая, с небольшим пластырем на подбородке. На лбу, у линии роста волос был небольшой синяк. Но в целом, выглядела она так, словно прилегла отдохнуть.