Астробиология для мажора. Сиротка в академии

Глава 3

— Прошу прощения, мастер Стрела, но адептов первого курса факультета астробиологии срочно вызывают в малый зал. Я пришёл за ними.

— Это я.

Вышла вперёд, и наши взгляды с мажором встретились.

— И больше никого? — тихо спросил он таким тоном, будто я была букашкой-невидимкой с планеты Зонгов.

Я притихла, но так и стояла, расправив плечи. Телосложения я худенького, роста невысокого, но не кнопка, чтобы меня нельзя было принимать в расчёт.

И ещё я не хотела, чтобы все присутствующие решили, что я оскорблена. Буду делать вид, что меня не волнуют эти намёки переселенцев. На Земле нас о таком предупреждали: жители экзопланет, такие же люди, как и мы, с чего-то считают нас гетто. Неблагополучной планетой.

— Никого, — подала голос Майя. — А ты рассчитывал, что мы все тут с козявками возиться приехали!

Я оглянулась: а как же девушка с розовыми прядями, но её среди нас уже не было. Куда она подевалась?

Только что вертелась тут, когда Лира Стрела показывала систему открывания дверей, а потом пропала.

Меж тем все дружно рассмеялись от вопроса Майи, а этот Кит поморщился.

— Следуйте за мной, — произнёс он в мою сторону, потом попрощался с завхозом и первым вышел в дверь. Я шла следом, а потом осмелела и догнала его.

— Вас назвали в честь местного созвездия?

— А тебя в честь другого. И что? Это дань моде.

Голос у мажора был бархатным, низким и приятным, будто кто-то щекотал под лопатками.

Но это всё, что меня в нём привлекало.

— Можно хотя бы узнать, куда мы идём? — спросила я, потом вспомнила, что мажор называл какой-то малый зал. — Вернее, зачем нас собирают? Вы ведь тоже с нашего факультета.

— С каких это пор факультет стал вашим? И что это значит «нашего». Он не предназначен исключительно для землян. Скажу тебе больше, студентка, как там тебя, — тут Кит резко остановился, что я чуть на него не налетела. Повернулся ко мне и посмотрел в глаза: — То, что вам, землянам, предоставляют бонус на участие в гранте, считаю несправедливым. Противоречащим Кодексу равенства Академии.

— А я слышала, что всё это не от хорошей жизни, студент Кит. Ваше имя я сразу запомнила.

— Меня все запоминают.

Самодовольная улыбка промелькнула на его лице и тут же пропала. Он внимательно меня слушал, скрестив руки на груди, и не перебивал — редкое качество для того, кто считал себя лучше других.

— Так вот, ты сказал, что нам несправедливо дают бонус за участие в гранте от Академии? Это всё от бедности родной планеты человечества. Вы, жители звёзд, можете и должны платить за образование, а для нас грант — хороший шанс хоть что-то урвать!

— Вот именно: урвать. Привыкли толкаться локтями, — хмыкнул Кит и пошёл дальше.

Больше мы не разговаривали. У меня не было никакого желания доказывать этому напыщенному болвану, от которого пахло мускусом и ореховым ароматом, что земляне достойны обучения в лучших заведениях обитаемого Космоса.

Не докажешь. Они здесь родились с золотой ложкой во рту.

Лучше буду следить за дорогой и смотреть по сторонам.

Академия Менкар была вся выстроена по плану средневекового замка: это когда вокруг основного здания всё время мастерили какие-то пристройки, что со временем оно теряло всякую архитектурную стройность. Зато становилось функциональнее.

Вот сейчас мы свернули в один из таких коридоров, ведущих в новое крыло. По пути нам попадались адепты и преподаватели, я старалась не глазеть на них, как абориген-туземец на белых людей, но всё же было любопытно до мурашек.

Живая материя мне всегда нравилась больше, чем технические штучки. Поэтому одежда, манеры и разговор встреченных личностей интересовал сильнее, чем световые визоры, реагирующие на тепло живых тел раньше, чем они приближались. И ты всегда идёшь по освещённому коридору.

Особенно заинтересовал меня преподаватель-центурианец. Он имел четыре руки и две ноги, кожу светло-красного цвета и глаза коричневого оттенка, а в остальном относился к гуманомидным расам.

Ближайшая к Земле система Альфа-Центавра освещалась двумя красными карликами, поговаривали, что грядёт большое переселение с этой системы вглубь космоса, и скоро Земля окончательно останется на задворках цивилизации.

Мне не хотелось бы, чтобы это оказалось правдой.

— Это новая студентка факультета? — поинтересовался немолодой центруанец, одетый в фиолетовую короткую мантию поверх чёрных брюк, и пристально посмотрел в моё лицо, не ответив на приветствие.

Голос у него был высокий, на всеобщем языке центурианец говорил с выраженным акцентом, но вполне понятно. Язык этой расы настолько отличался от всеобщего, что именно центурианцы меньше всего ассимилировались с остальными расами.

Если не считать негуманоидных синекожих иглоноидов, разумеется.

Тем интереснее будет послушать этого профессора.

— Добро пожаловать. Меня зовут Коронид Ворос, я преподаю на первом курсе криптозоологию. Рад буду вас видеть на своих лекциях и семинарах.

— С удовольствием придём, профессор, — вежливо ответил Кит, пропуская преподавателя и оттесняя меня легонько в сторону.

Я уже хотела зашипеть в его сторону, на Земле мы привыкли за себя стоять в спорах, как заметила, что от неожиданности и растерянности от встречи с представителем другой расы просто загораживаю проход.

— А ты давно уже здесь? — снова спросила я, когда мы пошли по коридору, выложенному плиткой с изображением животных, как их представляли древние расы.

Нарушила собственное обещание игнорировать мажора и не обращаться к нему без необходимости. Но здравый смысл победил: я здесь новенькая. Нечего плодить конфликты на пустом месте.

— Я с детства мечтал об этой Академии. С классом мы даже пару раз были здесь на экскурсии, а в старшей школе ходил на факультативные занятия по физике полётов. Я это не ты, землянка, кто просто хочет вырваться из своей дыры любой ценой!

— Ты меня не знаешь! С чего ты уже всё решил за меня!