Ассистентка лорда дракона

Глава 6

Снаружи раздаются солдатские приветствия.

Дверь распахивается, и в карету проникает свет и свежий воздух. В проеме возникает лакей, который помогает мне спуститься.

Я быстро осматриваюсь и не узнаю ничего. Высокие крепостные стены, которые мне запомнились угрюмыми и мрачными, теперь скрыты густыми кронами. Сам дворец выглядит светлее и легче.

Вдоль выложенных разноцветной плиткой дорожек высажены розовые кусты, усыпанные роскошными бутонами золотистого цвета. Воздух наполнен их тонким ароматом, пением птиц и плеском фонтанов.

Мы остановились у парадного крыльца. На входе вытянулись стражники с идеальной выправкой. К экипажу спешат несколько крепких слуг.

За спиной слышу скрип. Это лакей помогает Фуртиве спуститься на площадку у замка, затем возвращается ко мне и с поклоном говорит:

— Леди Ариенна, Ее Величество приказали сразу по прибытии сопроводить вас к ней.

Я с тоской смотрю на свое платье, покрытое пылью, местами с потертостями и заплатками.

— Спасибо. Могу ли я переодеться с дороги в… более подходящий наряд?

Я лукавлю: переодеться мне особо не во что. Все мои наряды выглядят примерно так же, только без слоя дорожной пыли.

— Прошу прощения, леди Ариенна, но приказ Ее Величества звучал вполне отчетливо, — склоняет голову набок лакей. — Ваша служанка пока подготовит комнату для вас.

На этих словах он машет рукой, и пара крепышей снимают наши пожитки и несут в боковой вход. Фуртива кидает на меня предупреждающий взгляд и спешит за дворцовой прислугой.

Лакей, затянутый в бархатную ливрею винного цвета, заложив руки за спину, чинно шагает передо мной по узорчатым дорожкам. Я с тяжелым чувством иду за ним. На фоне сочного буйства зелени ощущаю себя невзрачной тенью.

Наш путь по лабиринту дорожек проходит через открытую круглую площадку. На ней несколько фрейлин с задорным смехом удирают от разряженных юношей, некоторые из которых сильно старше меня.

При моем появлении игра прекращается, и я ощущаю на себе любопытные взгляды. Дорогу мне и лакею загораживает безусый румяный верзила со светлыми волосами. Он взмахивает холеной рукой, подзывая остальных.

— Вы посмотрите только, какая прелесть! — высоким голосом восклицает он, рассматривая меня, как какую-то диковинку.

Я останавливаюсь, понимая, что только что подвезла этим бездельникам бесплатное шоу. Они окружают меня, оттесняя невозмутимого лакея. Глазеют. Шушукаются.

— А это, наверная, та самая геральдистка, которую вывезли откуда-то с Севера, — вслух предполагает одна из девушек.

В ее голосе отчетливо слышится пренебрежение. Тонкой иглой вонзается в самолюбие и будит во мне колючую злость.

— С Севера? — наигранно удивляется стоящая рядом со мной блондинка. Она протягивает руку и осторожно, будто я могу укусить в ответ, касается заплатки у меня на рукаве. — А это такая мода у вас на Севере? Что-то новенькое!

Она бросает взгляд на верзилу, который послушно смеется. И по площадке разносится нестройный смех. Я спокойно жду, пока они перестанут издавать натужное хихиканье, и спокойно отвечаю:

— Видите ли, в этом месте я посадила чернильное пятно, когда переводила манускрипт со стародраконьего. А вот тут, — я приподнимаю руку и показываю вторую заплатку на корсаже, — я капнула воском, когда ночной порой чинила переплет старой книги. Ну а это — след от краски, которой я обновляла блеклый герб в справочнике.

Наступает тишина. Придворные явно не ожидали, что я приму вызов. Я упираю в блондинку взгляд и четко выговариваю:

— Заплатки на моем платье — показатель образованности и знаний. А у вас такое красивое платье! Без единой заплатки…

Взрыв хохота, кажется, сейчас сметет меня с площадки. Блондинка стоит с открытым ртом и хлопает густыми ресницами. Темноволосый престарелый юноша толкает ее в бок локтем и со слезами на глазах говорит:

— А она тебя уделала, Ингрид!

Блондинка краснеет, но берет себя в руки. Поведя плечом и окинув снисходительным взглядом смеющихся, она продолжает атаку:

— Как любопытно! Не каждый день в общество роскошных бабочек залетает бледная моль…

По сравнению с тем, что я выслушивала в течение семи лет от суровых северян в Смаугберге, ее выпады — комариный укус на фоне медвежьего. На первый взгляд тонкий, незаметный, но чешется и досаждает еще долго.

Вот только я не упоминала, что книга, переплет которой я чинила, — это самоучитель по изящным придворным спорам и словесным дуэлям. И во время починки я ее перечитала несколько раз.

Так что я с мягкой улыбкой парирую:

— Бабочки действительно очень красивые. Жаль, живут недолго… А моль, если завелась — уже не выведешь.

Новая порция хохота со всех сторон. Симпатичную мордашку Ингрид искажает гримаса злости. Но фрейлина быстро справляется с лицом и дергает головой, давая знак остальным, что потеха окончена.

— Чего встали? — капризным голосом спрашивает она. — Пойдемте играть. А то еще засмущаем эту… драную кошку. — Ингрид разворачивается и собирается покинуть круг.

— Не переживайте за меня, — кидаю ей в спину, — кошек не интересует мнение мышей.

Бездельники снова смеются, но при этом послушно идут за Ингрид. Я выдыхаю, ощущая, как дрожат колени. Это было страшно, но очень бодряще. Словно прыжок в прорубь.

На краю площадки меня ожидает лакей-провожатый, бессовестно бросивший меня на потеху придворным. Он смотрит на меня с интересом и, одобрительно качнув головой, манит за собой.

Я следую за ним. Но уходя с площадки, ощущаю липкий взгляд того верзилы. Пару раз украдкой оглядываюсь и замечаю, что он так и стоит, пялясь мне в спину.

Мы еще какое-то время плутаем по лабиринту парковых дорожек, но в конце концов входим во дворец. Лакей ведет меня на второй этаж, и вскоре мы оказываемся у двери, рядом с которой застыл стражник с горящим взглядом. Верный признак дракона.

Лакей открывает дверь и вводит меня в кабинет, обставленный со сдержанной роскошью. У окна спиной к нам стоит высокая стройная женщина с золотыми волосами и в богатом наряде.