Астробиология для мажора. Сиротка в академии

Глава 13

За прошедшую до первого испытания неделю я насобирала семь дополнительных баллов на занятиях.

Средний результат, но набрать баллы у других преподавателей оказалось не так легко, как на занятиях у мастера Порта.

Девия Кассис умудрилась заиметь восемь, Вила — семь, а наш староста все десять, что являлось лучшим результатом.

Но всё это будет неважно, если не показать класс на испытаниях.

Никто не мог заранее угадать, какими они будут. Да, у нас был доступ к испытаниям прошлых лет, но как назидательно высказался Кит Левис, они никогда не повторялись.

— Ты сдал цифровой макет, как просила мастер Моникор? — спросила я его, когда он пригласил меня на орбитальную станцию.

— Сдал.

— А почему не показал мне?

— Потому что его делал я. Один. И твоё одобрение мне не требуется. Тем более я делаю всё почти идеально.

Это случилось накануне первого испытания.

Внезапно с самого утра (а занятия у нас по этому поводу отменили) за мной зашёл староста. Девчонки вытаращили на нас обоих глаза, а Вила укоризненно цокнула языком. Мол, а что из себя недотрогу строила, неприязнь к звёздному разыгрывала, а оно вон как!

Я не говорила им о договорённости с Левисом, потому что он строго-настрого запретил это делать.

— Речь идёт о твоей учёбе, Каф. Вот и докажи, что поговорка «Расскажи курице, а она всей улице» не про тебя.

Хотел взять на «слабо»? Но промолчала я вовсе не потому, что поддалась его провокации, а потому что понимала: где-то он, гад, прав.

Вила была сплетницей. И моей соперницей. Я за честные соревнования, но не стоило болтать о своей подготовке в паре направо-налево, никто так не поступал. И Майя одобрила мой план, хотя я с ней и не советовалась.

— Староста не дурак, судя по всему. Наши тоже готовятся тихо, ни с кем, кроме своей пары, по вопросу испытаний, даже в мелочах, не советуются. А вообще, знаешь, что я думаю? Твой мажор раньше видел плохо. Он щурится, у меня сестра так делала: коррекция по зрению в семь лет, а привычка осталась.

— И что? Сейчас же всё прошло.

— Но это значит, что путь в пилоты или там штурманы для него закрыт. Обычно такие парни туда идут, — сказала Майя и снова замолчала.

— И что?

— А то, что можешь при случае его подколоть и посмотреть, права ли я. А то раскрылился! Над землянами подтрунивает. Кроме Девии, конечно, но она у нас в Академии звездуля. Все про её отца говорят, даже среди моих девчонок.

Я кивнула и поблагодарила Майю. Возьму на заметку, может, и пригодится.

Тем временем Кит Левис велел мне надеть повседневную одежду и взять метрики и паспорт.

— Я уже выбил нам сегодня билеты на орбитальную станцию, — заявил он так просто, будто мы в кафе собирались прошвырнуться. — Что встала? Никогда на них не бывала? Это не страшно, с края в космос не улетишь, там всё экранировано.

Мы как раз спустились в огромный холл Академии, и я затормозила аккурат на знаке в виде звездолёта на полу в центре.

Я действительно не была ранее на орбитальных станциях. На Земле к ним допускали либо работников, либо студентов профильных учебных заведений.

Как и здесь. Но Кит помахал перед моим носом электронными пропусками, распечатанными на перфокартам для внутреннего контроля. Ничто не идеально: электронные пропуска на индивидуальных планшетах обязательно дублировались на физическом носителе для якобы безопасности.

Потому что не все работники орбитальных станций в силу секретности их заданий имели доступ к Общей Базе. Или к носителям, способным к ним подключаться.

— Официально я волонтёр, — продолжил вводить меня в курс дела Кит, когда мы сели в аэротакси, которое умчит нас к звёздодиску, откуда мы перейдём в космолёт местного уровня. — Я имею права провести на орбитальную станцию одного гостя, но не чаще пяти раз в месяц.

Для всех прочих я отправилась со старостой на свидание. В какой-то мере это было правдой.

— Почему ты стал волонтёром? Так любишь зверей?

Я помнила разговор с Майей, что, возможно, Кит раньше хотел быть пилотом или штурманом.

— Ты спрашиваешь для поддержания разговора, или я тебе интересен? — ухмыльнулся Кит, но на меня не смотрел. Нахмурился, чуть опустил голову, чтобы чёлка нависла на глаза.

— Нет, прости. Я спрашиваю, потому что мне интересно другое.

— Что именно? — быстро спросил Кит с таким видом, будто я собиралась у него пароль от банковской ячейки с большими деньгами спросить.

Или цифровой ключ от виртуального кошелька.

— Мне интересно, почему все тесты показали нашу совместимость в плане работы. Мне кажется, сложно найти двух более разных людей, чем мы. Я бы даже меньше удивилась, если бы меня поставили в пару с юриаткой.

— Тесты не фальсифицированы, если ты об этом.

— А Арктур говорил, что их выбирают вручную.

— Арктур — идиот, играющий в студента, чтобы не ходить в Звёздный десант. Он пошёл на астробиологию, потому что считал, что она легче технических наук, — фыркнул Кит.

И меня осенило догадкой.

— А ты преклоняешься перед техникой. Всеми этими мигающими огоньками и пикающими сигналами.

— Верно. Для меня это сродни магии, помогающей понимать язык зверей, а им — наш.

— А для меня магия в их глазах, — тихо произнесла я, отворачиваясь к окну, чтобы скрыть волнение.

Я всегда помнила Тигра. И мне было легче думать, что он просто отправился жить на экзопланету, до которой ещё не добралась колонизация. Вместе с моими родителями и всеми соседями, кто не выжил.

Но Киту я этого показывать не собиралась. Вообще не собиралась выглядеть перед ним слабой, перед этим самоуверенным звёздным мальчиком, вся трагедия которого в генетически слабом зрении. Которое давно исправили.

— Каф, послушай, — тронул меня за руку Кит спустя некоторое время, когда аэротакси достигло конечной станции. — Забыл спросить, ты же не из пугливых девиц, падающих в обморок при виде нечто необычного?