Астарта. Познание. Книга 2

Глава. 19 «Самое непостижимое в этом мире — это то, что он постижим» (Альберт Эйнштейн)

Когда мы открыли люк, перед нами оказался уходящий далеко вниз туннель, напоминающий глубокий колодец. К крышке люка была подвешена веревочная лестница. Мы решили спускаться по одному, опасаясь, что древняя конструкция не выдержит веса всей команды. Я настояла на том, чтобы идти первой, хотя команда была против. Меня распирало любопытство, и спорить со мной в этот момент было чревато.

Чем глубже я спускалась, тем темнее становилось вокруг. Мое сердце бешено колотилось в груди. Через несколько минут спуска я обнаружила, что лестница закончилась. Я посмотрела вниз, но ничего не было видно. Прыгать или не прыгать — вот в чем вопрос! Я переживала, что могу ошибиться, если прыгну.

— Ну что там? — послышался нервный голос Бастет.

— Лестница закончилась. Я держусь за самый ее конец, свешиваюсь с последней перекладины и не могу нащупать дно ногами, — крикнула я в ответ.

— Спускаюсь к тебе. Думаю, веревка выдержит еще килограммов десять. У меня достаточно жизней, чтобы восстановиться тут, а не на Базе Север.

Она ловко спустилась ко мне и, оказавшись рядом, вгляделась в темноту под ногами. Не успела я подумать о наших дальнейших действиях, как Бастет резко прыгнула вниз в темноту.

— Да ты… куда?! — вырвалось у меня.

— Все нормально! Тут какие-то покрытия из мягкой пены, тебе до них примерно метр, — услышала я через минуту.

Я решила рискнуть и прыгнуть вниз. Мое сердце забилось еще быстрее, но оказалось, что падение было смягчено мягкими покрытиями. Я облегченно выдохнула.

— А страху-то было сколько, уф, — выдала я, потом посмотрела наверх и крикнула: — Следующий!

Один за другим члены команды начали спускаться. Пока они спускались, я вытащила из инвентаря факел и зажгла его. Передо мной открылся широкий коридор с высокими потолками. Стены были покрыты древними рисунками. В конце коридора, насколько я могла разглядеть, находилась железная дверь.

В этот момент спустился Эрдан и тоже зажег факел. Я оставила его у лестницы, чтобы помочь остальным, а сама пошла вдоль коридора разглядывать стены вместе с Бастет.

— Какие интересные надписи на стенах. Здесь изложена история создания игрового мира? Какие-то формулы. Ты можешь это разобрать или прочитать? — обратилась я к Бастет, так как кроме картинок ничего не понимала.

Бастет ходила рядом со мной, погруженная в мысли. Возможно, она разбиралась в происходящем больше меня, и увиденное не меньше озадачило ее. Мы остановились у необычного изображения. Огромная, величественная арка с колоннами. Внутри стоял человек, а рядом с ним старец в мантии. Арка сияла белым светом, над ней парили ангелы.

— Это Алтарь, — грустно сказала Бастет.

— Эта арка и есть Алтарь? Та, которая выдает прописку? — спросила я.

— Нет, арка — это арка. Вот тот старец в рясе и есть Алтарь, так его называют. Иногда он виден, а иногда нет. Арка — его клетка, судилище, место испытаний для будущих и нынешних жителей Лураписа. Они там заключены до вынесения окончательного решения.

— Я думала, что Алтарь — это священное место, а не человек и...

— Да, Алтарь святой, — строго добавила Бастет.

— Ты встречалась с ним? Впервые вижу тебя такой сердитой.

— Именно из-за него я провела столько веков в пещере. Его голос был решающим, и он меня предал, хотя раньше мы были друзьями, — ответила Бастет и направилась к железной двери.

Оказавшись возле нее, она свернулась клубочком и накрыла мордочку хвостом.

Вдали послышались шаги. Ребята, не торопясь, приближались к нам, завороженно рассматривая стены. Генерал бегал с прибором, записывая данные со стен. Дохляк, как помешанный, трогал каждую надпись, пытаясь разобраться в написанном.

Я села рядом с Бастет на пол и задумалась над ее словами, наблюдая, как ребята с восторгом исследуют окружение. Времени хватало, а история мира была прямо перед нами.

После этого Богдан, случайно или намеренно, нажал рычаг возле железной двери, и включился свет. Все грозно посмотрели на него, испугавшись на миг. Но, поняв, что он всего лишь активировал рубильник, быстро успокоились. И тут раздался резкий звук отворяющегося затвора.

Мы с Бастет вздрогнули от неожиданности. Я поднялась на ноги, подошла к двери и потянула ее за ручку. Дверь неожиданно легко открылась.

Мы торопливо направились внутрь лаборатории, но в дверях возникла небольшая пробка — каждый хотел пройти первым. Ворвавшись с шумом, мы замерли, разглядывая открывшуюся перед нами картину. Это была полностью разрушенная и покрытая грязью комната.

— Да уж, вот это сюрприз, — разочарованно протянул кто-то сзади.

Но это была не единственная комната. Пройдя чуть дальше, мы обнаружили длинный коридор с множеством дверей по обе стороны и, похоже, лифтом в конце. Это означало, что здание было многоэтажным и гораздо больше, чем мы предполагали.

Судя по разбитым колбам, расколотым мониторам и останкам сложного технического оборудования, лаборатория когда-то была высокотехнологичной и невероятно продвинутой. Учитывая ее время создания — эпоху темного века, конец первого тысячелетия, — это выглядело почти невозможным.