Астарта. Познание. Книга 2

Глава 6. «Вместе мы можем совершить то, чего не в силах сделать в одиночку; единение умов и рук, сосредоточение их сил может стать почти всемогущим»

Прохладный вечерний воздух, наполненный ароматом сосновой смолы и дымом от костра, окутывал нас, словно мягкий, согревающий плед. Шла пятая ночь в Большой игре.

Место для ночлега было выбрано тщательно, изучено до мельчайших деталей. Ловушки и сигнализация, расставленные по всему периметру, вселяли в нас чувство защищенности — и все это благодаря Джованни. Его профессия, «Электромонтажник» с расширенными возможностями, позволяла ему мастерски создавать сложные системы сигнализации, что было для нас настоящей находкой.

Мы сидели у костра, наблюдая за пляшущими языками пламени, и вспоминали прошедшие события. Каждый из нас делился своими историями, чтобы ввести Джованни в курс дела. А потом разговор плавно перетек в более легкие темы. Оказалось, что Джованни — интересный и многогранный человек, с которым можно было говорить часами.

— Алтарь вовремя решил твою судьбу, — заметила я, усмехнувшись.

Передо мной высветилась надпись:

«Джованни / Оборотень / Стрелок-следопыт / Электромонтажник / уровень 115».

​

Джованни улыбнулся и крепче обнял сына, посмотрев на меня искренним и благодарным взглядом. Его густые черные волосы, длинная челка, серые глаза и легкая щетина на лице выдавали в нем человека, который многое пережил. Его тело, как и у Алины, было покрыто татуировками, каждая из которых, казалось, скрывала свою историю.

— Я был неправ, когда рисковал своей семьей в прошлом, — начал он с заметной горечью в голосе. — За это я расплатился сполна, бродя по лесам в шкуре волка, которую невозможно было снять. Не видеть, как растет твой сын, — это самое тяжелое испытание, которое можно получить за свою беспечность. Разлука была болезненным уроком. Она дала мне понять, что действительно важно в жизни, без кого я не смогу существовать. — Он посмотрел на Алину и Костика, его взгляд стал мягче, наполненный любовью и раскаянием.

— Ты нам лучше скажи вот что, как ты забрел в Туманный лес и почему решил оттуда не выходить? — внезапно нарушил тишину Дохляк, наклоняясь ближе к огню.

— Я знал, что в этом лесу буду в безопасности, — ответил Джованни после небольшой паузы. — Из-за его проклятия там не живет никто из местных жителей. Еды было достаточно, чтобы выжить. Единственное, чего я не учел, — это кентавр, который любил полакомиться волчатиной. И еще западнее, — он задумался, нахмурив брови, — живет какой-то черный тигр. Пару раз я на него натыкался. Я не знал и не понимал, как все исправить, как вернуть все на круги своя. Просто жил в лесу, пока не растерял свои жизни. И когда встретил вас, у меня осталась последняя, — Джованни вздохнул, словно вспоминая те долгие годы одиночества.

После этих слов он крепко обнял Алину и маленького Костика, словно пытаясь наверстать все упущенное время. А затем с задумчивым, но полным любви взглядом посмотрел на нас. В его серых глазах читалась смесь нежности, благодарности и легкой грусти, свойственной людям, которые осознали хрупкость и ценность жизни.

Алина, словно цветок, распустившийся под ласковым солнцем, улыбнулась. Ее взгляд был наполнен нежностью и любовью, когда она обратилась к мужу:

— Ты в моем сердце, мыслях, желаниях и снах. Не могу ни о чем другом думать, только о твоих глазах, улыбке, голосе... Безумно люблю тебя!

Ее слова звучали как прекрасная мелодия, полная страсти и искренности, согревая все вокруг, словно теплое пламя костра. Джованни ответил ей таким взглядом, в котором читалась вся глубина его чувств, но промолчал, будто боялся, что слова могут разрушить эту хрупкую, волшебную атмосферу.

Алина, заметив, как Костик, уставший после долгого дня, начал зевать, лукаво улыбнулась и, словно мягко поправляя его, добавила:

— Костик, тебе пора спать. Сегодня в палатке с детками и няней, а потом будешь спать с нами.

Она подмигнула Джованни, как бы говоря: «Не волнуйся, любимый, скоро мы будем вдвоем», и встала, чтобы проводить сына. Джованни без слов поднялся, обняв жену за плечи, и они вместе направились к палаткам.

Мы с Клавдией, невольно погруженные в атмосферу этой теплой, искренней любви, последовали за ними. Вера и Дима, охваченные детской беспечностью, уже убежали вперед, соревнуясь, кто первым добежит до палатки. Их звонкий смех раздавался в ночной тишине, добавляя уюта и жизни этому вечеру.

Когда дети и их любимая няня были уложены спать, мы с Алиной и Джованни вернулись к костру. Ночное небо раскинулось над нами, усеянное яркими звездами, а далекий шепот леса подчеркивал спокойствие этого момента. Мы трое, наконец, могли насладиться тишиной и возможностью поговорить откровенно.

Джованни, будто сбросив невидимый груз, заговорил. Его голос был спокоен и глубок:

— Разлука научила меня многому. Я понял, как сильно семья может быть значима, как много она значит для любого человека. Раньше я этого не осознавал... Или не хотел осознавать. Только потеряв все, я понял, что семья — это то, ради чего стоит жить.

Его слова звучали просто, но в них чувствовалась такая искренность и сила, что они отозвались в каждом из нас. Мы слушали его, сидя у костра, пока языки пламени освещали наши лица, и казалось, что в этот момент весь мир замер, чтобы дать нам возможность услышать сердце человека, который наконец нашел свой путь.

— Я многое увидел и понял, находясь рядом с вами. Дина, мы с моей женой хотим присоединиться к твоей команде, — начал Джованни, его голос звучал уверенно, но в глазах читалась некоторая неуверенность. — Хочу убрать клеймо монстров с нашей семьи. Не хочу больше служить таким типам, как Генерал. Но из-за нашей расы и наших возможностей работу нам предлагают только отморозки. Убить, захватить, съесть — это все, что нас ждет после игры. Я не хочу быть изгоем. Я хочу видеть, как растет мой сын, хочу дать ему нормальную жизнь, — его голос дрогнул, но он быстро взял себя в руки.