Астарта. Большая игра. Книга 1

Глава 19. «Это поступок, который нельзя не совершить. Нельзя не спасти друга, нельзя не пожертвовать собой, нельзя бездействовать, если можешь помочь»

Мы медленно шли по пещере, осторожно ступая по неровному каменному полу. Вокруг нас царила кромешная тьма, и только тусклый свет моего фонарика да редкие лучи лунного света, проникающие через узкие щели в каменных стенах, позволяли разглядеть очертания пещеры. Мы вышли на небольшой круглый пятачок и огляделись. Перед нами находился узкий проход. Мы переглянулись, осознавая, что у нас не осталось другого пути, кроме как двигаться дальше.

Проход оказался настолько тесным, что мы почти терлись плечами о его шершавые стены, пробираясь вперед. Но это было еще не самое трудное. Под нашими ногами была мерзкая, зловонная слизь, в которой мы то и дело застревали, делая каждый шаг невероятно трудным.

Наконец, спустя несколько изнурительных минут, мы добрались до конца коридора. Перед нами открылась поразительная картина: огромная открытая пещера, украшенная светящимися сталактитами и сталагмитами. Мы замерли, пораженные ее красотой, не веря своим глазам. Но, приглядевшись внимательнее, мы увидели за этой красотой нечто ужасное.

На стенах пещеры висело множество огромных коконов овальной формы. К каждому из них, подобно пиявкам, присосались гигантские многоножки. Остальные сородичи ползали по ним, впрыскивая какую-то жидкость из своих хвостов прямо в коконы.

— Выключи фонарик, — резко шепнула Дина, и мы поспешно спрятались за небольшой выступ.

— Господи… Смотри! — прошептал я, дрожа от волнения. — Эти коконы… Внутри люди. Некоторые из них полностью поглощены, а в других… Они кричат. Полуобнаженные, обездвиженные… запертые в этих жутких оболочках.

— Это их колония, — неожиданно вмешалась Маша, ее голос дрожал, но она старалась говорить уверенно. — Эти многоножки-пиявки, которые прикрепляются к коконам, наполовину торча: хвостом внутри пузыря с человеком, а головой снаружи, — это самки. Самцы бегают вокруг и оплодотворяют коконы своим семенем.

Она сделала паузу, судорожно сглотнув, прежде чем продолжить:

— Семя всех самцов смешивается внутри кокона, заполняя его почти полностью, оставляя лишь голову человека незалитой. Затем запускается странная реакция. Человека насильно кормят какой-то специальной смесью, чтобы он не умер от голода, пока его тело медленно разлагается. Оно превращается в предпоследний компонент для появления этих созданий. Когда тело человека полностью исчезает, самка добавляет свой "финальный ингредиент". Это активирует процесс, и самка покидает кокон, оставаясь поблизости. А внутри кокона, уже без человека, завершается процесс оплодотворения, и в результате появляются две или три новые особи.

Мы в ужасе уставились на нее.

— Откуда ты так много знаешь об этом? — удивленно спросила Дина.

Маша тяжело вздохнула, словно собиралась с духом, прежде чем ответить:

— Меня готовили к этой миссии.

Она замолчала на мгновение, а потом начала рассказывать более детальную историю. Слова звучали тихо, но от них становилось все страшнее.

Эти твари, отвратительные на вид, обладали жуткой способностью внедряться в человеческие тела. Проникая через рот или нос, они селились внутри, опутывая органы своими мерзкими нитями. Но это было лишь началом кошмара.

Многоножки делились на два пола. Самки, жуткие существа с вздутыми брюхами, служили инкубаторами, а самцы, юркие и скользкие, носились по пещере, оплодотворяя все коконы подряд. Самки, подобно паукам, плели липкие коконы из паутины, в которые заключали своих жертв. Несчастные люди, беспомощные и обреченные, медленно гнили внутри. Их тела постепенно разлагались, питая зародышей паразитов.

Но это был не единственный ужас.

Как поведала Маша, изучившая этих созданий в тайной лаборатории сектантов, многоножки обладали еще и паранормальными способностями. Их яд мог не только убивать, но и подчинять волю людей. Целые города могли попасть под их влияние, превращаясь в марионеток в руках этих коварных паразитов.

Общество Туле, жаждущее власти, мечтало использовать этих тварей для достижения своих гнусных целей. Однако, как выяснила Маша, эксперименты сектантов терпели крах. Многоножки и их коконы оказывались слишком хрупкими вне своей естественной среды обитания. За пределами пещеры они быстро погибали, не успев принести потомства.

— В коконах, — добавила Маша, ее голос звучал тихо, но твердо, — скорее всего, находятся сами члены секты. Они попались в ходе своей миссии... стали жертвами того, что пытались контролировать.

Мы слушали ее в полном оцепенении. Сердца сжимались от ужаса, а по спине пробегал холод. Осознание того, что рядом с нами, в кромешной тьме пещеры, таится такая чудовищная угроза, леденило душу.

— Как они вообще нашли их здесь и потом еще умудрились вспомнить дорогу, после возрождения? — спросил я, стараясь говорить тихо, чтобы не выдать наше местоположение.

— У них есть огромная тайная библиотека, — безэмоционально ответила Маша, не отрывая взгляда от ужасающей картины перед нами. — Ученые общества изучают там способы усиления своей армии. Я читала одну из подробных книг об этих существах во время подготовки к миссии.

— А паук? Какую роль он играет в этой... их команде? — я прищурился, продолжая изучать коконы через бинокль.

— Семя паука тоже в каждом коконе. Он один из ключевых элементов для оплодотворения. Кроме того, именно он создает материал для коконов — так называемую "золотую паутину", — пояснила Маша спокойно.