Астарта. Большая игра. Книга 1

Глава 7. «Храбрый может сражаться, осторожный может наблюдать, а умный может учиться. Каждый полезен» (Сунь-цзы)

В последние несколько вечеров мы с командой регулярно собирались после учебы в нашей комнате, чтобы разработать эффективную стратегию для Большой игры. Однако разногласия и хаос превращали наши собрания в настоящую неразбериху.

Я чувствовала себя измотанной, сидя на стуле в углу комнаты и наблюдая, как все вокруг превращается в своеобразный рынок идей. Голоса всех присутствующих сливались в неразборчивый гул, создавая невыносимый шум, который мешал каждому четко и внятно высказываться.

Этот хаос наполнял воздух, словно плотный туман, делая мои мысли размытыми и беспорядочными. Казалось, что моя голова превратилась в карусель, и я не могла сосредоточиться ни на одной идее. Нам отчаянно не хватало ясности и порядка, которые были необходимы для успеха в наших планах. Но пока что это казалось недостижимым.

— Кто бы говорил, пиявка, — кричал Богдан на Дохляка, тыкая ему в грудь своими толстыми пальцами.

— От пиявки слышу! — огрызнулся Дохляк.

— Ты упрямый и твердолобый баран! — продолжал наезжать Богдан.

Тем временем Монти и Эрдан тоже о чем-то спорили, но гораздо спокойнее. Они сидели на моей кровати, вертя в руках чертеж игрового периметра.

— Да нет, вот тут, если идти, можно наткнуться на водяную живность, вплавь не доберемся, — говорил Монти.

— Лодку построим, время есть, — парировал Эрдан.

А Дима и Клавдия, совершенно отрешенные от общего хаоса, играли в карты. Их игра называлась «Как хочу, так и хожу, как хочу, так и играю».

— А я пойду вот так, потом заберу у тебя вот эту карту и вообще все карты, — заявил Дима с вызывающей улыбкой.

— Ах ты, какой проказник! Ну все, ты меня победил, мне больше нечем биться, — ответила Клавдия и понарошку заплакала.

Вот она, злодейка судьба! Наступил момент, когда мне нужно было принять решение: «Быть или не быть». Час судьбоносного выбора, который, словно острый нож, раскалывал чаши весов. Небытие или существование? На первый план вышла неоспоримая потребность осознать свою ответственность. Хватит ли у меня смелости и слов?

Я понимала, что пора донести до команды свои убеждения и мысли. Но застенчивость, словно путы, сковывала мою решимость. Страх показаться глупой и нелепой намертво сковывал язык, а удобное молчание манило своей иллюзорной безопасностью.

Роль лидера казалась еще более пугающей. Управлять, направлять, координировать действия команды — это была непосильная задача для труса. И все же, если не я возьму на себя эту роль, то придется довериться другим, а это для меня было бы крайне затруднительно.

Я ясно осознавала, что наши беспорядочные споры заведут нас в тупик. Бездействие становилось не менее рискованным, чем попытка выступить. Но здесь таился еще один подводный камень: настоящий лидер не просто отдает приказы, он работает наравне с командой. А это было совершенно не в моей натуре.

Я всегда держалась в стороне, была одиночкой, и учитывать мнения окружающих казалось мне невероятно сложным. Особенно когда их слова вызывали во мне непреодолимое раздражение.

Как найти баланс? Грубо игнорировать чужие взгляды и продвигать только свои идеи? Такой эгоизм был мне чужд... или, возможно, все же близок? Мне необходимо было достичь гармонии между собственным видением и мнениями других участников. Но это казалось совершенно невыполнимой задачей.

Я внимательно наблюдала за происходящим, ожидая, что лидер проявит себя сам. Но никто не брал на себя эту роль. Каждый тянул одеяло на себя, не обращая внимания на мнение других. Мы не могли стать единым целым.

Я поняла: ничего не изменится, пока я буду ждать, что кто-то другой возьмет на себя ответственность. Значит, должна я. Решено! Я должна стать той, кто возьмет инициативу в свои руки и покажет свою значимость.

Думай, Дина! Думай! Иного выхода нет! Смелее! Из-за твоей нерешительности мы уже потеряли три дня.

— Вы вообще умеете договариваться? Зачем мы вообще здесь собрались? Одни бестолковые споры! — вдруг сказала я очень громко и сердито.

На протяжении жизни я открыла для себя мощное средство, которое могло помочь мне добиться своего. Это было не что иное, как способность адаптироваться. Наблюдая за реакцией окружающих на мои действия, я могла менять свое поведение, чтобы добиваться положительных результатов. В особенности я научилась использовать силу невербального воздействия через мимику.

Выразительное лицо, способное передавать уверенность и авторитет, иногда оказывается важнее слов. И в этот момент я решила, что это – мой ключ к успеху.

Когда я сделала паузу и внимательно посмотрела на окружающих, я заметила, что все замолчали и удивленно уставились на меня. Возможно, это произошло благодаря моему уверенному и непоколебимому виду. А может, их поразило то, что я впервые так громко высказалась. Не суть.

Однако, чтобы окончательно убедить их, мне требовалось использовать еще одно средство влияния — лицо лидера. Я решила опробовать различные мимические выражения, чтобы найти то самое, которое произведет нужный эффект и покажет, что я — тот, кого стоит слушать.