Астробиология для мажора. Сиротка в академии

Глава 17

— Что это, устанавливаешь новый уровень доверия, как написано в умных психологических методичках?

Когда речь заходила о Тигре, я становилась воинственной. И агрессивной. Не надо лезть в мою душу, и всё будет ок.

— Нет, мне действительно интересно. И то, что ты взъерошилась, — лишнее доказательство моей правоты?

— Не скажу. Не твоё дело.

— Моё, раз мы с тобой в связке. Если ты не будешь мне доверять, а я тебе, то провалимся.

— Хочешь игру на доверие?

— Хочу.

Я посмотрела на своего спутника. Высокий блондин с модной причёской и серьёзным взглядом, наверное, мне бы сейчас позавидовали все землянки курса, а я сижу и хорохорюсь. Просто потому, что от мажора пахло его фирменной туалетной водой с ореховыми нотками, разбавленными каплей мускуса. Мужской запах, запах человека, который хочет произвести приятное впечатление.

Безобидного звёздного мальчика. Но я ему не верила: в глубине его фиалковых глаз что-то таилось. Что-то такое опасное и враждебное, как космос. Который только кажется обитаемым и мирным, но никому не известно, какую тьму он готовит решившим ему поверить.

— Орешки? — предложил мажор.

Кажется, ему нравилось, что я его разглядываю. Такие вечно воображают, что ими любуются.

Я взяла один из раскрытой пачки. Чтобы Кит Левис потом не обвинял меня, что это я не доверяю партнёру.

— Я отвечу на твой вопрос, когда ты ответишь на мой.

— А что тебя интересует? Успел ли я затащить в постель знаменитую Девию Кассис?

Играет на опережение, но я уже знакома с подобными приёмами. Думал застать врасплох? Чёрта-с два!

— Знаменитую? — подняла я бровь и фыркнула. Совсем как он недавно. — Когда это она успела стать знаменитой? Её отец был известен, но не она. Так что это интересует меня меньше паразита на теле лебединской блохи. Нет, лучше ответь мне: у тебя было плохое зрение? Из-за этого ты не попал в пилоты или штурманы, как хотел, верно?

Не без злорадства я подметила, что мажор изменился в лице, будто я его ледяной водой окатила, но тут же овладел собой. Что-что, а носить маску беспечного баловня судьбы и родителей он умел.

Я больше не сомневалась, что наступила на больную мозоль. Майя была права.

— Ты говоришь, что никогда не бывала на Мире? Я могу подсказать, куда надо сходить, чтобы узнать планету лучше. Её обитаемую часть.

— Я могу посмотреть в путеводителе, но спасибо.

Перевёл разговор на другую тему.

— Тогда начни с зоопарка. Он самый крупный из ближайших звёзд. Иногда ходят такие слухи, — тут Кит наклонился ко мне, делая вид, что хочет заправить прядь моих волос за ухо, — для испытаний используют его закрытую для посетителей часть. Посмотри, как живут звери в условиях, приближенных к естественным.

Я читала об этом зоосаде, как он себя именовал. Разное читала. Например, что они используют зверей, чтобы поставлять интересных особей на чёрный рынок.

У меня от таких мыслей мурашки под термобельём бегали.

Не преминула высказать Левису, на что он посмотрел на меня так, будто я сказала, что космос — то огромный блин, летящий в пустоте на трёх черепахах. Или слонах. Или звездолётах Высших богов.

Словом, из секты плоскокосмических дурачков.

Мажор легонько, но с обидным снисхождением щёлкнул меня по носу.

— Думаю, я с тобой попал, рыжая! Серьёзно, космодиск меня побери!

И откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. Я уставилась в иллюминатор: шаттл как раз приближался к куполу Миры, на секунду показав нам другую половину планеты.

Безжизненную, тёмную, холодную, со стоя́щей над поверхностью пылевым облаком.

Звезда Тау-Кита, следящая за нами оранжево-красным глазом, была почти меньшой сестрой Солнца, и всё же светила тусклее. А планета Мира занимала восьмое место от светила, славилась тяжестью и представляла собой более тяжёлый аналог Земли.

Я прилипла к иллюминатору, как и тогда, когда мы летели на орбитальную станцию. В звездолёте находилась в состоянии криосна, а сейчас видела всё так ярко, словно попала в фантастический фильм.

Обитаемый Космос приобрёл выпуклые черты и вгляделся в меня, как человек рассматривает под микроскопом доисторическую бактерию. «Кто тут у нас маленький и примитивный? Нужен ли он нам?»

Я боялась пошевелиться, и тут мажор тронул меня за руку.

— Красиво, верно? Мощно и страшно.

Мои мысли. Наверное, у каждого возникают подобные слова, когда он видит бескрайний чёрный холод, враждебный всему живому.

— Потом привыкнешь.

Шаттл через специальный порт вошёл в купол, и вот уже под нами замелькал студенческий городок рядом в Академии Менкар, а неподалёку располагался звёздный городок с космодиском, куда мы и направились.

— Ты никогда не думал о том, что будет, если купол перестанет защищать планету? — решилась спросить я, когда мы вышли в зал ожидания, откуда рукой подать до кафетерия, где подают так любимые Майей кексы и булочки.

— С чего спрашиваешь?

— Просто. Мне кажется, все наши достижения такие ненадёжные перед мощью Космоса, он просто пока не решил, стоит ли уничтожить нас или продолжить игру.

— А ты не думала, что будет с Землёй, когда наши датчики перестанут регистрировать толчки от пустот, а у защитных механизмов не хватит ресурса сдерживать их? Вот и я не думаю, — пожал плечами Кит. — Есть существа гораздо более хрупкие, чем наши технические штучки.

— Например, звери.

— Вообще, я имел в виду разумную жизнь, но и они тоже.

Я махнула рукой, говоря, что у меня ещё есть здесь дела, и Кит кивнул. Удалился с таким видом, будто испытал облегчение, что избавился от моего присутствия, и даже не понадобилось выдумывать причину.

Наверное, будет ждать Девию Кассис, а потом они отправятся в один из ночных клубов. Им не надо переживать по поводу завтрашнего испытания. Первого тура.

Мне-то что за дело?!

Когда я полакомилась булочками с корицей и местным мороженым голубого цвета от водорослей, которые здесь в него добавляли, истерев в порошок, то вспомнила, что не спросил Левиса о том, когда мне приступить к работе на станции.